Мазнул глазами и затих.
И, всё равно, мороз по коже.
Не соблазнитель, не жених,
рязанский сказочник пригожий.
Откуда в мягкости его
плотина страсти и напора.
Не обещая ничего,
крадёт невинность лучше вора.
И хочется к нему, скорей,
чтоб не жалеть потом о встрече.
Его глаза полны морей,
впадает в них немало речек.
Одно желание, ожог,
вулкан Везувия проснулся.
Он соблазнить любую мог…
А мне кивнул и улыбнулся.