Серебряные сны. Сонеты. ч. 4

СЕРЕБРЯНЫЕ СНЫ (СОНЕТЫ) часть 4

-15-

                                   «Да из чёрного куста
                                   Там и сям сочатся грозди
                                   И краснеют… точно гвозди
                                   после снятия Христа».
                                        (И. Анненский, «Конец осенней сказки»)

Не читайте детям сказки –
пусть они закроют глазки,
а то к полночи придёт
этот старый сумасброд.

Он приходит каждый вечер –
символистова предтеча.
У него сегодня чувства
докатились до кощунства.

Надо спрятать эти вирши,
да поглубже, да поширше,
в кипарисовый ларец.

А ларец людям на горе
утопить в солёном море.
Вот и сказочке конец!


-16-

Вы ни в чём не виноваты, –
времени благодаря, –
живописные ахматы
и цветущие моря.

Ваши строки как заклятье,
как спасительный обман.
Даже в летнем лёгком платье
эротический туман.

То порочны, то невинны,
то из стаи журавлиной, –
может быть, из лебедих.

Оттого-то днём и ночью
кто-то вновь стихи бормочет
без конца: … ich liebe dich!


-17-

Не в монмартровском борделе,
не на родине сонета, –
дело было в Коктебеле
на пристанище поэтов.

Всё слыхала эта хата,
потемневшая на солнце:
от воронежского мата
до парижского прононса.

Ах, как мудро! Ах, как ловко:
превратить антропософку
в Черубину Габриак.

И, пугая дачниц кротких,
пухлый Пан в портках коротких
спать уходит на чердак.


-18-

Все мужчины – гады!
Только я – эстетка!
Перейду преграду –
полюблю кокетку.

Я – такая злюка!
Дайте! Мне всё можно!
Софью полюблю-ка,
разлюблю Серёжу.

Верна – до могилы!
Уезжаю с милой.
Вольна – до предела…

Пусть теперь эфроны
плачут у вагона, –
мне какое дело!


-19-

Если к вас шпана прилипнет,
не ходите в тот сельмаг…
Саша Чёрный – это Гликберг,
если Гликберг – значит, Маг.

Для него – мишенью в тире
обыватели-уроды.
И лирической сатиры
осквернители природы.

Ах, какие мордолица! –
не успели похмелиться…
Князь, похожий на улитку –
очень важное лицо –
прёт на «чёрное» крыльцо
через заднюю калитку.


-20-

Стоит субъект у косяка:
морковь в петлице.
Кривые пальцы толстяка,
как рукавицы.

А дама плачет втихаря,
там, за гардиной:
белеют ноздри и горят
от кокаина.

Стихи мои без содержанья –
кобыле ржанье.
Мы фу-ту-ристы.

Скрипит скрипач.
Орёт трубач.
Звенят мониста.


Рецензии