Союз Русских Ихтионалистов 13. Биоэнерготеррор

 Сатирическая пьеса  в 16 картинах

 Картина тринадцатая
               
  Лица:
Скумбрик Станислав Михайлович — доктор медицинских наук, профессор психиатрии, президент Академии Славянских наук.
Воблин Владимир Иванович — ихтиопатриот, член СРИ.

Профессор Скумбрик дома. К нему приходит Воблин.

Воблин: - Станислав Михайлович, извините за беспокойство!

Скумбрик: - Заходите! Милости прошу! Рад вас видеть!

Воблин: - Здравствуйте!

Скумбрик: - Добрый вечер! Чай или кофе? Может, чего покрепче?

Воблин: - Да не беспокойтесь, я сам принёс.

Скумбрик: - Надеюсь, не «Рояль»?

Воблин: - Что вы, что вы!

Скумбрик: - Вы же знаете, как нас травят химики? В алкоголь импортного производства добавляются психотропные вещества, а потом с нами может быть что угодно, вплоть до летального исхода.

Воблин: - Знаю, знаю. Я читаю все ваши публикации и пью только отечественную водку.

Скумбрик: - Ну и ладушки! Выпьем и закусим! За нашу многострадальную Родину! За русских! (Выпивают). Хочу с вами поделиться, Владимир Иванович. Я тут сочиняю методичку для своих студентов. Чтобы им было легче заучивать медицинские термины, я излагаю в стихотворной форме. Можно вам почитать?

Воблин: - С удовольствием послушаю.

Скумбрик: - Я использовал молодёжный слэнг, чтобы лучше запоминали.
Заголовок: Краткий справочник для изучающих психиатрию.

1. Вагобондаж, дромомания, пориомания:
Я мотаюсь по городу с флэта на флэт,
По столицам республик, и так много лет.
По лесам и горам я брожу, как мираж,
А врачи мне поставили: вагобондаж.

2. Галлюцинация:
Еду как-то в автобусе, вижу — мой друг,
Я за ним вылетаю, но это был глюк.
Отсеките мне голову — это был он,
А врачи говорят: нехороший симптом.

3. Акоазмы, галлюцинации:
Вдруг раздался звонок, я скорей открывать.
За дверями — никто, как же это понять?
Кто-то шепчет мне в ухо слова, как приказ.
А врачи говорят: это всё акоазм.

4. Амнезия фиксационная:
Я не помню сегодня, не помню вчера,
То ли ночью то было, а может, с утра.
Я не помню, что было и до, и потом.
Это всё амнезия — ужасный симптом.

5. Апатия, депрессия:
И когда мне так плохо, что хочется выть,
Нет желания двигаться, пить и курить,
Аппетит потерялся, а с ним крепкий сон,
Не люблю этот тусклый, обломный симптом.

6. Гипертимия, маниакальное возбуждение:
Я люблю, когда вдруг ни с того, ни с сего
Я почувствую, что я достигну всего,
Всё могу, всё осилю, во всём чемпион!
Я люблю этот маниакальный симптом!

Всё! Ну, как?

Воблин: - Браво, профессор! Вы действительно поэт! Не зря Тунцов на съезде назвал вас поэтом!

Скумбрик: - Тунцов не дал мне высказаться. Я собирался донести до собравшихся, что среди войн, которые велись против русских, генетические самые масштабные по жертвам, не сравнимые по числу с войной Гитлера против Советского Союза. Катастрофична картина дегенерации половины населения России, особенно в крупных городах. Здоровых людей не более 25%. Начиная с 1989 года число наркоманов в нашей стране возросло с 50 тысяч до 5 миллионов на сегодняшний 1994-й год. Нас облучают электромагнитным излучением, зомбируют людей, внушают на подсознательном уровне определённые мысли. В результате облучённые ЭМИ не только деградируют сами, но и производят на свет ослабленное потомство (предмутантов), от которого, вероятнее всего, родятся уже настоящие мутанты: уроды, идиоты, дебилы, маргиналы, психопаты, предрасположенные к психическим заболеваниям и так далее. Общество, половина которого составляет 15 миллионов дебилов, 30 миллионов психопатов, 25 миллионов маргиналов, способно допустить стократное падение своего жизненного уровня и разрушение своей державы.

Воблин: - Станислав Михайлович, я как раз с этой темой к вам пришёл! Со мной в последнее время происходит что-то неладное!

Скумбрик: - Да что такое? Говорите скорей!

Воблин: - Одним словом, у меня в квартире чертовщина: то ли барабашки завелись, то ли черти, то ли хрен поймёшь…

Скумбрик: - Как давно?

Воблин: - Третий день. Особенно тяжко по ночам. Голоса преследуют. Отдают команды: «Погаси свет! Ложись! Спать не дадим!» И чувство такое гнетущее, бежать из дома хочется, но сил нет, вялость во всём теле. Профессор, я похож на сумасшедшего?

Скумбрик: - Ничуть! Продолжайте!

Воблин: - У меня жена с дочкой уехали в деревню. Я мечусь по пустой квартире, а они за мной, голоса то есть. Я на кухню, а они: от нас не спрячешься! Что всё это значит, Станислав Михайлович? Я третьи сутки не сплю…

Скумбрик: -  Это биоэнергетический террор, о котором я вам только что говорил. Я отдал статью на эту тему в ближайший номер «За рыбный дух». Но газету сейчас прикрыли. Это вас, мой хороший, обрабатывают психотронным оружием, сверхвысокочастотным генератором. Это оружие имеет применение в некоторых странах. У нас используется в КГБ уже давно.

Воблин: - Зачем я им?

Скумбрик: - Я думаю, вас просто хотят попугать, предупреждают о чём-то. Когда приезжал Крокодильников?

Воблин: - Ровно неделю назад. Я был у Омарова в больнице и столкнулся с обоими генералами на отделении.

Скумбрик: - Вы не видите связь с тем, что они приезжали в Питер, и с тем, что происходит с вами через три дня после их отъезда?

Воблин: - Нет… Неужели?.. Но что я им?.. Ааа! Надо позвонить Осетрову!

Скумбрик: - Звоните! Срочно!

Воблин (набирает номер): - Алло! Владимира Алексеевича, пожалуйста! Как кто? Владимир Иванович. А я с кем говорю? Повесили трубку! Мужской голос, незнакомый. Откуда там мужчины? Он живёт с женой и маленьким сынишкой. Может, я не туда попал? Перезвоню.

Скумбрик: - Ни в коем случае! Нас запеленгуют! Впрочем, уже наверняка установили, откуда был звонок.

Воблин: - Вы думаете, его арестовали и в квартире обыск?

Скумбрик: - Нет, я думаю, похуже.

Воблин: - Что может быть хуже?

Скумбрик включает телевизор. На экране диктор: - Ещё совсем недавно лидер ихтионально-патриотического движения Иван Крокодильников был в Санкт- Петербурге и вот он уже в Новосибирске даёт интервью нашему корреспонденту прямо по окончании конференции.

На экране Крокодильников: - Очевидно, что выборы будут проходить по сценарию Запада. А поскольку все западные силы будут брошены на то, чтобы ихтиональные силы в России к власти не пришли, то возникает вопрос: следует ли нам играть в те политические игры, замыслы которых рождаются за границей? Совершенно очевидно, что Запад искуснее нас, денежнее, опытнее и есть ли смысл состязаться с ним? Поэтому нам нужно чисто русское решение. Или мы собираем Съезд русского народа, или мы погрязнем в грязи. Наши зарубежные «друзья» сделают всё возможное, чтобы патриоты не были самостоятельной силой и не смогли определять политику страны. Каждый русский человек должен уяснить себе, что значительная часть российской интеллигенции антиихтиональна и космополитична и заражена русофобией. Политические интриганы, пятая колонна мировой закулисы, обладая огромными денежными средствами, телевидением и газетами, неизбежно переиграют всех нас…

Скумбрик: - Хамелеон! Меняет окраску в зависимости от ситуации. Провокатор! Говорит  смело, ничего не боится. Знает, что режим его не тронет. У него иммунитет. Быстро идёт в гору. Оглянуться не успеем, как его выберут монархом.

Воблин: - Тогда нам с вами крышка!

Скумбрик: - Я боюсь, что крышка захлопнется ещё раньше… Тише!

Диктор телевидения: - Сегодня в 10 утра было совершено покушение на известного ихтионального патриота Владимира Осетрова.

Скумбрик: - Вот оно! Началось!

Диктор: - Неизвестный выстрелил в упор, когда Осетров  выходил из подъезда своего дома. Пострадавший находится в реанимации. Преступник скрылся, идёт розыск. Есть подозрение, что это политический заказ. Всех очевидцев просим звонить по телефону…

Воблин: - Станислав Михайлович, что же это такое?!

Скумбрик: - Теперь вам ясно, почему в квартире чужой мужской голос?

Воблин: - У него обыск?

Скумбрик: - Да!

Воблин: - Но они должны искать преступника, а не рыться в вещах пострадавшего!

Скумбрик: - Наивный вы человек! Забыли, с кем имеете дело? Они теперь так всё вывернут, что Осетров сам окажется преступником, а настоящего конечно же не найдут.

Воблин: - Вы подозреваете в организации покушения генералов?

Скумбрик: - Тише!

Воблин: - А что?

Скумбрик: - Вы забыли, что было с вами недавно?

Металлический голос из окна: - Воблин, выключи телевизор!

Скумбрик: - Они вас выследили!

Воблин: - А вот не выключу! У меня распоряжайся, а здесь я в гостях! Здесь хозяин профессор!

Голос (исходит из всей наружной стены): - Эй, ты! Профессор кислых щей и гречневой каши! Вырубай, тебе говорят, телевизор!

Скумбрик: - Действительно, лучше выключить. А то этот ящик усиливает негативную информацию в 25-30 раз. Они могут этим воспользоваться. (Выключает телевизор).

Голос: - А ну, включи обратно!

Скумбрик: - А вот фигушки тебе! Не включу!

Голос: - Включи!

Скумбрик: - Не включу!!

Воблин: - Лучше включить, а то хуже будет.

Скумбрик: - Ни за что! Я у себя дома! Что хочу, то и делаю!

Воблин: - Профессор! Мне дурно! Сердце сейчас выскочит из груди!

Скумбрик: - У меня тоже сердцебиение… Это их работа. Они нарушают права человека! Я буду жаловаться!

Воблин: - Какие права? Кому жаловаться?

Голос: - Господу Богу!

Скумбрик: - Уроды!

Голос: - Сам ты урод!

Скумбрик: - Прекратите эксперименты! У меня слабое сердце! Вы будете отвечать, если оно остановится!

Воблин: - Перед кем отвечать, Станислав Михайлович? Надо бежать из дома!

Скумбрик: - Куда бежать? От них не убежишь!

Голос: - Вот это правильный вывод. Бежать бесполезно. А теперь слушай, профессор и ты, недоумок.

Воблин: - Сам ты недоумок!

На кухне слышится звон разбитого стекла. Скумбрик бежит на кухню.

Скумбрик: - Они разбили рюмки!

Воблин: - Ах, ты сволочь! Бить чужую посуду!

Скубрик: - Не препирайтесь с ними, Владимир Иванович, а то они разобьют ещё чего-нибудь.

Воблин: - Надо спасать бутылку с водкой!

Скумбрик: - Чёрт с ней, с водкой!

Воблин: - Выпьем, профессор, чтобы зря не пропадала!

Голос: - Выпейте, выпейте для храбрости!

Воблин: - А тебе, выродок, небось, тоже охота? Иди к нам, нальём! Мы, русские, люди добрые. Нам водки не жалко, даже таким, как ты.

Голос: - Я на работе не пью!

Воблин: - Видали? Не пьёт? Может, ты химик и потому не пьёшь? Знаем мы, как в вашем КГБ не пьют… Глушат по-чёрному. Алкаш на алкаше, от капитана до генерала.

Голос: - Осторожней на поворотах, недоумок!

Воблин: - Слушай, тебе чего от нас надо? Говори прямо. Где ты спрятался? В машине или в доме напротив?

Голос: - Вопросы буду задавать я.

Воблин: - А, ну да, конечно! Я и забыл, с кем имею дело. Ты в каком чине? Майор или подполковник?

Голос: - Значит так! Сегодня вы спать не будете, завтра тоже. А потом загремите в психушку, там места для вас забронированы.

Скумбрик: - Ничего у вас не выйдет! Мы сами с усами! Я профессор психиатрии, и меня голыми руками не возьмёшь!

Голос: - Отлично, профессор. Поговорим на твоём профессиональном языке. Изменения в психике и во всём организме начнутся на третий день. А при желании можно процесс ускорить. Так что сопротивление бесполезно.

Скумбрик (испуганно): - А кто сопротивляется? Никто не сопротивляется! Воблин, ты сопротивляешься?

Воблин ((удивлённо глядя на Скумбрика): - Не-а.

Голос: - Вот так-то лучше. А сейчас у меня пересменка. До завтра, господа ихтио-патриоты!

Воблин: - Споёмте, профессор! (Затягивает песню)
Наверх, вы, товарищи, все по местам.
Последний парад наступает.
Врагу не сдаётся наш гордый «Варяг».
Пощады никто не желает!
Как там дальше? Не помню…

Скумбрик: - У меня есть песенник. (Приносит тоненький песенник). Друг прислал из Москвы. Сам издал, со своим портретом. Смотри, какой красавец казак! Это он в молодости.

Под Скумбриком и Воблиным начинают вибрировать стулья и стол. Они поют: -

В предсмертных мученьях трепещут тела,
Гром пушек и шум, и стенанья,
И судно охвачено морем огня,
Настали минуты прощанья…
Вибрации усиливаются. У патриотов трещит в головах, но они поют упрямо и гордо: -
Прощайте, товарищи! С Богом! Ура!
Кипящее море под нами!
Не думали, братцы, мы с вами вчера,
Что нынче умрём под волнаааааа...

                Конец тринадцатой картины

                Продолжение следует   


Рецензии