Альбом 1000 Форм Безумия

Мортем Слип
1000 Форм безучия

Что же такое тысяча форм безумия?
Это логово внутренних демонов это развёрнутый мир сознания и полёт за грани разумного. Лишь познав безумие мира, можно понять его суть, - ибо жить нормально скучно, так как нет самого понятия нормально ибо мы все безумны в своей форме, это и есть тысяча форм безумия, - моего безумия.


***
Росянка

Мне хочется стать незаметным. слиться.
Как это сделать? Отказаться от кед? От блеска волос? И звона колечек в ушках? Отказаться от пространства, которое я занимаю в мире? но как? я ведь не пёрышко... не говоря уже о том, что пёрышко, собственно, тоже занимает место в пространстве, просто оно - маленькое, а я большой, оно летит, а я стою, припаянный к полу на своем шестом этаже, пол “то что от него осталось” графитного оттенка. вроде и не на земле, но уж и всяко не в небе. на случайных подмостках между...

В этом впаянном в пол многотонном состоянии очень страшно чувствовать неудержимое влечение вылиться ранним весенним утром в голый город, сделать ему тайский массаж нежными ступнями по ледяному еще асфальту, по настоящей, живой земле, по хлюпающей грязи. Извозиться по щиколотку в глине, обваляться в иголках осенней соломы. Увидеть деревья и окна в мягко-кофейной сепии, разглядывать ветер по облакам, отбеливать их до ослепления встроенным фотошопом. Найти несколько лиц среди сотен натянутых серых масок, поместить их в свою картинку, упросить ветер растрепать им волосы, а облака - посветить обсидиантом.

Здесь, на шестом этаже - тонкие слюдяные перекладины и никакой страховки, здесь только страх впитаться грязновато-оливковой лужей в пол. так и вижу себя масляным тягучим пятном, а вокруг - толкучку сошедших с ума коллег, забывших разом часы работы. В этой луже будут плавать два огромных, плотно закрытых глаза, и пухлый сжатый рот с ободранными в кровь губами...

Ну, надо же как-то защищаться...

Надо же что-то делать!

...когда открываются все 8 шлюзов от ануса до глазниц и в них начинается траффик, сравнимый с торнадо где-нибудь на Майами. когда в ладонях оседает морская соль, смешанная с грязью близлежащего завода и слякотью марта. когда я начинаю видеть деревья и окна в мягко-кофейной сепии разглядывать ветер по облакам, отбеливать их до ослепления встроенным фотошопом. и искать криком лица среди сотен натянутых серых масок...

И когда на моем собственном лице 2 глаза сжимают ресницы в линию, принимая очередную информацию, как росянка поглотившая очередную жертву, а потом сразу распахиваются за следующей, чтобы поглотить ее также незаметно и быстро. жаль, я не умею есть мух, они, очевидно, сытнее, чем картинки: росянка, кажется, ест по одной в день, я же хочу цвета и света постоянно.

Негнущейся куклой переставляю ноги по шестому графиту. Годами купаюсь в этом сером супе. Сосу капли крови из собственных губ (росянка не может жить индустриально, как ксерокс, пожирая одну лишь бумагу...) сливаюсь.

***
Записи в бреду

Я сижу на подоконнике, а внизу расстилается улица грязная, смятая.
И по ней идут борозды, от машин и людей.
И от сломанных жизней для этого города.
Они вечно упороты.
И страдают
Люто, бешено,
Будто сами - безгрешные.
Они плачут.
А я - нет.
Я сильный, смелый.
Но все равно - гиена, химера.
А большего они не заслуживают.
Но зато - Судья.
Я могу взять ружье.
И пальнуть из ружья.
Я имею на это право.
Каждый имеет.
Вопрос в том лишь - насколько?
А внизу расстилается улица.
Грязная, смятая.
В бороздах. От людей и машин.
Распятая ими же.
Это город великих мертвых идей.
И яблок.
И еще - лошадей.
И жужжащих, гниющих людей.
Я стою на крыше,
А внизу расстилается улица.
Серая, страшная,
Грязная, смятая.
И распятая влюбленными.
Этот город- здох, город-склад.
Для великих идей. Но мертвых.
И прекрасных людей. Но - не родившихся.
Серая, смятая улица, под ногами. И - в душе тоже.

***
Психоз

Я стою на распутье, разломанный,
Над моей головой кружат вороны,
Забирая нещадно покой,
Унося мечту за собой.
А на улице воют собаки,
Делят этот психоз меня радует?!
Мысли бьются бурной рекой,
Унося меня за собой.
Стёкла в дребезги!
Это душа моя.
Вся такая же изломанная,
Разлетится на мелкие куски.
Собираю стекло,руки все в кровь.
Пусть выходит психоз через эту боль.
Душа маятся. Ну, уж хватит скулить,
Хватит уже изнывать от тоски.
Может выколоть глаз,а может и два.
А зачем мне глаза?Правда им не нужна.
А зачем им на правду смотреть?
Можно уши обрезать,
Чтобы правды не слышать,скулящей из вне;
Чтобы тихо в ночи,прокляная судьбу,умереть.
Горло можно порезать и вырвать язык,
Чтобы правду глаголить на веки отвык;
Чтобы смерть встретить молча,как подобает немым.
Можно просто с высотки спикировать вниз,
Не цепляясь за жизни скользящий карниз.
А зачем жить по правде,если я ею гоним?
Я стою на распутье разломанный.
Уведите меня мои вороны.
Заберите меня на покой.
Унесите меня за собой.
И на улице те пусть собаки,
Мясо делят моё в своей драке.
Пусть хоть псины насытятся мной.
Здесь я больше не нужен такой.

***
Записи в бреду 2

Сегодня она в тумане. Серая, грязная, смятая..
Сегодня она привязана.
К тысяче душ и желаний.
Вон там - музыка. Из машины.
Такая, что повесится хочется.
А еще - Прохожий,
А машина - по бороздам,
Оставленным тысячей душ и желаний.
Это - традиция.
Как обычо -сидеть у окна.
Свет фонарей накрывает зонтиками улицу.
Из тумана лезут лапы-дерева.
Одни - голые, страшные,
Другие, чёрные - мрачные
Песни не спетые зазвучат в тишине мертвой Улицы.
Не забыть бы про них:
Они - Слишком чистые,
Они не молятся.
Серая, смятая улица...
Завтра новый день,
И опять - лица.
Я сижу.
И хочу застрелиться!
На веки забыться
Под иглой безумства.
Мертвой Улицы.

***
Я останусь в весне

Верь, сегодня такая же осень, как прежде,
Лист, подхваченный ветром, стремится на юг.
И холодное небо в косматых одеждах
Не услышит того, что тебе говорю.
Я однажды уйду к Сатане или Богу,
Или просто шагну в никуда, в пустоту.
Искусителю лучше знакома дорога,
Что безгрешных ведет прямиком ко кресту.
Несудимый не судит, незнающий учит,
Парадоксы нелепостей точны, как штык.
Еще долго меня будет прошлое мучить,
Пока я не уйду на тот свет напрямик.
Осень стала теперь холоднее, чем прежде,
Может быть, оттого, что уже без тебя
Провожаю холодные зори с надеждой
Не проснуться с зарей восходящего дня?
Мне не легче с утра, тяжелее под вечер,
Как сквозь дым череда уплывающих лиц.
Я уже не смогу обнимать твои плечи,
Словно ветер в ветвях крик полуночных птиц.
Облаками придавлен, могильной плитой
Давит низкое небо, свинцово и зло.
Я уже не играю с судьбою.
В этой странной игре мне лишь раз повезло.
Троекратно теперь я плачу за удачу,
За недолгое счастье быть рядом с тобой.
Зашвырнувшись в углы, не от света я прячусь,
Безразличны теперь мне и холод, и зной.
Ты ушла и с собой забрала мою душу.
Пустота разрывает меня изнутри.
Мне казалось, мой мир невозможно разрушить,
А теперь он в руинах лежит, посмотри.
Если точка свинца мне подарит спасенье,
Ты узнаешь об этом, и вздрогнешь во сне,
Просыпаясь в холодном рассвете осеннем…
Но не плачь, я навеки останусь в весне.
Вспоминай обо мне, пусть вечернее небо
Красит осень в багровый, загадочный цвет.
Только ты неизменная, вечная треба,
Что несется за солнцем слабеющим вслед.

***
Моя Шизофрения

Синий туман размывает границы,
В небо взлетели огромные птицы,
Штампы, шаблоны смывает водою,
И я наконец-то могу быть собою.
Центр Вселенной в моей голове,
Звери без глаз копошатся во мне,
Когти царапают стенки желудка,
Что-то пытается выйти наружу.
Крылья растут у меня за спиной,
Мозг ещё есть, но уже не живой.
Музыка стихла - сломался наушник,
Значит, что слух мне больше не нужен.
Мир посерел - отпускает немножко,
Шприца игла мне врезается в кожу,
Вновь разгораются яркие краски -
Значит, что мне ненадолго, но хватит.
Хочется вырвать проклятые вены,
В кожу втыкаются черные стрелы,
Веки мои покрываются инеем,
Все это вместе - шизофрения...

***
Психо

В твоих движениях знакомые черты.
Клянусь, что видела тебя когда-то раньше.
В пустых глазницах столько пустоты,
что хватит для самой дешёвой фальши.
Но мне не страшно, мне теперь смешно.
Я ночи жду, когда придёшь ты снова
и всю свою глазную пустоту
направишь на кого-нибудь другого.
Ты спрашиваешь, почему мне так смешно?
И что меня так просто забавляет?
Я будто по ночам смотрю кино,
в котором кто-то новый умирает.
Я - псих. Я - одиночка, я - маньяк.
Сижу, смотрю на белые обои.
А мне бы сигареты и коньяк,
а не таблетки против моей воли.
Им, знаешь, ничего не доказать.
Они тебя не знают и не видят.
А я - растение, я не могу сказать,
ведь псих-больных все норовят обидеть.
Откуда только эти синяки?
Сижу, смотрю на белые обои
и на глазницы, с тонной пустоты,
и на таблетки против моей воли.

***
Холодно в мире

Кровавой рекою по венам
Бегут, не стекая ручьи.
Холодной рукою по стенам,
Проводят мечтанья мои.
Тех криков никто не услышит,
Что в сердце засели давно
Лишь разум спокойненько дышит...
Тебе не все ли равно?
Уйдешь и не вспомнишь мгновенья,
Что вместе мы были когда-то
Душа, сквозь сон мгновенный,
Раскроет бурлящую рану.
Но мне будет лучше остаться
В том прошлом, чтоб все проходило.
Как больно бывает расстаться,
Как холодно одному в мире...

***
Виски

Ты так близко, мой ангел! Здравствуй!
Ты пришёл повидаться снова?
Этот сон, он такой знакомый,
До мурашек окутан счастьем!
Лишь прощаться со мной не думай,
Да прощенья просить - пустое!
Богом сотканною тропою
За тобой мне каким маршрутом?
Ты печален, мой нежный... Разве
В райской гавани есть печали
Иль тревоги? Не отвечай мне,
Вижу - есть! А ведь было счастье,
Здесь, на грешной и бренной...
И растаял любимый призрак.
Боль не тонет в ирландском виски....

***
Мой дождь

Осень, дождь, пустые тротуары.
Иду, пинаю мокрую листву.
Бегут под зонтиками пары,
В голове я чувствую хандру.
Холодный дождь и дрожь по телу.
Знакомый ливня мне мотив;
Играет он мою проблему:
На сожженный старый стих.
На серые тучи смотря,
Я вижу, он улыбается мне,
Как будто мне говоря:
Текстом на мокрой стене.
Он рисует в лужах мечты:
Счастья, любовь, нежность и боль.
Сжигает дождь мои мосты,
Создавая мою новую роль.
А смотря на серые тучи,
Чувствуя эту немую капель.
Не ищу я в жизни сути
Дождь, пожалуйста, поверь

***
Философия Крыш

Философия крыш. Невралгия души.
Перекрестье мостов чьи-то судьбы крушит.
Расписание смерти на карте руки.
Сколько-раз-мне-еще-выживать-вопреки.
Философия крыш в духе нового дня.
Чужеродное солнце сжигает меня.
Открываю отсчет и считаю до ста.
Эта-осень-расставила-все-по-местам.
Философия крыш. Стынет небо у ног.
Петербург, Петербург, мы с тобой заодно.
Я терзаю слова, я срываюсь на крик.
Рецессивное-солнце-разлито-внутри...
Философия крыш на обрывке листа.
Между загнанных строк высота, высота.
До чего же легко потеряться в тебе...
Закрываю-глаза-начинаю-разбег.
Бесконечный полет по чужой полосе.
Петербург, Петербург, ты один против всех!
Поцелуй на удачу, как выстрел в упор...
Неизбежность-свидания-мой-приговор.

***
Мысль

Ничто не случайно,
Никто не виноват...
В сознании масс
Заблуждение рождает
Иллюзия свободы.
Мнимые цари и боги
Упиваются иллюзией свободы,
На распутье не счесть
Варианты открытых путей.
В подсознании сокрыты,
Где-то в глубине тебя
Семь твоих царей... Богов...
Подгоняемый плеткою инстинктов...
Материя имеет власть над тобой,
Как никто другой.
Темный коридор,
А в конце его - свет.
Там бескрайние поля блаженства,
Вечность для тебя,
С тропы зверя сойди!
Синица в руках,
Журавль в небе,
Кто смог вылететь из тела
За далеким светлым днем,
Только здесь и сейчас
Без обещаний и надежд.
Материя имеет власть над тобой,
Как никто другой.
Ничто не случайно,
Никто не виноват.
Траурных последствий не избежать.
Запущен механизм тысячи лет назад,
И что будет завтра, решит за тебя,
Необходимость откроет один возможный путь.

***
Сойти с ума

Есть способов много сойти с ума -
Разжать руки, отпустив стакан.
Он разобьется на много брызг,
Осколки в разлёт, на губах - оскал.
Можно просто с ногами залезть
На подоконник и ветер впустить,
Вслушаться в зов и за ним уйти,
Камнем к асфальту и вверх вознестись.
Способов много сойти с ума -
Выдернуть капельницы иглу,
И рисовать остриём по руке,
Кровью, растёкшейся на полу.
Кидаться на стены, ночами выть,
Биться в конвульсиях, громко смеясь.
Можно и так провести свою жизнь,
Или же тихо в палате, таясь...
Сны наблюдать и отдыхать,
О разном безумном шептать лишь внутри.
Мятежные мысли не разжигать,
Сохранить для другого силы души.

***
Босиком по лезвию

Не сойти бы сума, когда ходишь по лезвию бритвы.
Когда каждый твой шаг, только повод для новой ошибки.
Впереди пустота и куда не смотри,
Только взгляд в никуда, только пусто внутри.
А ты опять сходишь с ума,
И где она, эта весна.
А ты опять сжигаешь мосты.
А ты опять с кем-то на "ты".
Забери свою жизнь, уходи здесь тебя ненавидят.
Не сойти бы с ума, а сойдёшь, так чтоб никто не увидел,
Как ты смотришь в окно,
Как ты хочешь пожить.
Только им всё равно.
Просто снова забить.
И они, как всегда, наплевали на всё,
Да на тебя и меня, и на кого-то ещё!
А ты опять сходишь с ума,
И где она, эта весна.
А ты опять сжигаешь мосты.
А ты опять с кем-то на "ты".

***
Музыкальные высоты

Музыкант взял лезвие в зубы,
И разрезал кожу вдоль вены,
Но, порезав нечаяно губы,
Он от боли упал на колени.
Он представил, что это скрипка,
И смычком заводил по венам,
На лице появилась улыбка,
Поклонился, как зрителям, стенам ...
Очень быстро жилы порвались -
Слишком низкие были ноты,
И всегда ему сложно давались,
Музыкальные эти высоты...