Как-то рухнули, с треском, мечты,
И разбились тревожно надежды.
Я сжигаю в "куда-то" мосты,
Не получится снова "как прежде".
Вновь тоскливо и зябко в душе,
Бестолково и бесповоротно,
Не умею я это " как все",
По просторам шагать беззаботно.
Закрываюсь от горя в себе,
Размываю прозрение слезами.
Это стало привычным уже,
Боль терзает чужими руками.
Эта вера моя в чистоту,
Доброту, что сжигает преграды,
Зло корявит на белом снегу,
И взрываются в венах снаряды.
Я опять закрываю лицо,
От усмешек успешно поющих.
Как же трудно летать высоко,
Вызывая презрение идущих!
А вдали где-то солнце встаёт,
И дурное неслышно уходит.
Снова суток земных оборот,
Темноту потихоньку уводит.
Где-то там, за небесной каймой,
Вдруг отчётливо парус взметнулся,
Я вдруг вспомнила Вас, Лановой,
С лёгкой толикой искренней грусти.
Мне не хочется именем звать,
Я хочу видеть Вас парусами,
И надежду, что стоит обнять,
И взлетать, управляя мечтами.
Вы стоите с улыбкой в глазах,
Ваше имя - то воля к победе.
Разве можно о Вас рассказать?
Я запутаюсь в искреннем бреде.
Этот взгляд... ваша воля в крови,
Ничего нет сильнее на свете.
Я шепчу:"Парусами гори!
Это алое пламя в ответе".
Понимаю, что мало мечтать,
Ощущаю, что Вы указали,
Как же хочется,толику, вспять,
У штурвала стоять с парусами...