„В ЕДНА ЗАМАЯНА, ЛЮТИВА УТРИН” („В ДУРМАНЕ ОБЖИГАЮЩЕГО УТРА”)
Първолета Георгиева Маджарска (р. 1955 г.)
Болгарские поэты
Переводы: Светлана Мурашева, Ольга Шаховская, Иван Топалски
Първолета Маджарска
В ЕДНА ЗАМАЯНА, ЛЮТИВА УТРИН
В една замаяна, лютива утрин,
когато слънцето все още се събужда –
прикътана сред пух от мързеливи облаци,
пътеката се плъзна сред шубраците,
за да съзре мънистата на мравките.
В такава утрин вятърът подсвирна на пчелите,
а те на кошера във питата се вкопчиха.
Баща ми сложи мрежа на главата
и ръкавици дочени до лактите,
за да открадне капки медовина
пак от летящото, пияно войнство
за куп филийки сладки на децата.
В една замаяна, лютива утрин,
когато Дядо Господ се протяга
и пържи слънцето горещо във тигана,
баща ми беше Бог със мрежа на главата,
а аз жужах около него и събирах
нектар от дланите му работливи,
и в думи-пити медни ги превръщах
за кошера на дългите си нощи.
Първолета Маджарска
В ДУРМАНЕ ОБЖИГАЮЩЕГО УТРА (перевод с болгарского языка на русский язык: Светлана Мурашева)
В дурмане обжигающего утра,
лениво солнце пробудилось в небесах,
средь пуха облаков на небе мутном,
лучами заскользило по кустам,
где муравьи похожи на монисты будто...
А ветер засвистел над ульем вдруг
и пчелы зацепились за травинки,
отец, накинув сетку, поспешил на луг,
надел перчатки до локтя. Прозрачные росинки –
янтарный мёд желает взять у пчёл,
они – в атаку, дом свой защищают,
для деток мёд душистый в соты собирают.
В тумане обжигающего утра,
когда Господь вновь солнце высоко поднимет,
и станет тяжко, жарко, не уютно.
Отец мой, сеть на голову накинет,
а я жужжу пчелой вокруг,
нектар беру с его трудолюбивых рук.
Потом вкушаем мёд волшебный
ночами зимними напиток тот целебный.
Първолета Маджарска
ИЗУМЛЕНА И ВЛЮБЛЕНА Я В УТРО (перевод с болгарского языка на русский язык: Ольга Шаховская)
Изумлена и влюблена я в утро!
Спит солнце-соня долго беспробудно
средь пуха мёрзлых белых облаков,
причудлива тропинка меж кустов,
монисто на траве из муравьёв.
И ветерок насвистывает пчёлам,
батяня невод опустил на голову,
на руки – рукавицы грубые, по локоть.
Он, чтоб не получить урок жестокий,
от грозного, летающего воинства,
ни капли мёда выронить не должен,
ждут хлеба с мёдом дети, беспокоятся.
Изумлена и влюблена я в утро!
Всевышний наш лучи протянет Солнца,
оно – гигантский противень как будто.
Отец, как добрый Бог, сквозь сеть смеётся.
Аки пчела, жужжу в трудах своё:
лью урожай в котёл огромный, прочный.
Ах, детство, счастьем полнилось житьё,
воспоминания приходят ночью.
Първолета Маджарска
У JЕДНОМ ЉУТОМ JУТРУ (перевод с болгарского языка на сербский язык: Иван Топалски)
У једном ошамућеном и љутом јутру
кад се буди сунце па се протеже,
у маљу сакривена лењих облака,
склизнула је стаза усред жбуња
бројаницу мрављу да би погледала.
У таквом јутру ветар пчелама је зазвиждао,
а оне су се укопчале у саће кошнице.
На главу ставио је тата мрежицу,
рукавице од памука до лаката
капи медовине да украде
од војништва зујаћег и пијаног
за слатке кришке деци.
У једном ошамућеном и љутом јутру,
кад се Деда Господ протеже
и пржи сунце вруће у тигању,
са мрежицом на глави мој је тата био бог,
а ја сам око њега зујала и скупљала сам нектар
у длановима радним његовим,
па сам их у речи – саће медне претварала
за кошницу мојих предугачких ноћи.