Кругом еще царит ночной покой,
на ветках мглы густая паутина,
лишь аппетитно чавкнет под ногой
лесных дорог раскисшая путина*.
Светает. Рань. Единственная цель
пустого предрассветного скитанья —
надежда на азартную дуэль,
минута страсти, время ожиданья.
В кармане брюк размок ржаной сухарь,
отдавший дань ночной росе и поту,
а на току напыщенный глухарь
самозабвенно вдруг затянет ноту.
Волнующие звуки — как призыв,
противнику команда на сближенье,
но лишь за клювом скроется язык,
замру я в неудобном положеньи.
Надменно озирая свой удел,
послушает, а нет ли где подвоха?
Винтовка, оказавшись не у дел,
упала, натворив переполоха.
Прыжок, паденье с ветки, через лес
пробился, сотворив себе оконце,
и полетел рассерженный певец
навстречу пробудившемуся солнцу...
Пусть право выстрела останется за мной.
С ружья стряхнув налипшие травинки,
я с легким сердцем поверну домой,
отсрочив глухариные поминки!
*Путь, дорога.