Через прорехи в золотой кроне
Тумана влажного сквозит проседь.
Иду одна.
И никого, кроме
Меня и мысли, что опять осень.
И вновь к нулю стремиться ртуть утром,
Хриплю, укутанным шарфом, горлом.
На тон светлее наношу пудру.
Бледнеет кожа, как и мой город.
Тусклее жёлтого уже росчерк
Листвы. метающей у ног вихрем.
И акварелью проступает осень,
Соединённая мазком в триптих.
Спешу, озябшая, к теплу в доме
Хрустят подошвы озорно коростой
Льда луж.
Меня никто кроме
Тебя и осени не ждёт в гости.