Недаром мир раскинулся пустыней,
под Солнцем вековым его песков.
Недаром лёд лежит на Антарктиде.
Ещё по счастью плачут средь оков,
что не очами явлены над миром.
И среди прочих пилигримов
не видывал счастливых я гонцов.
К несчастью возводимых в даль мостов
о даре вспоминают лишь в помине,
когда в веках совсем другими
были.
Что ж, мне жаль.
Здесь строгий царь воссел на магистраль.
Проход закрыт.
Вот разве что за дань
он сжалобясь тебе откроет очи,
чтоб поквитаться между прочим
и так в поминах разойтись.
Когда б ему хотелось ввысь
он сам бы осыпал дарами.
Но с вами?!
Безмолвен старый чародей.
Давно и сказ пошёл о том, что он злодей.
Вершитель искор магистрали,
каких не взять, они уснули все в печали.
Не светится в исподнем благодать….
Да… в преисподней, где ж её сыскать?
Отсюда чалами пустыни
уходят русла поиссохших рек.
Ещё я помню говорили,
что чародей был раньше Человек.
Меж тем, уж Солнце поглотили горы.
Далёкий блёклый белый диск.
Когда-то здесь он грел просторы,
сейчас же, устремившись вниз,
теплом своим опаивал Космос,
и так далёк от тех времён.
Здесь нету трав. Былые росы,
хранились в звёздах. Их дождём,
упасть порою так непросто.
Затихших царствие стихий
ещё хранило отголоски
полотнищ прошлого картин.
Что спрятавшись в тенях
бывают так неброски.