Читая Бродского в кофейне,
вселенский выговор не слышать.
О, как привычен муравейник
с убойной ненавистью рыжих!
Произносить под "Аве Отче"
цитаты выспреннего Ницше,
кляня отцов прибрежных вотчин
и всё, что истины превыше.
И не хватало разумений
на воздух выскользнуть без цели,
где луч слепит глаза весенний,
который, кажется, презрели.
Который выменяв на время
(внедрив безликие словечки),
преподнесли в пустой поэме,
как горний свет от божьей свечки.