Химера 11глава

редактор Юлия Олейник https://www.proza.ru/avtor/skjalv



Лёгкое дежавю ощутил Барказ, когда вышел утром на кухню. Макс с Агнессой, также как накануне, сидели за столом, и пили утренний кофе с неизменными круассанами. Контрабандист молча сел в свободное кресло. Макс посмотрел на него исподлобья:
— Так ты принципиально  не моешься?
Барказ, зло зыркнув глазами, прошёл в ванную комнату. Открыв кран на полную катушку, он смочил одну ладонь и провёл ей по лицу. Из зеркала на него смотрело небритое лицо с растрёпанными волосами.
— Да, уж, картина, — проговорил он. — До чего довели хорошего человека.
Пошарив среди банок и склянок, он нашёл пену для бритья и, щедро выдавив её в ладонь, с удовольствием нанёс на лицо. Сделав воду погорячее, взял бритву и стал, не торопясь, бриться.

Проснувшись, Манаф не сразу понял, где он находится. Чужая комната сначала привела его в ступор. Впрочем, ненадолго. Астероидное кольцо за окном напомнило вчерашний день. Он расстроился, что проспал. Закутавшись в одеяло, потащился из комнаты.
— Вот явление… народу, — прокомментировал появление Манафа Макс. Затем обратился в Агнессе, — Похоже, что у них на Марсе все немного не в себе.
Девушка с удивлением посмотрела на коллегу, но от комментариев отказалась.
— А где этот? — спросил молодой человек, не обращая никакого внимания на критику. — Надеюсь, он ещё здесь?
— Не переживай, ему отсюда некуда деться, как и нам, — усмехнулся Макс и кивнул в сторону ванной комнаты, откуда раздавался шум воды.
— Получается, мы в ловушке, — озабоченно проговорил Манаф.
— А что ты переживаешь? Так хочется засадить всех за решётку?
— Моя работа, не сажать, а всё ставить на свои места, — спокойно сказал Манаф.
— Интересно, а где моё место в твоём варианте? — поинтересовался Макс.
— Во всяком случае, не здесь и не на Марсе! — ответил молодой человек.
— Вот это-то мне и не нравится, — подытожил Макс. — Насколько я понимаю, моё благополучие тебя не интересует?
— Самое важное — это восстановление баланса. Все должны быть на своих местах.
— Кто так решил?
Манаф замялся.
— Я думаю, что он и сам толком не знает, на кого работает. Впрочем, как и я, — ответила за него Агнесса. — Мы общаемся с шефом только по телефону.
— Странные вы люди. Работаете не понятно на кого. И не гнушаетесь гробить людей для него.
— Что значит «гробить»? — встрепенулся Манаф. — А если и «гробить», то только ради восстановления баланса. Ты представляешь, что будет, если перемешаются люди с разных планет, времён и измерений?
— Нет, — ехидно ответил Макс, — а ты?
— До конца, пожалуй, нет, — замялся Манаф, — но точно, что ничего хорошего из этого не получится.
— Ничего хорошего не получится, если ты не позавтракаешь, — вставила Агнесса, приглашая Манафа к столу.
Макс откинулся в кресле, соображая, что же теперь делать их разношёрстной компании. И как выбраться из этого замкнутого круга. У него давно созрело чувство, что всё, что с ним происходит, чья-то дурная шутка. Вот только чья?  И, несмотря на то, что память вроде как и вернулась, но осталось ощущение, словно кто-то ковыряется в его голове.
Вдруг Макс почувствовал лёгкое головокружение. Встряхнул головой. «Что-то новенькое», — пронеслась мысль, которую оборвал грохот и крик из ванной комнаты. Манаф недоумённо посмотрел на своих невольных товарищей. Агнесса же с Максом резко сорвались с места. В ванной комнате их ждала необычная картина. Часть стены, словно зловещий портал, сияла фиолетовым светом. За ним была видна часть помещения. Макс безошибочно узнал лабораторию дока. Сам же док, как и прошлый раз, возился со своими приборами, стараясь отладить настройку. Но самым необычным было то, что на месте подопытного стоял Барказ. Его лицо было покрыто пеной для бритья вперемешку с кровью. Руки сводила судорога. Док поднял голову и, увидев перед собой Барказа, вдруг замер.
— Ты кто? — ошалело спросил он.
Контрабандист продолжал неопределённо мычать, стараясь вырваться из путаницы проводов и пуская пену изо рта. Последнее, что увидели Макс и компанией, было то, как док положил руку на большую красную кнопку.
Свечение погасло, а с ним и картинка. Некоторое время наблюдатели не могли отойти от увиденного. Затем Макс вопросительно посмотрел на Агнессу.
— Видно вчера забыла выключить прибор, — виновато произнесла она.
— Ну и хорошо. Во всяком случае, не вчера, так сегодня, — подытожил Макс.
— Что вы с ним сделали? — в ужасе спросил Манаф.
— Ты же говорил, что все должны быть на своих местах, — ответил Макс. — Так вот считай, что один контрабандист вернулся на своё место.
— Какое место? Он должен был вернуться к себе домой! Вы ещё больше всё напутали, — ужаснулся Манаф.
— Напутали или нет, но теперь док от меня отвяжется, — подвёл итог Макс и, махнув рукой, вернулся в комнату.
Агнесса последовала за ним. Манаф же ещё долгое время смотрел на разбитое зеркало и на принявшую свой обычный вид стену.
Пока он приходил в себя, Макс с Агнессой остались в комнате только вдвоём.
— Теперь осталось самое сложное, — тихо сказал Макс, — надо вернуться домой.
— Ты думаешь, что это обязательно? — спросила Агнесса, глядя куда-то в сторону.
— Твои хозяева не оставят нас в покое. Этот правдолюбец не зря появился.
— Он же сказал, что сам рискнул воспользоваться порталом.
— Рискнуть-то он рискнул, но кто-то его для этого накрутил. Я же помню его. Ещё там, на Марсе. Служака. Ему только цель покажи, из штанов вылезет.
В тот момент Манаф, подозрительно поглядывая на беседующих, вошёл в комнату. Отыскав взглядом графин с водой, подошёл и, быстро наполнив стакан, жадно выпил. Затем, глубоко вздохнув, спросил:
— И всё же, что это было?
— Тебе же говорили, — ответил Макс, — портал не совсем безопасен.
— Это я уже понял, — сказал Манаф, судорожно оглянувшись на дверь ванной комнаты. — А кто там был?
— Думаю, что тот, кого тебе действительно надо было бы урезонить.
Манаф долгим взглядом смерил Макса. Затем вновь наполнил стакан, задумался, и вдруг спросил:
— А у вас есть что-нибудь покрепче?
— Понимаю, нам всем сейчас не помешает, — ответил Макс, а Агнесса встала и, подойдя к бару, вытащила из него бутылку бренди.
Немного погодя они всё так же сидели за столом. Бутылка, даже по очень оптимистическим взглядам, была не очень полная. Агнесса привычно расположилась на своём любимом кресле. Раскрасневшийся Манаф обеими руками обхватил взлохмаченную голову, а Макс пытался ему что-то объяснить.
— Но зачем же надо было вот так избавляться от марсианина? Что теперь с ним?... Как он?...
— Знаешь, его не очень интересовало, что со мной будет после его бизнеса. Пусть почувствует себя в моей шкуре.
— Да, но ведь что с ним теперь будет?
— Странный ты? А почему тебя не интересует, что было бы со мной? Ведь если бы он был сейчас здесь, то я был бы там.
— Да, да, конечно…
— К тому же у меня есть ощущение, что нас… по крайней мере, меня в покое не оставят, — продолжал Макс.
— И кто? Друга ты сплавил, а больше…
— Ты такой смешной, когда выпьешь! Или по жизни такой наивный? Неужели ты думаешь, что вы с Агнессой, — Макс повернулся к девушке, — извини, что-то решаете?
— В каком-то смысле да.
— В каком смысле? Ты даже не можешь верну…ться… — Макса вдруг осенило, — Вернуться! Нет, ты понял, вернуться!
— Что я должен был понять? — заволновался Манаф.
— Как я сразу не догадалась! — обрадовано воскликнула Агнесса.
— Похоже, я один чего-то не понимаю? — раздражённо сказал молодой человек.
— Вот что значит считать себя самым умным! — поиздевался над ним Макс. — Осечка в самый интересный момент. Ну, подумай! У тебя есть пара попыток.
— Что я должен понять? — всё больше заводился Манаф.
— Всё просто, — вмешалась девушка, — порт свободен.
— То есть?
— Просто деревянный. Тебе же ясно сказали: свободен. Эксперимент, так или иначе, закончен.
— А как же?...
— Никак. Возвращайся, пока есть возможность.
— Но надо же вернуть всё на свои места.
— Скажи, друг, ты сможешь вернуть меня? Нет? Тогда верни себя на место, и не лезь туда, где ничего не можешь сделать.
— Почему не могу? Ещё как могу, — сказал Манаф, засовывая руку в карман брюк.
Агнесса стремительно выскочила из кресла и повисла на руке:
— Держи! Быстрее! Руку, руку держи.
Макс подскочил, словно ужаленный. Навалился всем весом на Манафа, лишая того возможности двигаться. Молодой человек только крякнул под и быстрее стал шарить в кармане. Девушка, ловко вывернувшись, повисла на руке, стараясь вытащить её из кармана. Но сил явно не хватало. Макс, чувствуя, что ещё секунда, и Манаф вывернется, схватил со стола вилку и вонзил в кисть, прикалывая её прямо к бедру.
— Ааа, сволочь, — закричал Манаф, изогнувшись от боли.— Лучше не шевелись, — прошипел Макс ему прямо в лицо. — Что у него там?
— Скорей всего, такой же коммуникатор, что и у меня.
— Я так понимаю, что друг решил воспользоваться порталом, предварительно убрав меня, как ненужную проблему.
— Тебе всё равно не вернуться в свой мир, — проговорил сквозь зубы Манаф, — а значит, с тобой рано или поздно придётся разобраться. Мне или ей, а, может, ещё кому.
— Ты забыл одно, что я не согласен с таким подходом, — ответил Макс. — А сейчас тихонечко вытащишь руку, если не хочешь получить в ней ещё несколько дырок.
Он крепко взял молодого человека за руку и выдернул вилку.
Ещё немного погодя из кармана был извлечён окровавленный приборчик. Пока девушка перебинтовывала руку Манафа, Макс стоял у окна, старательно всматриваясь в городской пейзаж.
— Сколько времени до заката, — неожиданно спросил он.
— Что ты задумал? — спросила Агнесса.
— Неплохо бы прогуляться перед сном, — ответил он и посмотрел на молодого человека.
Всё было, как и прошлый раз. Только на месте Барказа сидел Манаф. Автомобиль быстро домчал их по знакомой дороге и припарковался точно в том же месте. Поход по полю также не доставил особого удовольствия. Присутствовало небольшое ощущение дежавю. Агнесса вызвала портал, нажав несколько кнопок на приборчике Манафа. Макс втолкнул молодого человека в светящийся контур. Единственное, что успел попросить Манаф:
— Может, коммуникатор всё же вернёте?
— Прощай, — ответил Макс и повернулся к девушке, — давай, жми.
Фиолетовое свечение поглотило молодого человека и погасло. Всё прошло просто и прозаично.
— Ладно, — поёжившись, сказала Агнесса, — холодновато. Пора домой. Смотри, снег пошёл.
И действительно, снежинки кружились вокруг них, сначала медленно, затем всё быстрее. Постепенно снежинки превратились в хлопья.
— Пойдём скорее, — сказал Макс, но не смог сдвинуться с места.
Снегопад постепенно превратился в пургу, залепляя глаза, залезая в нос. Макс почувствовал, что растворяется в снегу.
На глазах у Агнессы снежные хлопья облепили Макса, закружились вокруг него и вдруг неожиданно распались. Макса не было. Снегопад закончился также неожиданно, как и начался.


продолжение
http://www.stihi.ru/2017/12/20/11077


Рецензии