Не вчера ли мы время правили,
прихотливо листы кружа
и минуты сгорали в пламени
беспробудного кутежа.
Не вчера ли мы, неделимыми,
были перьями на ветру.
Не вчера ли мы били крыльями,
невредимыми, поутру
долготой отмеряли давности,
где осенняя боль чиста
и годами читали дальности
от опавшего в тень листа.
И, с подножки сходили вовремя,
оставаясь ничьей виной
и порой, примеряли вольности,
как дарованные судьбой.
Только это ли, нам досталось.
Мы, по-прежнему, влюблены
в своенравие этой малости
от непризнанно чьей вины.
Не вчера ли мы, были голыми,
неделимыми по частям,
вечерами ветвились долгими,
раздавая долги ветрам.
Заливали свои пророчества
водостоками сентября,
безразличному одиночеству,
доверяя, всего – себя.