Дорблю

Подмигнёт Терешкова, прищурится мудро Титов,
и Гагарин махнёт – мол, поехали, если готов.
Улыбнётся, укажет туда, где мерцает звезда.
А чему улыбаться без сыра и ехать куда?!

За каким таким лешим в космический лезть аппарат,
в невесомости плыть и из тюбиков кушать «Карат»,
если здесь – на Земле – можно стилтон отведать с утра,
и потом полежать, и потом повторить на ура.

О, пещерный рокфор! О, пахучая доблесть дорблю!
Ради вас я живу и «Российского» мерзость терплю.
Как Иван ни хитри, сыроварная правда проста:
сыр вот этот – не тот, если плесень вот эта – не та.

Пусть гудят пароходы, пусть лётчики машут вдали,
голосят паровозы, сигналят с морей корабли,
пионера в приветственном жесте взметнётся рука,
я в ответ – ни гу-гу, пусть другого найдут дурака

для побед и свершений, а я не готов натощак
в эмпиреях парить, в умозрительных рыться вещах.
Но героя любого покроя я враз удавлю
за французский рокфор, за немецкую нежность дорблю…


Рецензии