1914

Наш командир - любимец дам, гуляка -
Мундир полковничий по праву заслужил.
Бивал японцев и не раз ходил в атаку,
И генерала с ротою пленил.

Он сам уже подавно генералом
Служил бы в Петрограде при дворце,
Да запятнался, дав осечку в малом:
Не козырнул при чине-подлеце.

Посыльным я служил тогда при штабе,
Спасибо, что был грамоте учён,
А уж когда, с германцем не поладя,
Войну затеяли - наш полк ушёл на фронт.

Когда со всех сторон хлестали пули
И от разрывов дыбилась земля,
Наш унтер, вверх подняв "Нагана" дуло,
Кричал "За Русь! За батюшку-царя!"

Как будто небу он грозил, да вот напрасно -
За то нас всех Господь и покарал,
И немец из орудия фугасом
По штабу в ближней рощице попал.

Я кинулся к засыпанной землянке -
Горят бумаги, нестерпим пожара чад,
Бросаюсь внутрь - между брёвен адъютанты
Уснув на веки вечные, лежат.

Но слышу стон и хрипы - "кто здесь, братцы?"
У стенки командир, изранен весь:
Видать, отбросило разрывом. Может статься,
Спасут, коль в лазарет успею снесть.

Я взял полковника под мышки, как ребёнка,
И вынес прочь его из дыма и огня,
И долг солдатский дал мне вдруг силёнки
Закинуть тело через круп коня.

Полковник выжил, вскоре в полк определили -
Вернулся бравый и удачливый, как чёрт,
Молва солдатская мой подвиг разносила
Окрест на много русских вёрст.

Прошла зима, и всех в шеренгу - награжденье.
Под флагом вызывал нас командир,
И за свое от смерти избавленье
Серебряным крестом вознаградил.

И, усмехнувшись в бороду седую,
Сказал "служи, сынок, с тобой не пропадем",
А я салютовал, внутри ликуя,
Как будто награжден самим царём.

Уж много лет я сам седоволосый -
От смерти никому ведь не сбежать.
Покуда не зарыли на погосте,
Мне остаётся только вспоминать.

8.01-28.02.2020


Рецензии