На ноябрь 1920 года Исход белой гвардии из Крыма

Все. Последний гудок парохода,
Трап от борта уже отнесли.
И осенние, темные воды
Отделяют меня от родимой земли.

Боже, Боже, куда мы несемся?
Куда плыть нам, куда нам бежать?
Что нам Варна, Стамбул, что Марсель нам,
Ведь ни кто нас не будет там ждать.

Зачем мы им нужны там с нашей честью,
С нашей гордостью , с русской душой.
Да и нам вкус рябины прелестней,
Чем их мир, для нас странный, чужой.

А назад! Посмотрите на город,
Севастополь в мятежном огне.
Кто на борт не успел — будет вспорот,
И сожжен и повешен в

Офицеры, профессоры , дамы —
Все погибнут в резне — не в бою.
Вон безногий калека упрямый
В воду прыгает вслед кораблю.

Уж на подступах к городу вражьи отряды,
Хулиганов и пьяниц придет сюда власть.
Мать Россию сожгут, изнасилуют гады петле.
И безверием веры навластятся всласть.

Что ж так больно в груди? Отче, милый, куда нам?
Нет России уже и Париж нам не дом.
Есть ответ... И упал я, сраженный ударом,
А в руке револьвер с еще теплым курком...