Три рябчика, одна сосна,
А под сосною горсть какашек.
Январь даётся нам для сна,
Для целовашек-обнимашек.
Ты спросишь:
«Что там, за стеной?»
«Сосна, три рябчика, какашки».
Любовь, она придёт весной,
Пока – чмок-чмок и обнимашки.
Из носа чайника – дымок.
Мой редкий чуб, твоя косица.
«Где - обнимашки, где - чмок-чмок,
Там и любовь?»
«Нет, баловница».
С ветвей – один, второй комок
Из снега – вниз – бух на какашки.
А мы друг друга – чмок да чмок,
Потом - в кровать и – обнимашки.
Кровать ритмично заскрипит.
Любовь проснулась?
Что ты, нет же.
Январь, а в январе всё спит.
И даже сердце бьётся реже.
Хотя по лбу стекает пот,
Хотя ты - мне: «Внутри всё тает…»
Нет, в пору зимних непогод,
Любви, поверь мне, не бывает.
Она придёт потом, весной.
Чуб редкий мой, твои косицы.
Комочки снега под сосной,
Три на сосне уснувших птицы.
Да, баловница, всё – потом,
Я изучил любви повадки.
Сосна в снегу, а рядом дом.
В нём голос бабий:
«Таю… сладкий».
Стих старый чайник – не кипит.
Три рябчика сомкнули вежи.
Январь.
А в январе всё спит.
И сердце бьётся реже, реже.