Была зима, шел снег, и отчего-то
гремел салют, и всё вокруг рвалось
клочками и снежинками - на злость
и радость, на секунды и отсчеты,
всё рассыпалось, всё во тьму неслось.
И в фейерверках площади Республик,
цветных феерий чудом избежав,
я видел - силуэты в этажах,
как мотыльки, садились дыркой в бублик.
И дыркой я, спокойный и пустой,
садился в снег, чтоб там не пустовало.
Мой угловатый профиль - запятой,
по темноте принявшей вид овала,
кривился в белизне издалека.
Я, изменяясь, вспоминал о прошлых
(ушедших) цифрах, канувших в века...
и памяти остроты - прятал в ножнах,
как в вазу прячут лезвие цветка.