Ни грамма черной краски

"По правде говоря, я отвлекся от всех остальных дел
и теперь тружусь над новой картиной, изображающей
внешнюю часть одного ночного кафе..."

"Ночь гораздо живее и богаче красками, чем день..."


Ни грамма чёрной краски не нужно, чтобы выписать
ночь. Людно на террасе. Ночь. Звёздно в небе выцветшем.
В раззявленном зевотой проулке лошадь цокает.
Стоят солонки-звёзды на застеклённых столиках.
На серебре подноса официантка тихая
выносит рюмки-звёзды болтливым посетителям,
и, хитровато щерясь, кричит пьянчужка пафосно:
"Гарсон! Ну, что за сервис?! Звезда в стакане плавает!"...
- Такой не проворонит свой звёздный час, не правда ли? -
неброский мсье напротив сидит с улыбкой ангела.
Он держится спокойно, лишь за манжету держится
на пиджаке суконном, зелёном, словно деревце. -
А вы? Не будьте робки, ведь вам минутка выпала,
поговорите с Богом, но не бросайтесь в исповедь,
не расставляйте свечи, не признавайтесь в ереси
и столик лбом свирепо не разбивайте вдребезги.
Поговорите с Богом, стараясь не затрагивать
ни тем краеугольных, ни то, как лучше сглаживать
углы, на взгляд ваш скромный. Но есть верх неприличия:
коль говорите с Богом - ни слова о религии...
Угодников не много. Немало угождающих,
когда нет диалога, а монолог - пожалуйста...-
Напротив мсье неброский сидит. От легкой выпивки
в глазах мерцают звёзды. Ни слова о религии.
В который раз проводит гарсон рукой по столикам,
сметая крохи-звёзды на мостовую. Сколько лить?
Ни грамма. Черной краски не нужно, чтобы выписать
ночь... Людно на террасе. Ночь. Звёздно в небе выцветшем.



А глаза у взмыленной кобылы,
слезные, глубокие глаза,
словно у Марии Магдалины,
по булыжной мостовой скользят.

В наши дни, любезный Леонардо,
заступив в ночную смену, мню,
Иисус подвяжет белый фартук
и террасе огласит меню:

«Хлеб? Вино?» - Сюда неси, приятель! –
И поднос над головой взойдет.
Рюмками столкнутся Петр и Павел:
«За тебя, приятель, будь здоров!»

«Что ж, мерси…» - он им в ответ промямлит.
Он склонится столик протереть,
пропуская свет оконной рамы,
принимая крестовины тень.

Деловито корку уминая,
гаркнет Иоанн: «А хлеб-то черств!»
Но шепнет Иуда: «Что ты… манна!
Запиши-ка, братец, на мой счет…»

И всю ночь в затмении фонарном:
«Хлеба нам подрежь! Вина подлей!»
В наши дни, любезный Леонардо,
все куда вульгарней и подлей.

Оттого что герцогов не сыщешь –
живописью некого лобзать.
Оттого что для пропойц и нищих
тот мессия, кто официант.

Лишь теперь поднос бликует нимбом?
Лишь теперь нам – хлеба и вина?
Может статься, так оно и было.
Эти же стояли времена…

И пойдут (пошли) они с рассветом
улицей, неведомо куда,
разбредаясь распростертым телом,
бредя кровью и вином бродя. 


"Терраса кафе ночью",
Винсент Ван Гог, 1888г



"В разные стороны - вправо и влево..."
http://www.stihi.ru/2016/05/02/4797


Рецензии
прекрасно написал, Саша, доброго дня тебе!

Улекса фон Лу   13.05.2016 04:32     Заявить о нарушении
Наверное )
И тебе, Уле, добрых круглых суток )

Александр Патритеев   13.05.2016 16:13   Заявить о нарушении
На это произведение написаны 2 рецензии, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.