И смех и грех

МИНИМАЛИСТ
(Р. Рождественский)

Стихотворцу надо мало,
Лишь бы в свет он выходил.
Пять, от силы, идеалов,
Друг под номером один.
Враг без номера найдётся –
Не ищите днём с огнём.
Мало надо стихотворцу,
Лишь бессмертие одно,
Гос. и прочие награды,
Котурновский пьедестал.
Стихотворцу
                      мало
                               надо,
Лишь бы Т.
                    перелистал.


ТОРОПЛИВАЯ  ОТОРОПЬ
  (Роберт Рождественский)

Все торопятся,
                        шарахаются,
                                             путают.
Настигают.
Оставляют позади.
Что-то очень,
Непременно очень будет.
Т. вот хочет
Меня в лужу посадить.


ПРИТВОРНЫЙ  ПРИДВОРНЫЙ
      (Роберт Рождествнский)

Гони мне гонорар, кассирша!
Течёт? – рублями залатаем.
Родился я в сельпо Косиха.
Малопонятно…
                            На Алтае.
Жил – средняком.
Острил.
Не больно.
Родился.
               Под простака рядился.
Наедине с бумагой голой,
Как женщина…
                           Я вновь родился!
Я был секунду,
                          как предатель,
Но превозмог.
                        Как вновь родился.
«В печать, поэт!» - сказал редактор.
Пародьку – в урну: я возродился.
Я всё Рождественским рождаюсь.
Счёт потерял?
                        Семь раз родился!
А пародист,
Как брак гражданский –
Не гражданин,
А нолик,
Дырка!


НИЩИЕ  ДУХОМ  И  БРЮХОМ
            (подражание)
Эй, деревяшки, -- ниже ив! 
Гром, на часок, заткнись!
Поэт родился, не Роберт Ив!
Дар миру нищему.
Олимп российский – нищета,
Талантов двух, коль не считать.
Родиться б гением – тщета?
Подарок нищему?
Он быстро понял: что к чему,
Свет предпочёл он, а не тьму,
Концертный зал, а не тюрьму.
Везуха нищему.
И не боясь высоких слов,
Крушил он маленькое зло.
Так, постепенно, вознесло – 
Пик нищего.
И вот он при дворе певец.
Учитесь: зёрна от плевел!
Про свой не ведал он пипец
Про днище нищему.
Он в свите был не одинок.
Пускай один, но мой денёк.
Он округлился, как орденок.
И слава нищему.
Недолго был он королём,
Одним из тех, кто за рулём.
Бумаги – не один рулон
Подали нищему.
Он в мемуаров тома три
Вложил, что вымел изнутри:
Нашли, что оченно остры…
Награду нищему!
И гос. и прочие ему,
А он считал шаги к Кремлю.
За это я и не клеймлю,
Братан я нищему.

 
НЕОБИТАЕМЫЙ  ОСТРОВ
(Р. Рождественский)

Разочаровываться не в новинку:
Нет способных ломать дрова;
Из напильника сделали финку – 
Нет на острове борова.
Безголосые люди бедные,
Не для ваших они стихий.
Тонкие-тонкие.
Белые-белые.
Длинные-длинные.
Очень стихи.
Не поэты они – стихопады.
Мы для их Пегасов – трава.
Глаз десант не сюда, психопаты!
Необитаемые здесь острова.


АНГЕЛЬСКАЯ  ТЕРПИМОСТЬ
                     Я уехал от тебя…
                     В ботах,
                                   в стареньком пальто…
                     И сказала:
                     «Знаешь что?
                     Можешь не убегать!»
                       (Роберт Рождественский)

Ангел мой, я улетел
От твоих горячих тел.
Я проветрюсь, я прилечу:
Я уж близок к параличу!

Что я вижу? Не то! Не то!
С ботой,
              в сереньком пальто,
В стенку – шлёпнула!
                                 Ангел мой,
Грязной ботой?! Ты хоть помой!
«Под землёй и в облаках
Я найду тебя, мой вахлак!»



СОЧЕТАНИЕ  3-62  НАВЕВАЕТ…
       (Роберт Рождественский)
 
Сколько стоила при Николашке
Водка царская не узнать…
И бутылкою выколачивать
Нас всегда умела казна.
Повышаются цены на водку
Регулярно – сосут вермуть,
Вер михална  заполняет вакуум,
Чтобы облик людской вернуть.
Нас застолье объединяет:
Мы под градусом – все! – друзья.
Мы, как айсберги ледяные
По трезвянке – давно узнал.
Только жалко мутна краснуха,
А на водку «рваный» слабак.
(Походи по винным, проснувшись,
Алкашей у нас, как собак.)
От измены цены не умнеют,
Лишь желудочных больше – как быть?
Что уж что: на Руси умеют –
Всё умеют! – а особливо – пить…


ТЕЛЕГРАММЫ  И  ТЕЛА  ГРАММЫ…
         (Роберт Рождественский)

 Неужели ты такая же, как эта?
Неужели ты легла б не под поэта?
Соблазняет тут замужняя Венера –
Я зверею, я зверею от неверья,
Шлю тебе с приветом телеграммы,
Вопрошаю очень: ну а ты – легла бы?
Кто тебя там соблазняет дорогая?
Как не пасть мне? Не свалял ли дурака я?


ПРОВЕРКА  СЛУХА
 (Р. Рождественский)

Прости меня.
                       Слышишь: олени –
То стадо бывших мужчин.
Любви цветок чужою лейкой
Им поливали.
О, замолчи!
Мочи слезами мои автографы
И ноги вывихни,
                             кисть изломай.
Но слышишь? – шиш, только ты
Чужой автограф не замай.
 


БЕССМЕРТНИК
( Рождественский)
      
Люблю пожить, безбожник,
И деньги и муру,
А сдохну, как сапожник,
Как он, как все умру.
Хочу,
          чтоб не поверили:
(я умер, друг, давно)
Могилу мне не вырыли,
Не принесли венок.
И чтоб жена над гробом
Зря слёзы не лила,
Чтоб засмеялась громко
И в загс с другим ушла.

ТЁМНЫЙ  ЛЕС
(Р. Рождественский)

Налетят читатели –
Вот опять ругали:
Заварганил кашу –
Не кривися! – ешь.
Роща переехала:
Разведёшь руками,
До крови расчешешь
Умненькую плешь…


КАФЕ  «ФЛАМЕНГО»
               От столика к столику.
               Так вот.
               С тарелочкой.
               Молча.
                    Р. Рождественский

Как хорошо – не на Западе я появился!
Поэт в буржуазном – очень наивно:
Меня б не пускали в кафе
Под названьем «Фламенго» -
Как террорист я б в него бы вломился!
Читал бы стихи
                           картавя
И заикаясь
О том, что родился у них
                                           и очень я каюсь.
И шёл бы с кульком их пятаки собирая…

Я в ад не попал их
                                из СССР,
Как из рая.
НЕРЕАЛЬНАЯ  РЕВНОСТЬ
                   Игру нашли смешную,
                   И не проходит дня –
                   Ревнуешь,
                   Ревнуешь,
                   Ревнуешь ты меня
                   К едва знакомым девушкам,
                   К танцам под баян,
                   К аллеям опустевшим,
                   К морю,
                                 к друзьям.
                      Роберт Рождественский

Нашла игру дневную,
Ведь не проходит дня –
Ревностно ревнуешь,
Ревнивая, меня,
Глаза твои
                  колются:
Я в наколках весь.
Горе моё горюшко,
Я теряю вес.
Вот напишу о ревности
И стану всем смешон.
Да я тебе, царевна,
На голову мешок!
Ревнуешь меня к морю? –
Мы с ним тебя сведём!
Да я тебе Гоморру
Устрою и Содом!
Ах, ты ревнуешь к девушкам? –
Тогда другой табак!
Ах, девушки,
                       да где уж там –
Я и в стихах слабак…

Всё ж, написал я путано:
Каюсь и курю,
Испуганно, как пугало,
На стихи смотрю.


ЛЕТЯЩИЙ  ПО  ВРУНАМ
                   А уснуть захочу,
                   После долгих погонь,
                   Я к тебе
                                 прилечу –
                   Мотыльком на огонь.
                     Р. Рождественский
Я к тебе прилечу,
Мой поклонник родной,
Я тебе приплачу
За разбавку водой.
Сборник, мой мотылёк,
Мельтеши пред огнём!
Я от вас не далёк:
Недалёкость – конёк,
Неужели, Пегас?
Тррр, куда поволок? –
Тормоз надо – не газ
И ещё – корвалол!


ВЫПУСКНИК
               Стучится сердце:
               «Выпусти!!» 
               А как его я
                                  выпущу? 
                  Р. Рождественский

Кричит мне сердце:
«Выпусти!!
                    Закрыл, не твою мать!!»
А я ему: «На-коси, выкуси! –
Клетка ему мала!
Спустилось бы ниже пояса –
Двухкомнатная там-с…»
«Спасибо за беспокойство –
Выскочу… в унитаз!»


ЕЖЕДНЕВНЫЕ  ПОДАРКИ
                 Ежедневная ноша
                                                не давит,
                 В ежедневные слёзы
                                                    не веришь.
                 Не тревожит.
                 Надоедает.
                       Роберт Рождественский
 
Ежегодный сборник – не сборник.
Ежедневные стихи – не стихи.
Ежедневное  горе – очень спорно,
Как поэт урбанист от сохи.
Ежедневные слёзы – водица.
Ежедневная ноша – медалью.
И поэт – не феникс, не возродится.
Я – Рождественский, но надоедаю.



ДАЛЁКИЙ  БЛИЗКИЙ  ЛОКОТЬ                                                    
                   Каждый раз
                                       встаёшь на цыпочки
                   Сына
                            по плечу
                                           похлопать.
                            Роберт Рождественский

Гладит сын меня
                             по головке:
«Папа карликовый,
                                 что ты не рад?
Укуси меня, папа, за локоть –
Ты в стихах
                    большой
                                   акселерат.


ЗА  НАСТЫРЬ – В МОНАСТЫРЬ! 
                     И уходить,
                                       как в монастырь, 
                                                                    в стихи:
                     Ловить Жар-птицу
                     Для жаркого с кашей.
                     А Золотую рыбку –
                                                      для ухи.
                           Роберт Рождественский

Отправил Музу в монастырь я:
Она жаркое
                    из Жар-птицы пожелала,
ухи – из рыбки Золотой,
                                          настырная.
Осточертела мне.
                              Вот так.
                                            По жабры.


ЗАКОННАЯ  ДЖОКОНДА
  (Роберт Рождественский)

Как много эта женщина
Знает про меня!..
Но ты её божественней:
Тебя б – не променял!
Теперь я, как знакомый
Приветствую ту:
С ухмылочкой, Джоконду, –
И мимушки иду.
Садится иней
                       призрачней
На мой холодный мозг
И сквознячок пронизывающий
От неё –
               мороз!
Как много эта женщина
Узнала про меня…
Но чтобы не обжечься нам –
Отменим променад.


ИЗМЕРЕНИЕ  ИЗМЕНЫ
(Роберт Рождественский)

Ты на-гора измену выдашь
И будет ночь белым-бела.
Ты чёрным днём из дома выйдешь…
А он не спросит: где была…
И ты заплачешь,
                            ты заплачешь
и проклиная дурака,
свою беду в сундук запрячешь.
Свою беду.
                    Его рога.


ЦЫПОЧКА  ИЗ  ЦПКиО
                    Чья-то найдена невинность
                    В ЦПКиО.
                        Роберт Рождественский

Дуры найдена невинность –
Не клюёт никто!
Эт за что така немилость?
Анекдот!


ОТВЕТ  ПО  СУЩЕСТВУ
 (Роберт Рождественский)

А у нас, ё-моё, такие штрафы!
Критика кулак оглушительно тяжёлый:
Генеральной линии не потрафишь –
В лужу сядешь, этой самой… оп-опой!
Вон Евтушенко – штрафник с рожденья:
В гроб кладут краше, чем он.
Я – позлащённый. Серёдка. Рождественский.
Ан. Вознесенский – хитрый чемпион.
Где бы, что бы и кем бы не спето –
Всюду нас караулит инспектор…
Поэтому, друг мой, поэтому,
Не рождаться вовсе, чем родиться поэтом.


СОЛОВЬИ  И  СЕ  ЛЯ  ВИ
Зачем учился ты словам,
Чтоб только говорить хорошее?
Поэты подражают соловьям,
А надо быть Гаврошами.


БЕЗ  БЛАТА,  КАК  БЕЗ  БРАТА
Всё равно что за снегом идти в Африку,
А за книгами Рождественского в книжный.
Ты без блата везде схлопочишь «вафельку»
И уйдёшь  оплёванным и униженным.


ПИСЬМО  ИЗ  ГОРОДА  Н.
Славу за хвост словя,
Живёт он, а критики – хвалят.
Мне надоели щенячьи слова:
С меня – хватит!


ЛЯМКА  РАМКИ
                Ему было в рамках
                                                 тесно.
                Во всех.
                               Даже в траурной
                                                            рамке.
                    Роберт Рождественский

Заключать бы стиховраки.
В траурные очень рамки.
Выправлять бы горбатые строчки.
И стыдиться бы стиходрочки… 


ПЕРВОЗДАННАЯ  СЛОЖНОСТЬ
Как всё это просто! До смеха. До жути.
Попался редактор чересчур настырный:
«Роберт Рождественский, вы нам разжуйте,
Как простота пустоту настигла?»


РАДИУС  ДЕЙСТВИЯ
Радиус действия истинного поэта?
Поэт – алмазный тунгусский метеорит
Ошарашивший людское болото,
Которое боготворит и материт.


РЕВНОСТЬ  БЕЗРАЗМЕРНАЯ
                      И вот 
.                               в ладони ты идёшь
                      К нему,
                                   белея и дрожа.
                          Роберт Рождественский

Как не хочется быть рогоносцем!
Столько ревности! Что назло
Женщина изменит. Отрыгнётся.
Жене Рождественского не повезло.


ТАКОВА  МОЯ  ЖИЗНЬ
                   Я зла не имею.
                   Я сердцу не лгу.
                   Живу, как умею.
                   Живу, как могу.
                   Живу, как лечу.
                   Пусть небу
                                      смешно,
                   Но отныне
                   Ни дня
                   Не будет оно
                   Краснеть за меня…
                       Р. Рождественский
   
Живу я умело.
Пишу, как могу.
Есть очень умнее,
Есть, как МГУ.
А я вот, как ангел
Парю в облаках,
По тучам макакой
Люблю я скакать.
На вас выжимаю
Водицу стихов:
Земля – оживает!
Я – Роберт! – таков.
Свежо и громадно
Я спорю с зарёй:
Не то, чтоб до мата,
А так – как герой.
Я зла не имею,
Пародий не чту.
Во всём я умерен,   
На лучшем счету.
Ещё бы мне небыль:
С земли, чтоб молясь,
На красненьком небе
Узрели меня-с.


РОБЕЮЩИЙ  РОБЕРТ
                Хоть нарочно,
                                         хоть на мгновенье, -
                Я прошу,
                                робея,-
                Помоги мне в себя поверить,
                Стань
                          слабее.
                      Роберт Рождественский

Бей, пожалуйста, послабее,
Бей, пожалуйста!
Я тебе подставлю лобешник –
Не пожалуюсь.
Вбей мне в голову
                               низколобую,
Ветреная, плавная,
Что-нибудь про змею подколодную,
Что-то очень главное.
Как огня,
                червонцем хрустящего, 
Я боюсь, что слава уйдёт
И за мною,
                  то есть, за «ящиком»,
Километром не хлынет народ.
В море я густое, как чаща,
Брошусь
               Ивом Кусто
                                   искать…
Ты лупи меня лишь почаще –
Без побоев твоих – 
                                 тоска.


ВЕРОЛОМНАЯ  ВЕРА

Ю. Никулина увели японцы –
Верю.
В сейф уместился любовник –
Верю.
Не гений – Александр Солженицын! –
Верю.
Что Евтушенко один раз женился – 
Верю.
Грудь для орденов расширяют –
Верю.
Прикроют бюрократизма шарагу –
Верю.
В нищего, с хохотом, жрущего деньги –
Верю.
В непорочность (не прочной на перед) девки
Верю.
 
Но когда я прочитал тождественное этому
бреду у Рождественского, я криво усмехнулся,
и Роберту Ивановичу не поверил.

ЧАРДАШ  ИЗ  «ЧЕРДАКА»
                 А скрипач, -
                                       ай, скрипач!
                 Ах, стерва!!
                 Танцуем мы,
                                       Танцуем мы
                 Чардаш!
                         Роберт Рождественский

Я на стихи мельком взгляну,
Пожму плечами
И не поверю: размазня – да ну? –
Танцует чардаш!
Да он ходить-то не умел –
Варёное большое чадо.
Не знать, что у поэта на уме:
Эт надо ж, чардаш?!
Таков поэт: в банкет, в балет,
В тюрягу, в терем…
Там – поэт, здесь – поэт!
Вот, стерва!!



ДОБРЯК  С  КУЛАКАМИ  И  ЗЛОЙ  СЛАБАК  ПАРОДИСТ

ОТСЕБЯТИНА
   (Ст. Куняев)

В своём Отечестве я не пророк –
Вот пародист такое напророчит,
Такой состряпает пирог,
Что ласты склей, закрой на веки очи!
Не клювом нос, чтобы дерьмо клевать,
Как пародист я и очкаст и очень русский.
Нет, не моя, как наковальня голова,
Не торговали мной с нагрузкой.
Но строчку о добре и крепких кулаках
Я вбил гвоздём в крест персональный.
Песнь лебединую о хитрогузких куликах
Запрятал я в ячеишке анальной…

 
СНАЧАЛЬНИК
             …прямо в гости к человеку
             По фамилии Рубцов…
                  Станислав Куняев

Закачусь я к Коле в гости
(Коля – ясно вам? – Рубцов!)
Он такой же: кожа, кости,
Со стихами без купцов:
Да и кто такие купит? –
Он талантлив чересчур!
Мне – кулак, ему вот – кукиш,
Ему – глаз, а мне – прищур.
Посидим, пузырь раздавим,
После выйдем на крыльцо…
К нам старик, почти Державин:
«Соцыняицы, поцы, вы цо?!»
Кольк – нетленку, гениальку;
Я – как все… (И вообще
Пародисту – генитальку
В очень кожином плаще…)


ТЕЛОВОЙ  МУЖИК
                ….но жалко весёлое тело,
                Счастливое тело своё…
                       А душу нисколько не жалко –
                       Во всём виновата сама!
                             Станислав Куняев

Добряк с большими кулаками,
Души своей я не жалел.
Характер твёрдый мой, как камень:
Я, как китайский инженер…
Давно я понял, что душонку
Подальше надо запихать:
Пусть нараспашку Евтушенко –
Ему по чесноку пахать,
А я совру: ну кто заметит? –
Один придурок пародист!
Да, моя Музка – не миледи,
Меня не Пушкин породил:
Я из народа, из навоза,
Простой, конкретный, как пятак.
Да и пошли вы все… на воздух!
А то херакну… в «пятак»… не так!


КУДА  НИ  КИНЬ  --  ВСЮДУ  КЛИН
             (клинописная табличка)
                  …И верно, потому что нет
                  Такого места на планете,
                  Где клином бы на белом свете,
                  Как говорят, сошёлся  свет, -
                  Я странным чувством полюбил
                  Весь этот беспардонный табор,
                  В котором ел, с которым пил
                  И выходил очнуться в тамбур,
                  Чтоб дверь тяжёлую рвануть
                  И захлебнуться жарким ветром…
                              Станислав Куняев
      
Мой народ не хитрожоп –
Нету русских олигархов!
Нам – пастушеский рожок
И церковных свеч огарки.
Мы – не граждане двух стран,
Мы – не пятая колонна.
Все свободы ваши – срань,
Но с воньцой одеколона.
Наши – водка, юморок,
(Для кого-то – вера в Бога).
Отвали от нас, милок, -
У нас вечная уборка:
Г-но авгиевых конюшнь
Убирать надолго хватит.
И Россия – на кону, (на колу!?)
А стихи – все! – мелковаты.


ШУМНЫЙ  ДУХ  (ПОЛТЕРГЕЙСТ)
                И мне прекрасно в окруженьи шума.
                Жизнь – это шум.
                А там, где тишина, -
                Тоска одолевает человека.
                      Но только рассвело,
                      Как от восторга зазвенели жабы!
                                Станислав Куняев

Мой пародист шумахерно шумнул:
Не по ушам ему мой гром бессмертья?
Запрет бы наложить на литшпану,
На взвешивание нас безменом!
Как от восторга жабушки поют!
Когда  в народ мы – избранные! – выезжаем:
Не про московский наш мы вам поём уют,
Мы всё про жабьи ваши дирижабли.
Пускай какой-то диссидент шумит…
Как пьянь со сна, сосна шумкует…
Лишь нам бы, тихим, не иссяк лимит
Благ всяческих – от громких кузниц.
Трава забвенья русская – чертополох,
Шумит дурная: «Пародист бессмертен…»
А я, шумной, чем для бессмертья плох?!
Мой лоб звенит, как колокол из меди!


РАЗГОВОРНЫЙ  ЖАНР
                 О, Родина!
                                   Сегодня ты во мне,
                 А потому ты во сто раз дороже,
                 И мы с тобой всю ночь наедине
                 Так говорим,
                                        что дрожь по коже…
                             Станислав Куняев

Два пьяных мужичка домой бредут
И пьяный бред их я отлично слышу.
И это – эволюции продукт?
О, Родина, ты милосердна слишком!
Я попытаюсь их повоспитать,
Чтоб дрожь волнами шла по коже…

(Пусть пародист опишет мой спектакль:
Он на корриду русскую похожий…)


РОКОВОЙ  РАЗМЕН
               Разменяю
               Свои дорогие слова,
               Промотаюсь,
               Впаду в нищету.
                    Ст. Куняев
   
Разменял рублёвку таланта и я,
Промотал я в пивнухе всё до копья.
В нищете я, обидушку затая
На себя, как яд, пародьки копя…
Коллективно бессмертие нам –
Не собирается племя моё вымирать!
Пародист Иванов: стихоед и тиран,
Не желает скрыться от нас в эмират…


КОМУ  КАМО?
                Но не щедро нас жизнь бережёт!
                Что-то сгинуло… Не оттого ли
                Иль крапива ладони не жжёт,
                Или кожа не чувствует боли.
                       Станислав Куняев

Нас уже и крапива не жжёт
И огонь не палит, и водица не топит…
Лишь талантом обидел главный нас жмот…
Гений и для Пушкина – допинг.
Нам, советским, бессмертие ни к чему:
Проповедники мы идей коммунизма.
Я бы крапивой порол почемук
И мозги промывал бы клизмой!


НАРОДНЫЙ  ПОЭТ
              Так же будет усыпан людьми
              Луг, меня прокормивший когда-то,
              Потому что в нелёгкие дни
              Есть спасенье – земля и лопата.
                     Так же будут хмельные друзья,
                     Разомлев от вина и теплыни,
                     Понимать про себя, что нельзя
                     Не любить эту горечь полыни.
                          Станислав Куняев

Я недавно узнал, что «Полынная» -- это абсент
И любимый напиток худока Ван Гога.
Кто сказал: «Народец совсем оборзел!
И на фронте – страшнее вшищи окопной!»?
За победу кто страшную цену платил?
Победитель глаза на цены таращит…
Кто казнокрадов рублёшками озолотил?
Жаль, что вождь – красноликий товарищ…
Ты мечты человечества больше не жди –
Медным тазом накрыл кепсон Дон Кихота!
Жёлтые, (по К.С.) полынные дожди…
Мой народ бредёт, как матушка-пехота…


ЖАЛКИЙ  И  НЕ  С  ЖИРКОМ,  НО  С  ЖАЛКОМ…
                    Матушка! Сыну упрёка не брось
                    В том, что молчит нелюдим, -
                    Слышишь дыханье? – вселенская злость
                    Гонится следом за ним.
                               Станислав Куняев

Его душонка вся в заплатках:
Плохой борец наш пародист.
А мог бы стать и мне он браткой…
Доносы шлёт – гордист, радист
В тылу врага, а мы, блин, волки!?
Как диссидентов пора их подавить!
О нём не вспомнит Игорь Волгин –
Метатель бисера он! – никакой Давид.
Он за столом гнул позвоночник,
Он злой поэт, он нерв – струной!
Он голос всех Мань, Зин, Ванёчков!
Врут суки: связан он с Сатаной…


ВСЕ МЫ НЕМНОГО ДЕТИ…
               Мы – тоже дети страшных лет,
               И неизвестно, чьи страшнее.
                      Не пряча глаз – вглядись в судьбу:
                      Увидишь знак преодоленья,
                      Начертанный на чистом лбу
                      У молодого поколенья.
               …и знай: вы дети новых лет!
               Каких? – вы разберётесь сами!
                           Станислав Куняев

Над толпою вороний ужас…
Неужели нас зло одолеет?
«Были времена и хуже,
Не было – подлее» -
С такой картонкою стоит:
Учительница? врач? с завода?
Нет за спиной её ни ангела, ни сатаны.
Но протестует – уже свобода,
Свобода на копейки жить
И не купить внучкам гостинцев!
Свобода, протестуя, рот зашить?
На строгий лик Христа креститься?
Что ждёт потомков наших, не понять.
Или помогут нам пришельцы?
Футбольная спасёт народ шпана?
Растущие в компьютер шейки?
Пора задуматься, родной народ,
Ходить на выборы и – поголовно!
И выбирать тех, кто не врёт,
Без обещаний голословных.


АНТИХРИСТЫ—БОЛЬШЕВИКИ…
            Церковь возле гастронома
            Приютилась незаконно,
            Словно каменный скелет,
            Кладка выложена крепко
            Ладною рукою предка,
            Простоит немало лет.   
                  …атеистам не на пользу,
                  Верующим не в укор.
                    Стан. Куняев

Верить хочется, что сволочьё,
Что порушили русские храмы,
Полный даст перед Богом отчёт,
Выпьет чашу свою до грамма.
Не на что глаз россиян положить,
Кроме храма. Тоска и в природе…
Не споткнулся наш брат-большевик…
Наревелись от свобод пародий…
Но пророки: будут купола сверкать,
Только Бога в храмах не будет…
Кто понятное иго будет свергать?
Руку дружбы протянут Абама и Путин?


 ЛЮБИТЬ  ПО—РУССКИ
         (мои ассоциации)
                 Воет вьюга в тылу глубоком.
                 Плачут вдовы в селе убогом…
                 Мчатся кони в кромешной мгле.
                 Погрохатывает война
                 За далёкими за лесами,
                 По дороге несутся сани,
                 Мутно небо, и ночь мутна.
                           Станислав Куняев

Из ночного я на коне,
А его хлестанул придурок:
Слава богу, нет там камней
И не жертва лихих я придумок;
Заработай падением горб,
Как Каёшка бы сдох я в деревне,
Не черыкал бы пёрышком, горд,
Что нашёл эпизод интересный.
Сколько раз хранила судьба! –
Не понятна ко мне её милость
Выжил я – синюшная худоба
И обида слезами смылась…
Вот забыл слова: пели-стонали,
Деды, отцы не понятые нахальём…
«Выпьем за Родину, выпьем за Сталина,
Выпьем и снова нальём!
Выпьем за тех, кто командывал ротами,
Кто замерзал на снегу,
Кто в Ленинград пробивался болотами,
Горло ломая врагу!»
Стыдно: не вспомню уже и не Шубина…
Стыдно за порченных русскою швалью…
Стыд деревенского Шурика щуплого:
«Выпьем за тех, кто в тылу ошивался…» -
Я задыхаюсь, как закопанный заживо!
Что за цена всем моим потрахам?!
«…пил в ресторанчиках с жёнами нашими,
Девушек наших пихал!

Выпьем за удаль нашу кипучую!
За богатырский народ!
Выпьем за Армию нашу могучую!
Выпьем за доблестный Флот!»


ТРУДОГОЛЬ  ДЕРЕВЕНСКАЯ
         (мои колхозные)
                Наш праздник весел и тяжёл,
                Он – слава, но и он же – тризна,
                Недаром по стране прошёл
                Девятый вал патриотизма.
                         Ст. Куняев
 
Теперь по валу явный недобор…
История и «оттепель» Хрущёва
И коммунизм… (Фото Ингеборг
И Мэрилин на стенах трущёбок)
И как цунами их капитализм
Снесёт, утопит и оставит жижу.
Потомки счастья дождались
Скорей похожего на грыжу.
На балалайке играй Архиповский
И подольше, гений, играй!
Мы смешны с шабалами хипповскими,
Миллионы сбежавших в город, как в рай.


КОНЕЦ  СОВЕТСКИХ  ДЕРЕВЕНЬ
          (опять моё деревенское)
                …и волновал разъятый быт,
                Пустые окна, тёмные амбары.
                      Солома истлевала на стерне,
                      Сады дичали в тягостном покое.
                      Таилось нечто в этой тишине,
                      И вызревало что-то роковое.    
                           Станислав Куняев

Не в одночасье и деревня умерла –
Моя ещё кишела детворою…
Не горожан сейчас не миллиард…
Мир деревенский разворован…
При мне кормил СССР колхоз,
Ещё налоги гнули в рог бараний,
Но был, как праздник, сенокос
И выборы все с пышностью парадной.
Была ещё гармошка – главный инструмент:
И песни пели,  пили и плясали
И не пугал побывший чел в тюрьме,
И вкус был в кильке, сила – в сале.
Но устремился город в коммунизм…
В селе – дешёвая рабсила…
60-тые… На стройке гармонист –
Гармошками твой гимн Россия!
В 60-тые построены все города,
Все стройки века в СССР – 60-тых.
Но вражья сила, как всегда, крута:
На откуп от войны – размер глобальных взяток.
И никого, и никогда нам не догнать:
Спасибо дачникам и городским колхозам!
Кто кого сгрёб, тот того и… в зоб – догмат,
Но нам не привыкать к соседовским злокозням.


НА  ГРАНИ  МИРОВЫХ  КАТАСТРОФ
                  Опять разгулялись витии –
                  Шумит мировая орда:
                  Россия! Россию! России!..
                  Но где же вы были, когда
                  От Вены и до Амстердама
                  Европу, как тряпку кроя,
                  Дивизии Гудериана
                  Утюжили ваши поля?
                        Нет, всё-таки взглянем сквозь годы
                        Без ярости и без прикрас:
                        Прекрасные ваши «свободы» -
                        Что было с ними без нас?!
                              Станислав Куняев

На нашем горбу выезжали:
Страны, народы, Орда.
Не вы ль от восторга визжали?
Но помнят нас одни лишь города…
А люди добра не помнят –
Русский солдат наш забыт!
Мадонну встречают с помпой!
Где гамбургский счёт обид?
Весь мир захлестнула злоба,
Не знает стыда сволочьё:
Ненасытная глоба
Прихватит даже ничьё.
Подавитесь, твари, благами,
Вы****ки сатаны!
Русские восстанут богами
И на обломках страны!


МЕДЛЕННЫЕ  ТАНКИ  НАШИ  БЫСТРЫ
                  Мне бы только выдержать нагрузки,
                  Но, одну заботу сбросив с плеч,
                  Я прошу, как принято по-русски,
                  Новую на эти плечи лечь.
                  И, увидев грусть моей подруги,
                  Я к её прекрасному лицу
                  Поднимаю медленные руки,
                  Чтоб стереть нежданную слезу.    
                           Станислав Куняев

Очень у нас медленные руки:
Водку пьём, но так – тошнит смотреть!
Рукосуй мерещится, как Крюгер
И с косой блондинистая  смерть…
До копья обчистили карманы
И свалили на Багамах жить…
Нам оставили – туманы и обманы,
Даже обещавшие служить
До последней капли благодарной пота:
Знавшие, где выгодней потеть –
В саунах, на бабах! – не в работах.
И бесконечен счёт потерь…
Не дают покоя нам подлюги!
Палки нет Сансары колесу!
Вытираю я у Музочки-подруги
Мутную, как самогон, слезу…


ПОЧТИ  ДУЭТ  НЕСОСТОЯВШИЙСЯ
                              * * *
                Россия – ты смешанный лес.
                Приходят века и уходят –
                То вскинешься ты до небес,
                То чудные силы уводят
                Бесшумные реки твои,
                Твои роковые прозренья
                В сырые глубины земли,
                Где дремлют твои поколенья.
                           Станислав Куняев

Ужели мёртвые знают о нас?
Мне стыдно: не хочу, чтоб знали…
Мы рот разинули на ананас –
Нам кляпом – наше знамя…
Руками не только давидов
Гнобили  не только стиляг,
Крамолку передавили.
(****и красные труселя
С Распутина пьяного сняли…)
Вот так заголили нас
В таком позорном финале:
В конец и во всём обленясь…
Наше знамя, побед наших знамя, -
На французское дежа вю…
Нет за нами – все, Бог, не с нами –
До воскрешения не доживу.


ИСТОРИЧЕСКОЕ  ИСТЕРИЧЕСКОЕ
               Здесь на съёмках «Андрея Рублёва»
               Этим летом решил режиссёр,
               Чтобы в кадре сгорела корова,
               Чтобы зритель смотрел трепеща…
                    В монастырь заточали цариц,
                    А потом заточали преступниц,
                    Не достигших шестнадцати лет…
                    Но пора, чтобы мне возразили
                    И сказали: послушай, поэт,
                    Так легко о тревогах России!
                              Станислав Куняев

Тот режиссёр – диссидент, не наш
И папаша его переводчик.
Он снимал свой ажиотаж –
Закордонник, Харон-перевозчик.
Бренд России – Андрей Рублёв!
Что плели там о вере в Бога?
Кто там ставил вопрос ребром –
Дядя Хрущ – кулакан убогий?
«Я последнего вам попа
Покажу!» - всё кончилось анекдотом,
Но, надгробный, в века попал,
Дети-ангелы спросят: «А кто там?»
Пропитала Россию нефть:
Мирового пожара спичка
Распалит глобаль – охренеть!
Всё! Язык свой я в жо… запичкал!


НАША ДОРОГА --  В  ПЕТУШКИ
                    А всё-таки нация чтит короля –
                    Безумца, распутника, авантюриста,
                    За то, что во имя бесцельного риска
                    Он вышел к Полтаве, тщеславьем горя.
                          И уровень славы упал до нуля,
                          И уровень жизни взлетел до предела…
                          Разумные люди. У каждого – дело.
                          И всё-таки нация чтит короля.
                               Станислав Куняев
   
Ни одного на кого бы народ – сорок куч! – ни ка-ка!
Никто никого никогда – перекрестись! – не уважает.
Здесь царствует страх и закон здесь – капкан.
И хлещут кнутом здесь, редко, вожжами…
И сложно людей от лошадей отличить –
Заездила Русь своих ванек-манек…
Не снился нам американский, брат, оптимизм
И поотстал наш рублик от мани…             
Величия «маня» сходит на нет
И в космос не наши уже марсоходы…
(Кто на Маяковского монумент?
И плачут по Дзержинскому сироты…)
Не сомневался русский наш поэт,
Что тройка мата вынесет Россию.
До Петушков купил в бессмертие билет
Ер. Вень… и гениально керосинил!


НЕПОСТИЖИМОЕ  НЕРУССКОМУ  УМУ…
                  Как смогли вы, друзья, уберечь
                  За полуторатысячелетье
                  Эту древнегрузинскую речь, -
                  Что ни время, ни пламя, ни меч
                  Не развеяли в пепел наследье!
                         Я впадал окончательно в грусть,
                         На душе становилось постыло,
                         Потому что беспечная Русь
                         Столько песен своих позабыла!   
                   Вам спасибо, что вы сберегли,
                   Нам спасибо, что мы растеряли.
                   Но зато на просторах полей,
                   На своей древнерусской равнине
                   Полюбили свободу потерь
                   И смиренье, что пуще гордыни.
                               Станислав Куняев


Свои песни грузины поют,
Мы напевы предков забыли.
Нам нацмены в рожу плюют –
Мы на всё кол шершавый забили…
Красный надо на серый сменить:
Серый цвет нам как-то роднее.
Наш серп-молот, как гимн знаменит
Убедительней львов и скромнее.
Не поётся, но пьётся у нас;
Мат второй наш язык (незаконный)…
И как пляж российский Парнас:
Всякий друг иль хороший знакомый.
У грузин поэт как король,
Наш – армейский политработник.
За нацмена нацмен – горой,
А русак – то винтик, то болтик:
Крутят-вертят все, кто хотят –
Он давно позабыл о гордыне,
Гнут не люди – братва, хренота,
Говорят: наследье Ордыни…
Но опомнится русский дурак:
Свистнет так, что уши заложит!
Не доводите русских до драк!
Наша правда – за вашей ложью!


И  КАК  ГОРЧИЦА  КРЕПКАЯ ЛЮБОВЬ!
                 Непонятно, как можно покинуть
                 Эту землю и эту страну,
                 Душу вывернуть, память отринуть
                 И любовь позабыть, и войну.
                       Я люблю эту кровную участь,
                       От которой сжимается грудь.
                       Даже здесь бессловесностью мучусь,
                       А не то чтобы там где-нибудь.
                              Станислав Куняев

Горевали мы, но зверски любили
Нашу, с придурью, родину-мать.
Диссиденты крепко сглупили:
Им почётным эскортом – мат!
Кто в Израиль, во Францию кто-то,
Понапористей кто – в США.
Мы, откормленные картошкой,
На приколе, как Пушкин Саша.
Я – не Курбский и ты – не Герцен.
Никудысь, растудыт твою мать!
И засунь ты в задницу сердце
И садись сборник мой обмывать!


 
«СТАВ  ГРАЖДАНИНОМ  МИРА  ВРОДЕ»
                  …и я влюблялся в города
                  Преуспевающей Европы.
                  Я пил за праздничным столом
                  И в Грузии, и на Памире,
                  Да так, что забывал о том,
                  Кто я и где меня вскормили.
                         Станислав Куняев

Я гражданином мира стал
В своём уме весьма не хилом,
Но не заметили мой пьедестал,
Как не заметен кой-чегой под килтом…
Я поднянул спадавшие штаны
И продолжал трясти ширинкой
На площадях любой страны;
Как соловей стихом чирикал,
Что я России плоть и кровь
И что я часть и частник вроде,
Что пью не только молоко коров –
Пародий стенолаз нальёте,
Его глотну, как медицинский спирт
Легко, как пародист таблетки!
Не он ли это под столом-то спит?
Как пёс, сожрал мои объедки.
(Урок: став гражданином вроде,
Не пейте норму певца Володи…)


САМОЗВАНЦЫ—ЗАСРАНЦЫ
                 Был Дмитрий Самозванец не дурак –
                 Он знал, что черни любо самозванство,
                 Но что-то где-то рассчитал не так
                 И чёрным пеплом вылетел в пространство.
                                   Станислав Куняев

Губа не дура у него и сам он не дурак:
Забил на всё, но и его в жерло забили.
Вновь выхожу на исторический я тракт:
А вы, засранцы, самозванца не забыли?
Казалось и Хрущёв не уязвим –
Не тут-то было! – и его попёрли.
Грузил всех страхом Сталин И., грузин,
Но и бессмертный получил по полной.
По сути и поэты самозванцы все,
Но нам и с полуслова ясно: кто С. Есе…
И пеплом пиплу – тонны криков, брыков…
Но почему на ящера похож Диманя Быков?


ЛОМОНОГИЕ  ВРЕМЕНА
                Ох, как ловко работает время,
                Изменяя теченье веков.
                Не вчера ль темнокожее племя
                Согревалось в лесах у костров?
                     …что сверкают их чёрные лики
                     Средь крестов и рубинов Кремля!
                               Станислав Куняев
 
Теперь все, сдаётся, не с нами…
Налетели абреки с гор
С закидонами озорными
Да по Красной во весь опор
На авто да к Огню, с понтами!
Неизвестный солдат не встал.
Безвременье с такими принтами –
Это вам не трепать твистя!


УЛЬТИМАТОМ,  ПОЧТИ,  МАТОМ
              (монолог комиссара)
                Реставрировать церкви не надо –
                Пусть стоят, как свидетели дней,
                Как вместилища тары и смрада
                В наготе и в разрухе своей.
                Пусть ветшают…
                      Всё равно на просторах раздольных
                      Ни единый из нас не поймёт,
                      Что за песню в пустых колокольнях
                      Русский ветер протяжно поёт!
                                 Станислав Куняев

Мы вам, бля, новомирье построим:
Вас не рай ждёт, бля, коммунизм.
В СССР, бля, вход посторонним
Запрещён! Ты спеши, бля, колись:
Кем был папа? чьей ****ью мама?
Как ты служишь КПСС?
С кем танцуешь самбу-мамбу?
Сколько можешь сожрать за присест?
А кто лишнее балаболит:
Им сюрприз наш – пулемёт.
Хорошо стрелять с колокольни –
Это, бля, и дурак поймёт! 


ДРАНЫЕ  КОЗЛЫ
              Но погоди, не ропщи,
              Мудро исследуй причину:
              А не в твоей ли крови
              То же диктаторство к сыну?
                          Станислав Куняев

Как лыко, как козу я драл,
Как сына дерёт государство.
Мы к социализма дарам
Не чувствуем благодарства.
Драть в гриву нас надо и в хвост,
Чтоб помнили папину порку,
Чтоб жрать со слезами овёс –
Без страха не будет проку.
В нас страх, уваженье – одно,
Любовь с тумаками – едина.
А кто не согласен – на дно! –
Там вас спеленает тина. 


БЕЗПАРОДИЙНОМУ  ПОЭТУ  РУБЦОВУ
              Вечный город! Я знаю теперь
              Все соблазны твои, все угрозы.
              Ты не веришь слезам? – И не верь,
              Что тебе бесполезные слёзы!
                     Станислав Куняев

Я давно перестроился, до Горбача.
Пусть теперь пародист лимитует!
Под себя, для себя глобача,
Расплодился я, как Мичурин.
Не последний в Москве человек.
А она расползлась, как опара…
Кто из нас удач не ловец?
Кто из нас Рубцову не пара?
Хрен поймёшь как он нас обскакал:
Нам чуть-чуть до него не хватило!
«Беспородный Рубцов – аксакал!» - 
Шутканул пародист, хомутило…


ПЛОХО  БЕЗ  БЛОКА
                Срок пришёл отмечать юбилей,
                Но рассыпалась прахом ограда,
                И шумят лопухи да пырей
                На земле Соловьиного сада…
                        Станислав Куняев

Нет, я не Блок, не пророчил:
Я жил, творил, не тужил;
Я без связей порочащих
Я без надрыва жил.
Кухаркиным детям поэзья
Да и гении все – пох и нах.
А теперь – бесполезная
И бездарнейшая из эпох.
И не будет в России Блока
И Есенина уже никогда.
Впереди бесконечное «плохо»,
Как предсмертная икота.


МЁРТВОГЛАЗЫЕ  ЖАБОРОТЫЕ…
               (мой коммент)
              Что-то взгляды его холодны,
              Словно мы проживаем на льдине.
              Он уедет из нашей страны,
              Чтобы кончить свой век на чужбине.
                    Впрочем, бог для него или чёрт,
                    Или родина, или чужбина –
                    Всё без родины. Был бы комфорт.
                    Маска сброшена с блудного сына.
                              Станислав Куняев

Осторожен наш брат Станислав,
Что уж проще: враг Солженицын
Иль Аксёнов – почти слизняк!
Не на Белле же Ах. жениться?
Там Довлатов на Нобеля пёр,
Как на буфет – хренов ему сумку!
Поднаклал наш Великий Пётр –
За Полтаву, за родину-суку…
Солженицын вернулся назад –
Он в возврат свой на родину верил!
Вот его никак обвинить нельзя,
Господа и товарищи, - звери!


ИДЕЙНИКИ—ЛИХОДЕЙНИКИ
                  Сколько всяких великих идей
                  Возросло на просторах России!
                  Сколько всяких великих людей
                  Объясняли нам, кто мы такие…
                           Станислав Куняев

Наворочали столько идей –
Разгребать и потомкам хватит.
Рядом с русским везде иудей
И не только в больничном халате.
Как сказал эксперт Губерман
И народный поэт России,
Неприятен он вроде бельма,
Если б в гости к нему напросились:
Он бы истин таких наоткрыл –
Это вам не цитатник Мао!
Не орлов у нас нет, нет и крыл.
Учат нас, дураков, - нам всё мало…


ВЕЧНЫЙ  РУССКИЙ  ДОЛЖНИК
                  А я, мне казалось, навек
                  Всё должное миру отдавший,
                  Вдруг вижу, что я – человек,
                  Кому-то опять задолжавший!
                            Станислав Куняев
      
Везде мы лезем с глупой добротой:
Кому ещё долгов мы не списали?
Полмира нам не стали нашею братвой:
Глупей не сделать и специально.
Никто нигде не строит коммунизм –
Накрылось мессианство лунным тазом,
На всех фронтах разбит наш гуманизм –
Всё кончилось психозом и маразмом.
Нас в золотой не включат миллиард.
(Они от скуки вымрут без поэтов!)
Для наших и земшар был маловат.
Не дождались нас на других планетах. 


РАЗГОВОРЧИКИ,  ЗАГОВОРЩИКИ…
              Для тебя территория для меня –
              Это родина, сукин ты сын.
              Да исторгнет тебя, как с похмелья, земля
              С тяжким стоном берёз и осин.
                    Гнев за гнев, -
                    Коль не можешь любовь за любовь –
                    Так скитайся как вечная тень,
                    Ненадолго насытивший желчную кровь
                    Исчезающий оборотень.
                            Станислав Куняев

А впендюрить фамилию гада слабо?
Невелик литератор, почему-то сдаётся:
Небось, серийный еврей-колобок – 
Не гений из глухомани таёжной?
И сколь волчару не корми, но у него
Не станет толще… этот, чем слоновий.
Не металлург, не клерк, не оленевод,
А коль поэт – то на готове новый.
А тот суксын – не Бродский, не Шукшин:
Нам от еврейской лиры не в голове не в жопе,
Народ мышиный мы бумажками шуршим,
Но мало наших в книжном шопе.
Я темы всё беру – ой-ой-ой-ой! –
Клеймо антисемита припаяют:
Ответ же коммунячий и простой
Сейчас не в моде, мой приятель,
Татарин я, которого не ждут,
Где стол накрыт, но для своих лишь только,
Но место здесь почётное  Андре Жиду
И рассуждения иных преследуют жестоко.
Возвысил Солженицын трезвый глас.
А Достоевский (подпольно) антисемитом?
А русский: он кохозник и рабочий класс –
Россия простодырством знаменита…


ХРОНИКА  ПОСЛЕДНИХ  ВРЕМЁН
                   Куда там! Не то что любовью
                   Дышали разверстые рты,
                   А ржавым железом, и кровью,
                   И яростью до хрипоты.
                   Что было здесь правдой? Что ложью?
                   Уже не понять никому.
                   Но некая истина дрожью
                   Прошла по лицу моему.
                   Я вспомнил про русскую долю,
                   Которая мне суждена, -
                   Смирять озверевшую волю,
                   Коль кровопролитна она.
                           Станислав Куняев

Исчезни в одночасье русский сброд – 
Нацмены все между собой перегрызутся!
С поэта русского тотальный спрос
И невиновности не ему презумпция.
И если состоится Страшный Суд –
Он только русских оправдает,
Коль на него все правды принесут.
Сэм, дядя, бородавку лишь продавит…
И мы в последний раз средь сволочья
Поухмыляемся, поржём, братухи!
И счёт отныне – мирная ничья!
И все мозги и навсегда протухли…
Для нас работу и в раю найдут:
Нам без работы невозможно.
Пусть делят эти хрень в аду:
А там смотрящим не пародист Тимошин?
(Или зависнет над Россией НЛО,
Как предсказала баба Ванга?
И все поймут насколько всё гнило,
Что не спасёт воскресший Грозный Ванька?)

ПОНЯЛ,  ЧЕМ  СТАРИК  СТАРУХУ  ДОНЯЛ
                    А всё же кто-нибудь поймёт,
                    Где грохот времени, где проза,
                    Где боль,
                                    где страсть,
                                                        где просто поза,
                     А где свобода и полёт.
                              Станислав Куняев

Суди, читатель-друг, суди меня, суди!
А то меня энкаведешник судит:
Он – пародист, занудливо зудит…
Он надоел всем, сын сукин!
Спаси нас, Боже, от судей-мудил,
От неприкасаемой сей касты!
Не клан поэтов над законами мудрил:
Один защитник – команданте Кастро!
Меня народ-творец одёрнет и поймёт,
Не жалкий критикашка-пародистик.
Пускай на темечко и мне орла помёт,
Не многоточье пародистской дристни!


ПРОСВЕТЛЁННЫЙ  БУДТО…
           (моя солидарность)      
                 Под этот сумасшедший свист
                 Я увидал с собою рядом
                 Спокойный ряд усталых лиц,
                 Очищенных огнём и мраком,   
                 И понял, что и у меня
                 Лицо почти иконописно
                 От пляски тени и огня…
                       Станислав Куняев

Зачем боготворить народ?
Хотя бывают странные моменты,
Когда поймёшь: поэт не врёт
И неспроста им монументы…
И гордость за своих людей
Восторгом за своих охватит
И веришь в истинность идей,
В их мощь, совсем не в киловаттах.
Но вот беда: всё у людей не так
И вся история – утраты и паденья,
А жизнь ценой почти в пятак,
И бесконечен понедельник,
И не наступит светлый день
Над Богом проклятой Землёю,
И не поставлен злу предел,
И плачут ежедневно миллионы…


ЖУТКИЕ  ШУТОЧКИ  СУДЬБЫ
               Подшутила судьба надо мной:
               Были други – да сплыли с годами,
               И надежды прошли стороной,
               Словно тучи, а влаги не дали
                     …где же бродит мой новый напарник?
                     Ветер стих. Начинается снег.
                     Я гляжу в темноту и гадаю.
                     Что случилось? Придёт или нет?
                     Слышу шорох – и рад негодяю.
                         Станислав Куняев   

Тяжело с идиотами жить:
Фули делать – такие достались!
Мелкой дрожью губёнка дрожит:
Подарил нам селекцию Сталин…
Пара сладкая: трус и подлец,
Хоть не суйся – на сволочи сволочь!
Государству с такими – трындец,
В царстве дури и своеволий.
Что дружки? – и они продадут,
С потрохами сдадут не по разу!
Все мы, друг, коммунячий продукт –
Хрен! – не вытравить эту заразу…


ЗИМНИЕ  КОМАНДИРОВКИ
                Метель метёт. Буксует самосвал.
                Притормозил – и передок в кювете.
                Дорожный знак в белесой мгле пропал.
                Метель метёт, как на другой планете.
                     Не рви мотор. Закурим не спеша,
                     Погреемся в натопленной кабине…
                             Станислав Куняев

И если посудите по стихам:
Зимой я обожал командировки
И уважал я не пустой стакан,
Тянуло в горы, не в «дярёвни»,
Подальше, брат, от всяческой борьбы:
Народ мне ближе – он «прощее»
И забываешь, что мы все рабы
И что не вымолить у Господа прощенье…
Машину-самосвал  совсемки замело:
А нам тепло, запасец есть – спиртяшка,
Жив СССР и нас спасут, милок, -
Нам без стихий и без стихизма тяжко!

                     
ВОПИЮЩИЙ  НЕСПРАВЕДЛИВЕЦ,  ИЛИ
СНЕЖНЫЙ  БАБНИК
               Что за ночь! Что за глушь! Что за тишь!
               Что поймёшь в них и что услышишь?
               Или образ, ликуя, напишешь.
                          Станислав Куняев

Холодрыги столько в стихах…
Да и сам я, как холодильник:
Над стихами моими – не «ух» и не ах»
И не яблочков молодильных.
Журналюга я – ревизор
И в своей стране, как лазутчик…
(Хитроватый и с прищурью взор,
Мой вздор, пародистик сучий, изучит,)
Зимний стих я катаю – снежок:
По соплям я читателя вмажу!
Есть у нас пародист – не Иванов Сашок,
А тот, кто и из снега выжимает сажу!
Его б я в бабу снежную скатал –
Так нашим от остохренел, скотина!
Как допустили до пера скота?!
Как до «Конкордии» -- Скиттини…



«…ПОД  ШУМ  КОСТРА  БУТЫЛКУ  РАЗОПЬЁМ…»
                  Я забываю здесь, друзья мои,
                  Про все литературные бои.
                  Я недругов жалею потому,
                  Что незачем – ни сердцу, ни уму –
                  Им эта жизнь…
                       Пока литературный нувориш
                       Спешит за славой в Лондон иль в Париж,
                       Мы поглядим на сумеречный плёс…
                                Станислав Куняев

Ты – нувориш: творишь, варишь…
Но сдохнешь с голоду в родных краях!
О нас, о дураках, херни наговоришь,
Всех убедишь, что скор наш крах.
Мы за тебя в российской нищете
Преодолели и разлом, облом.
Я пью за тех, кто со щитом и на шите,
Кого не бухал в лоб апломб.
В тылу, далёк от литбоёв
Да и от баб… к костру поближе:
Буй всем, заплывшим за буёк!
Пусть океан их кое-что полижет…

               
В  БЕССОВЕСТНЕЙШЕМ  ИЗ  МИРОВ
                  …недаром совесть до утра
                  Всю жизнь перелистала грозно.
                  А что я ей скажу в ответ?
                  Она – моя, так пусть смирится!
                  Она моя… А если нет?
                  То – чья?.. Скорее бы рассвет
                  Настал, чтоб жизнью оградиться.
                            Станислав Куняев

«И жалок тот, в ком совесть не чиста» -
Всё Пушкин знал и всё до дна изведал!
Где прячется порядочный – один из ста?
Где масс порыв – подобье ветра?
Мы жили тихо за шкиряк трясясь:
За нас бы предки от стыда сгорели!
И наши мужики, как стадо поросят,
А наши дамы, как уборщицы в гареме.
У нас свобода совести… пардон! –
От совести свобода и давненько.
Какого хрена тряс он бородой
Когда за это – никакие деньги?
Он, что ли, совесть во плоти?
Пусть ловит блох и тараканов!
Я сочинил – деньгой плати!
А совесть не при чём, Русь дорогая!
 
                           
А  ШНОБЕЛЬ  ПО  ВЕТРУ  ДЕРЖИ!               
                 Мне бы как-нибудь вслушаться всласть
                 В эту тишь, в эту синь, в это злато,
                 Да мешает охотничья страсть –
                 Словом, жизнь, как всегда, виновата.
                                Станислав Куняев

Я от жизни в охоту сбегал
И в рыбалку с наградой – форелью
И единственный друг наш бокал
Не мешал моему стиховаренью.
Я насыщен природ красотой –
Галерей мне не надо картинных!
Не мечтал я о жизни святой,
Но куда убежишь от скотинной?
И жизня виновата во всём –
Всех ломает и до смерти даже!
Я вот рыскал охотничьим псом…
Дурачок пародист – эпатажил!


НАШСКИЙ  ПОЭТ -- МОЁК!
               - Я по крови и по духу
               Ваш – глядите, до сих пор
               И приклад ложится в руку,
               И лопата, и топор!
                     Ст. Куняев
   
Вот с народами загвоздка:
Почему так много нас? –
Неподъёмна и громоздка,
Непонятна, как ГЛАНАС.
И с истоками загвоздка:
Все из Африки – где чернота?
Все из глины иль из воска?
Ну, а если всё не так?
В нашей разнице загвоздка?
Там где Бог – там Сатана.
Крик: «Спина у вас в извёстке!» - 
Не расстрельная же стена?
И какие на хрен братья? –
На кацапа прёт хохол!
Есть в народе, есть баранье!
Пародист, трындец,-- на кол!


«СТУКНУ  ПО  КАРМАНУ --  НЕ ЗВЕНИТ!»
                Иль шелест их смутил тебя до слёз,
                Иль дым костра причина слёз невольных –
                Я не пойму…
                                        Гляжу на белый свет
                И в жизни ничего не понимаю…
                        Станислав Куняев

Вот заценил меня придурок-пародист:
Мой томик для охотника и рыболова.
А он в квартире у компьютера прокис,
Вниманием соседушки не избалован.
За выпивкой помянет рыболов,
Охотник похвалу свою отвесит.
Как чёрту ладан – мне борьба полов…
Зато с прищурочкой, как Ленин, весел.
Мою слезу костёр лишь выбивал.
На всё ложить классически с прибором.
Нет, я не в хоре голосистых подпевал;
Не в шишках голова моя с пробором.
Чего такого понимал Рубцов,
Чего не понимал бы я, Куняев?
Но он уже средь поэтических отцов!
А я средь большинства, канальи!


«НАМ  НЕ  ДАНО  ПРЕДУГАДАТЬ…»
                  И на что ты надеешься сам –
                  На какую пощаду и милость?
                       Что, охотник, невесел теперь,
                       Что лицо опускаешь в ладони,
                       Знать, должно, что живёшь, словно зверь,
                       До сих пор избегавший погони…
                                Станислав Куняев
    
Запретить бы охоту совсем,
Но с охоты доход государству.
Зверь – плохой человеку сосед,
Но не первым он драчкой задрался.
С каждым годом всё меньше зверья
И всё больше зверья из народов.
Всё тесним мы – куда? -  северян
Всё со смыслом большим, не нарочно.
А охота для них – это всё!
Для меня – развлекалка, забава.
Кто вторженье иношек просёк? – 
Нас начнётся отстрел и облава!


БЕЗЗАЩИТНАЯ  КРАСОТА
                  Красота никого не спасёт,
                  И не столько врачует, сколь ранит…
                         Слышишь – тетерев стонет всю ночь
                         На опушке белёсого леса
                         Так отважно, что вскинуть невмочь
                         Начинённое смертью железо.
                                   Станислав Куняев

Красота, господа, никого не спасёт –
Пусть заткнёт свой фонтан Достоевский!
В шутках матерных – жизни вся соль:
Собирайте фольклор деревенский!
Как частушки Старшинов издал –
Охренели все чистоплюи!
К слову «пи-пи-да» есть рифма «звезда»
Иль «поезда»… Я – не Есенин, не Клюев…
Шлёпну я вальдшнепика влёт –
Пожалею, с зубовную скрипью,
И тетёрку, я – царь Великих болот! –
Да форель заловлю, королевишну рыбью…
Как посмел на меня он поднять авторучь –
Хрен моржовый и пакостинец?!
Ещё сотня пародек и я подерусь:
У меня не кулак, а гостинец!


«ДАВАЙТЕ  ДРУГ  ДРУГУ…»
                 Давайте друг другу долги возвращать,
                 Щадить беззащитную странность,
                 Давайте спокойной душою прощать
                 Талантливость и бесталанность.
                           Что делать? Земля наш прекрасный удел –
                           И нет среди нас виноватых.
                                 Станислав Куняев

Не стоит долги дуракам возвращать –
У нас хитропопик только с наваром.
Я б всех пародистов – к психоврачам!
Талант виноват! Виноват ты, новатор!
Ты, пародист, лучше б в небо глядел,
Но тянет тебя в туалеты:
От кучек твоих вонючих, бездель –
Позоришь ты наше столетье!
Я в сонном кошмаре тебя обнимал:
Ты вывернулся! – перестарался!
А с виду – хиляк и минимал,
Не тянешь на педераста…


И  СЛЁЗЫ  КРОКОДИЛОВЫ  ТВОИ…
                  В могилу поставили гроб…
                       Я так же, как всякий другой,
                       Отмечен неярким величьем…
                       И слёзы смешались с травой,
                       С листвою и с лепетом птичьим.
                                 Станислав Куняев

Есть у меня стихи, которыми горжусь.
Нас много – где-то, как-то около Рубцова…
Нет, про меня не скажут: хитрый жук,
Но я далёк от титула борцова…
Наш папа римский – Евг. Евтух,
Так окрестил его Иосик Бродский.
Андрюша Возн. – голландский наш петух:
Неповторим, бессмертный, броский.
Я – из глубин: 3-5 ряд:
Там хорошо – свои, тепло, не дует…
Пусть кто-то кулакам моим не рад,
Наверно, жалкий пародистик, дурень.
Жизнь делит – честно ль? – нас по сортам,
Да и в загробье – только непонятки…
Казанская наш гений сирота…
Жизнь наша – игры в прятки…   
 

СРЕДНЕРУССКАЯ  НИЗМЕННОСТЬ
                 В полутёмной церкви, где у входа
                 Сотворён нерукотворный Спас,
                 Я услышал причитанья хора –
                 Отпевали одного из нас.
                 Я вошёл и стал у изголовья,
                 Посреди блаженных и калек,
                 И подумал: в музыке и в слове
                 Изливает душу человек!
                            Станислав Куняев

Сколько нас, отпетых, за оградой?
Говорят, Есенина отпел
Батюшка, чем и обрадовал
Всех, кто от клевет не отупел
Тех, кто гения Руси убили,
Кто на нас упали саранчой,
Тех, кто держит нас за быдло,
Рад тому, что пашет дурачьё,
Что себе оставило работу:
Погрязней, потней, скучней,
Чьё благополучье – от абортов
И начинку не забывшее печей.
Обещали нам пророки, что воскреснем –
В русский мы  давно не верим рай…
И не наш прощённый жуткий грешник…
У бездонной чаши есть и край?
В лагерную пыль нас не смололи:
Наша честь – космическая пыль!
…Он, как дома на ТВ, молодчик…
Я кончаю – се похабщина и быль…


   ОБЛОМ  ПОТОМКОВ  ОБЛОМОВА
               Хотелось всего – и любви,
               И чести, и славы, и денег…
               Попробуй вот так поживи
               И выживи, мой современник!
                    …и каждая тащит в гнездо
                    Какие-то жалкие крохи –
                    Так вот оно, доброе зло,
                    Его роковые истоки!
               …И вроде бы жил не скупясь,
               И вроде в рубашке родился,
               И всё-таки, всё-таки всласть
               Тянь-шаньской воды не напился!
                                 Станислав Куняев

Нажраться бы славушки всласть –
Огромной такой, стадионной!
Над словом царскую власть
Познать – не популизм одиозный…
Хотя обессмертил себя я строкой
Про доброе зло, про добро с кулаками –
Херакнул, как хариуса острогой!
Тут пасть пародиста с клыками:
Он, сволочь, куснуть меня норовит –
Да он водчонки палёной напился!
Хам русский он, не родовит
И если не полный дебил, то тупица.
Кто тебя, Шурик, в шкурке родил? –
На футболке твоей Че Гевара?
Где стихи эффектные, как тротил?
На хрен нам слава – без баб, без навара?!

    
БОЛЬНОЙ  НА  ВСЮ  ГОЛОВКУ  ПАРОДИСТ
                Хочешь, чтобы любили? За что?
                Не за то ли, что словом недужным
                Бередишь в человеке всё то,
                Чтобы сделать его безоружным
                Перед временем, перед судьбой…
                Ты, конечно, в желаниях волен,
                Но чтоб кто-то был болен тобой –
                Расплатись: будь и ты кем-то болен.
                       Этот мир со зверьми и людьми –
                       Он давно бы рассыпался прахом,
                       Если жизнь вдруг пошла бы под знаком
                       Бескорыстной и вечной любви.
                                    Станислав Куняев

Вдруг такая мысль осенит –
Словно льда сыпанули за шкирку!
И душа стартует в зенит!
И строка, как: «Сарынь на кичку!»
Бескорыстная русских любовь
Их, в конце концов, и сгубила.
Сколько в стену Китайскую лбов?
Скольких русских прячут глубины?
Безответен поэта вопрос
И талант с запозданием понят…
Но стабилен людской опорос…
И воюет с Россией японец…
Так поставим крест на любви,
На любви бескорыстной и вечной!
Ты форель, пародист мой, ловил?
Ты спиртягой размачивал печень?
Ты на нас доносы писал!
Ты зубов нас лишал и силёнки!
Пусть же выльют на лоб небеса
По сто грамм марганцовки, «зелёнки»!
Мы тебя заражали собой:
Хоть бы хрен! – ты не очень болен,
Что похоже на компика сбой –
Ты лоснишься, как Дитер Болен!


ПРОЗРЕНИЯ  НА  ГРАНИ  ПРЕЗРЕНИЯ
                Не ведает только дурак,
                Как наши прозренья опасны…
                Как дети прекрасны и как
                Родители их несуразны.
                      А рядом комочек тепла
                      Витает в блаженной дремоте…
                Как будто природа сама
                Твердит нам устами любови
                О том, что сиянье и тьма
                Повенчаны узами крови.
                      Станислав Куняев

Мы все не у тех родились…
Читаю и я гороскопы:
Не вижу я в родословной дали
Нагромажденья и горюшко скопом…
И непонятно в чьих предках палач?
Предатели где? Попрятались ****и?
И грязные руки моет Пилат…
И чист лишь Христос в стояньи на Правде.
И катится мир к пещерным страстям
И станет Антих глобалью ворочать,
И места не будет российским крестам –
Апокалипсис, короче.
Но тянет меня, как в кабак, в философь,
Как на элитку – рыбалку форелью…
Прут пёром стихи, как дурная лосось –
Всё смертные, но русские стихотворенья.
Дорвался! Пирует медведь-пародист:
И глушит и жрёт ненасытный!
Какая их мама не наша родит
С сияньем и тьмой неразлитных?
   
                  
СТИХИЙНАЯ  ЛЮБОВЬ  И  РАБСКАЯ  СВОБОДА
             Как две чуждые силы, легли                        
             Две стихии – любовь и свобода…
             Я не знал бескорыстной любви:
             Я кого-то любил и за что-то.
                    Объяснишь – я тебя обниму,
                    Ибо сердце твоё безутешно:
                    Ты бездомен и лишь потому
                    Человечество любишь так нежно.
                                Станислав Куняев

Я не дурак за спасибки любить – 
Извольте платить за любую работу!
Любую любовь перемелет быт…
На чёрта семья, коль она без ребёнка?
А ты человечество любишь, поэт, -
Окстись! – это лишь Христу удавалось.
Ты своим бабам пошли, хоть привет,
Ты хоть стихами вспомни давалок.
Я с виду бухгалтер и ревизор,
Мне кепсон пролетария в пору.
Корчить гения мне не резон,
Не в любви я ишу опоры,
А в свободе с ружьишком бродить
Или спиннинг метать до форели –
Только подальше от бороды
Пародиста! (Охренели! Офонарели!)


«БУДЕТ  СТРАШНЫЙ  В  КИТАЕ ВЗРЫВ…»
              Неустанно работает мысль,
              Точит ствол человечьего древа…
                           Станислав Куняев

Все окончится, как анекдот:
Мир заселят одни китаёзы?
И последний осыплется дзот…
И последние высохнут слёзы…
Для китайцев наступит рай.
Наши косточки – на удобренье…
Их кометой, Господь, покарай:
(Рукоплескания душ, одобренье.)
Над Челябинском метеорит –
Предупредительный, может, выстрел…
Пусть поэт конец материт,
Чешет задницу мистер Твистер…


ГЛАС  ВОПИЮЩЕГО  ВПУСТУЮ
          Поднимешь глаза к небесам.
          Припомнишь людские печали,
          И сердце откроешь словам,
          Что в древности вдруг прозвучали,
          Как гром:
                            -- Возлюбите врагов!
                 И вдруг выплывает со дна
                 Бессмертное:
                                        -- Око за око!
                   Станислав Куняев

Своей бессмертной строке
Всю жизнь я искал оправданье:
Пусть враг наших ярость ракет
Вкусив, захлебнётся в рыданьях.
Неудачно наш Бог пошутил…
(Поголовно евреи радостно шутят…)
«Око за око!» - это, блин, нашатырь!
Но поэт – он шукшинский чудик:
Он мечтал пожить средь людей,
А они его – на крест или в яму.
И добро с кулаками – предел и удел,
А навар: мужики – воины или вояки…

      
АМЕРИКАНСКИЙ  ПИПЛ  И  ПЕПЕЛ
                Я люблю тебя, время, но всё же
                Не настолько ты правишь судьбой,
                Чтобы сделаться чести дороже,
                Чтоб заискивать перед тобой.
                         Этот мир и прекрасен и страшен,
                         Нелюдим и перенаселён.    
                                Станислав Куняев

Всё свелось – мировое господство
И для всех глобальщик один
И к нему США на подступах,
И с едальником их господин.
Припекает кольдерина-заповед –
Так херакнет! – всем хватит пепла:
И посыпется американский привет
От любвеобильного ихнего пипла.
За индейцев, за негров их наградить – 
Всех англосаксов! – не нам придётся.
Землю албанцы изрыли – кроты…
Из канавы торчит не моя бородёнка?
И распашут беженцы нашу Сибирь –
Заживут припеваючи на новых просторах…
А на мумию Ленина – пожалте в Симбирск!
Эй, товарищ, не описай свой порох!


НЕРЕАЛЬНЫЙ  НЕРЕСТ
            За сотни вёрст её сюда
            Влачило и тащило,
            И время страшного суда
            Для рыбы наступило.
                   Не понимал я – человек –
                   Такого возрожденья,
                   Последний всплеск,
                   Предсмертный блеск
                   Самоуничтоженья.
                        Ст. Куняев

Поймём, едрёна мать, поймём
Когда наш пипл поперчит пепел
Йеллоустонских кальдер помёт
На ленинское как сядет кепи…
И для чего, скажите, воскрешать
Сгонять: а где вода, жратва и туалеты?
В этом мире – грешат и грешат,
И безгрешного нету столетья!
Сколько времени суд Страшный займёт?
Радость кому – от грешников муки?
И над всеми Луны амбарный замок
И душонка моя на дне, как Мумука…
А если мы друг друга перебьём,
Позорно сдохнем в драке братьев?
А над Землёй Луна – дублон ребром…
На суд погонят воскрешённое баранье…
Америкосы всех начнут долбить
И успокоют нас, как братьев сербов?
Мы их не пирожками, хоть добры –
Мы булаву достанем из резервов!
И это будет наш последний бой…
Земля-землица – марсианскою пустыней…
На суд нас призовут парадною трубой
И расстреляют всех вопросами простыми…


ПРИРОДООХРАНИТЕЛЬНЫЙ  ПОЭТ
                  Умирающий медленный мир
                  Нежных речек, зелёных опушек,
                  Ты меня породил и вскормил,
                  Научил предсказаньям кукушек.
                  Как спалось на весенней земле!
                           Четверть века – всего-то прошло,
                           Только время ничуть не дремало, -
                           Ты подумай, как нас обожгло,
                           Обработало как, обтесало!
                                    Станислав Куняев

Свою Красную книгу и я написал,
Чтоб я делал без мамки-природы?
Из ружья не шмалял бы я в небеса,
Не пугали бы вас горбушины роды…
Обтесал пародист меня, как чурбак – 
Я не стал Буратинкой противным…
Нос суёт везде пародистик чудак –
Фантомас обтянутый презервативом!
Ладно хоть я – не каменный баб! –
На складах России пылиться…
Колотил и я кулаками в набат!
Где милиция? Где полиция?
Всех достал предсказатель кукун!
Но и я – кулаки в изголовье,
На траве… Затравил меня этот крикун,
Подорвал я здоровье воловье!


НЕНАСЫТНЫЙ  ЗАЩИТНИК
              Законы охотничьей жажды
              Жестоки, а значит, не жаль,
              Что в алые нежные жабры
              Вонзилась колючая сталь.
                    Под рокот реки засыпая,
                    Увижу опять наяву,
                    Как блещет форель золотая,
                    Как бьётся, кровавя траву.
                            Станислав Куняев

Как блещет форель золотая,
А помнится килькина сласть…
А мы водчонку глотая –
Разбойная русская власть.
И Волга станет болотом
И кто нас оценит – плевать:
Им, энлошным пилотам,
Ценнее на Марсе трава.
Замашки барские вроде,
Хотя коммунизм на носу;
Я не убийца! – вы врёте,
Я вред небольшой нанесу.
Насколько хватит природы
Пускай подсчитает ООН.
Спасения нет от пародий –
Невыносимая вонь!
Я прочь от политики, девок,
В российский святой похренизм.
Как дичи хватает мне темок…
Поэтов – хранить! (Не хоронить!)


НА  МИЛОСТЬ  ПОБЕДИТЕЛЯ
                Природа и бетон… Года
                Пройдут, и, верно, час настанет,
                 Что их фатальная вражда
                 В заоблачные выси канет.
                           В конце концом прикажет жизнь:
                           Пускай обнимутся покорно
                           Творенье рук и эта синь,
                           Которая нерукотворна.
                              Станислав Куняев

Конечно, развитой наш социализм
Гнилой капитализм когда-нибудь догонит. 
(Не все ещё со смеха уссались
Над нашею регатой на гондоне!)
Умеет русский и еврея рассмешить…
Мир рассмешил их Чарли Чаплин…
Наш брат простец не лыком шит –
Кошачьи не беда царапки…
И вот уже иные времена –
Такие никому не снилсь!
И пародист не понял ни хрена!
И все сдались на милость…

 
МОЙ  ЛУНАТИЗМ  И  ФАНАТИЗМ
                    Сестра и спутница земли –
                    Я уберечь тебя не в силах.
                    Как много преданных и милых
                    Созданий мы не сберегли.
                    Есенин, Лермонтов и Блок
                    Твой мёртвый свет боготворили…
                            Станислав Куняев
 
С Луною непоняточки одни:
Ведь кинули её америкосы!
Она будильник, что показывает дни.
Она мишень, но где рекорды?
Но если это база НЛО,
Тогда и Марс такая ж база?
Заткните ненасытное мурло
И Землю превратите в цех колбасный!
Луна поэтов собственность давно –
Они лунариум землянам подарили!
Пусть круглая печать не даванёт –
Под приговором нам старинным…


ПОТУСТОРОННИЕ  МОТИВЫ
                  Был чёрным лес. Лет пять тому назад
                  Он полыхнул от молнии небесной,
                  И с той поры здесь дерева молчат
                  И пни торчат шеренгою железной.
                            Откуда страсть – пройти его насквозь?
                            Ведь этот лес чем дальше, тем бездонней…
                            И ты стоишь пред ним как некий гость,
                            Вдруг заглянувший в мир потусторонний.
                                               Станислав Куняев
      
Ужель пройдут по выжженной Земле
Миров иных не люди – астронавты?
Ужели ум правительств измелел
И стали все глупы, как алконавты?
Мир нам Господь игрушкой подарил –
Мы всё засрали, испоганили Землицу!
И на Руси повымерли все богатыри…
И всюду – рожи, Господи, где лица?
Ты бросил нас, бездарных алкашей –
Не оправдали мы надежд, Спаситель!
Вот-вот появится космический Кащей
И выберет нам подходяву из позиций…
Когда утихнет мировой пожар –
Крещение огнём! – Бог прослезится…
Космическая ночь – вселенной госпожа
Всё заметёт, как хитрая лисица…


ПОЭТИЧЕСКИЕ  КОРЕШКИ  И  КОРИФАНЫ
                    Он был поэт:
                    Как критики твердят,
                    Его стихи лучатся добрым светом,
                    Но тот,
                    Кто проникал в тяжёлый взгляд,
                    Тот мог по праву
                    Усомниться в этом.
                             А женщины?
                             Да ни одна из них
                             Не поняла его души, пожалуй…
                    Он точно знал,
                    Что счастье – это дым
                    И что не породнишь его со Словом…
                             Станислав Куняев

Прищуривал глазёнки и Рубцов…
Торчали уши, как грибы-поганки…
Он не Высоцкий Вол. с хрипцой –
На той же рвал цветы погранке…
Его угрюмый уркоганный взор,
Тяжёлый взгляд коробил многих…
(Куда страшнее строил Арлазор –
Эт вам не Булгака монокли!..)
А что, друзья, касаемо до баб –
Какие бабы? – он моряк же, братцы!
В портах такого завались добра!
(Прошу пардон за темку ****ства!)
Я не пойму как нас он обскакал!
Кто одарил его красивой силой?
И как его не поглотил стакан?
Стал – сирота! – России сыном.
А та, что придушила, всё живёт,
Трясёт мандою над его могилой…
И мелкие дружки – российское вшивьё
Ему слагают редкостные гимны…


ИУДАРНИКИ  ПЯТИЛЕТКИ
               Никогда не желал отличать
               Правду жизни от правды искусства,
               Потому и привык отвечать
               Словом на слово, чувством на чувство.
               Я фальшивых бумаг не плодил
               И за всё в этом мире суровом,
               Как умел, не торгуясь, платил
               Неразменным чувством и словом.
                       Станислав Куняев

Слово за слово, колбасою ливерной по столу –
Вы от правды чернушной отвыкли, вашу не мать!
Наберётся в России 12 (двенадцать) апостолов?
Нет Маяковского, чтобы хребтины ломать!
Добро должно бить! Бить или не бить? –
Это вопрос не ко мне! – Станислав я Куняев…
Мрак вселенский спешит Луну залупить…
На Земле кулаками мы зло искореняем!
Пасть сводило мою от слова – Рубцов!
Хрен на-ны! Бессмертяк – лотерея!
Наше честное слово – понадёжней купцов!
И продажна бессмертная галантерея!



НЕДОВОЛЬНЫМ  НЕ  УГОДИШЬ…
                 Если кто недоволен – прости
                 За наивные эти минуты,
                 Но другого не вижу пути
                 И другой не имею валюты.
                 ………………
                 Всё больше обо всём. О схожести судеб.
                 Всё реже о своей недостижимой цели.
                 Как мало надо нам – огонь, вода и хлеб.
                 Да воздуха глоток, да чтобы птицы пели…
                                Станислав Куняев
Я всё сказал и чётко, понемногу
К недостижимой цели пёр с толпой –
Да это не парад – тут все не в ногу…
Читатель мой, я весь одно с тобой.
Мои награды – вальдшнеп, форель.
Вот Солоухину – подай грибочки!
Рублём платили за стихотворель –
Ценился мой неповторимый почерк!
Какая на просторах СССР была лафа
Писак советских шайке-лейке!
Но гавкнула… звездою красная глава
Истории от крови и соплей противно клейкой…
Теперь я понимаю: жил в раю,
Он никогда уже не повторится –
Каюк кубанскому казачьему вранью,
Салют Олейникову и «Трактористам»!
Всё, всех затмило Мишкино пятно…
Гербы сменили, как перчатки, гимны…
И кто создаст блатное полотно?
Не приведи: менять рубли на гривны!


ЦЫГАНСКОЕ  СОЛНЦЕ  --  ЛУНА
                   Да не было у них свободы.
                   Как всякий люд, несли они
                   Свои цыганские заботы,
                   Свои житейские огни!
                   Всё так. Но русские поэты
                   Не зря, как роковые сны,
                   Любили вольности приметы,
                   И шали взмах, и звон струны.
                   Лишь потому был вечно моден
                   Гортанный варварский мотив,
                   Чтоб верить: кто-то есть свободен,
                   И бескорыстен, и счастлив…
                            Станислав Куняев

И жили с нами и презирали нас,
И на работу член забили,
Лишь воровали не ленясь…
Да кто в России в изобильях?
Зато мы гарно, как хохлы, поём!
Жаль, что плясать как цыганва не можем…
Строй песен их – как бы сказать? – приём,
По сути – акт… Как миновал таможню,
Как в нашей пуританке не застрял?
Как рабским душам их бардак приятен!
Как искрами костра – душа в астрал!
Какой калейдоскоп цветов и пятен!
Они сдадут РФ в металлолом…
Они нас ненавидят и хохочут…
Но это не бандеры – напролом! –
«Брат с калашом», гранатомётный хлопче…   
Спаси Россию, Господи, спаси! 
Не надоело Тебе дураков пасти?



НЕ  КЛОД  ВАН--ДАММ,  А  В  ЛОБ  ВАМ  ДАМ!
                 Добро должно быть с кулаками.
                 Добро суровым быть должно,
                 Чтобы летела шерсть клоками
                 Со всех, кто лезет на добро.
                                Станислав Куняев

Сбылось моё пророчество, сбылось:
Добро народное к рукам прибрали.
А пародист мой без волос
Гундосит о каком-то праве.
А право у того, кто прихватил добро
Теперь добро их (наше) с кулаками.
Нам суп добро – из буквы «икс» ребро…
Свободы наши – щели тараканьи…
Дуром вывозят за рубеж добро –
Стыдливо называя капиталом…
А повышенье цен на всё – оброк?
Что наша кровь ещё не пропитала?


ДАВАЙТЕ,  ДАВАЛКИНЫ  ДАВАЛКИ!
                 Давайте друг другу долги возвращать,
                 Щадить беззащитную странность,
                 Давайте спокойной душою прощать
                 Талантливость и бесталанность.
                     …и нет среди нас виноватых.
                            Станислав Куняев

Наш век до обидного краток, друзья!
Посмертная слава – немногим…
Мы жили ближних собою дуря
А стыдные слушал Бог монологи…
Хотелось при жизни долги возвращать
И зависти злобу умерить.
А водку – к ушице, пожалуй, к борщам…
Глубины доступные мерить…
Давайте прощать закидоны других
И тем не мешать, кто новатор.
Смущает меня только жизни трагизм:
Во всём пародист виноватый!


НЕ  ЗАВИСТЛИВЫЙ
                    Я не завидую актёрам –
                    Талантам, гениям,/ которым
                    Всю жизнь приходится играть,
                    То воскресать, то умирать.
                    Сегодня – площадной оратор,
                    Назавтра – царь, вчера – лакей…
                               Станислав Куняев

Я не завидую актёрам,
Ну разве, Кеше Смоктуну.
Я не завидую которым
Приспичило топтать Луну.
Пусть не берёт на пушку Пушкин!
Я – не артист, не лицедей,
Мой гром ружейный не хлопушка,
А институт мой не лицей…
Мы играли на сцене жизни,
Иначе не выжить, друг!
У пародиста капилляры-жилки
На щеках от горя вдруг…
Был бы Горбик комбайнёром –
Стал бы он Героем Соцтруда!
Прут командывать все пёром…
А нас спасёт кишка-труба…


И  ВЫ  ВОТ  И  ВЫВОД…
           Но вдруг услышу слово «долг»,
           «необходимость» или «совесть».
           И этой сворою гоним,
           Я исхитрюсь и уцелею,
           Когда усилием одним
           Их разнобой преодолею.
                     Ст. Куняев

Поэт в России больше не поэт –
Послали нас подальше, нахер.
Купи покруче тачку и балет
Такой устрой – заткнись Шумахер!
Из техники освоил ты велосипед –
На мотоцикл умишка не хватило!
Надёжнее диван – вкусней сопеть!
И лучшая берложина – квартира!
Пускай икнёт в Америке Евтух…
А след блестяший оставляют слизни…
Ты, пародист, клевачий, как петух –
Пентюх ты и посмешище ты в жизни!    
В твоей головке разнобой,
Я исхитрюсь, преодолею –
Смешно с тобою мне на бой,
Тем более, в эпоху Водолея.
Неоходимость, совесть, долг,
Проступки, клятвы, уверенья
И свору христианких догм –
Я в клетку кроличью стихотворенья:
Пусть в ней живут и не мешают мне – 
Мне покуражиться охота!
Но – в сказках золото монет:
Лови момент! Пыли, пехота!
Меня ты не догонишь, пародист!
Я чую, как дрожат коленки
И твой настой, настрой давно прокис,
Почти калека, мой не коллега!



ДОБРО  ДОЛЖНО  БИТЬ!
           Неграмотные формулы свои
           Я помню. И тем горше сожаленье,
           Что не одни лишь термины ввели
           Меня тогда в такое заблужденье.
                      Станислав Куняев

Рукой железной мы загоним в коммунизм
Народ российский заодно с другими.
Всё в рифму: гробизм и героизм,
Всё на бумаге вождями дорогими.
А доброчьё и дурачьё – в кулак!
Забыв, что породили мы бомбистов,
Открыли миру мы архипелаг ГУЛАГ –
Врагам народа – под землёй прописка,
Как я разборчивым в добре и зле,
Дал миру пропоноситься товарищ Сталин…
Ко мне претензии, мой пародист, излей,
Но от укоров мы добрей не стали.    
 


«ПУСКАЙ  ЧИТАЕТ  ПРИГОВОР  СУДЬЯ…»
                 От имени народа говорить –
                 Великий дар, особая заслуга.
                      Но где найти тот выочайший слог,
                      Чтоб выразить такую монолитность,
                      Собрать в единый фокус многоликость?..
                      Тут нужен гений или демагог.
                                         Станислав Куняев

От имени народа он писал
Частушечки – народ их понимет! –
Он не из тех, кого на пъедестал
Подъемлет сила страшная, немая…
На камне: «Нобелевский лауреат».
Фамилия: «Иосиф Бродский». 
А средних – до Китая ряд,
В конце – мой пародист с бородкой
От имени народа говорит,
Ещё не верит: мат запретили,
Но помнит мой кулак – негабарит!
(А нашему пучку цена полтинник…)
Прекрасен наш союз – рептильник!


МЕЧТАТЕЛИ--МЕТАТЕЛИ
                 Мы видели светлые дали,
                 Глядели в холодную высь,
                 Где наши надежды витали
                 И радости, что не сбылись.
                          Станислав Куняев

И хочется мне оправдаться
И всех заодно оправдать.
Не принц я ни гадский, ни датский…
Персона ноль грамм – не брат, бородат,
Ждал: буду я каяться, биться,
Все наши грехи проклинать…
Но в мире останутся «Битлы»
Которых мне даром не нать…
А тот, кто был популярней,
Чем (а кто – я вам не скажу!)
Теперь он в жути полярной,
Грешу: завидуйте вы корешу…


ЕДИНОКРОВНЫЙ  ПОЭТ
              А наша кровь, густая, молодая,
              Свернулась, извернулась, запеклась,
              И, раны полусмертные латая,
              Мы поняли, что натрудились всласть,
              Что надо вспомнить о родимом доме,
              Что чёрный пепел мировых костров
              Ушёл на дно, растаял в тихом Доне
              И что не выкинуть из песни слов…
                          Станислав Куняев

Не выкинуть из песни слов,
Заточкать можно в тексте
И вроде небольшое зло,
И грех не тянет на статейки,
Так выходило «Облако в штанах» -
«цензура дула, перистое вышло»…
Потом  Верховным был Сатана
И очень модной была «вышка»…
Некстати вспомнил я про кровь,
Как бы про авторство «Тих. Дона»…
Псих, не надейся на покров
Номинированного, но гондона…


«ОББИТЬ  ВАШУ  МЕДЬ!»
                  А сын скорбит о том, что, замерзая,
                  Теряют память реки и поля,
                  И шепчет в ночь: «Дай веру, мать родная,
                  И ты не выдай, мать сыра земля…»
                                Станислав Куняев

Наш сукин сын всё вспоминает мать:
Не родненькую мать – затраханную маму!
Даже в словах мы умудрились наломать –
Альтернативы нет в России мату?
И чтобы русских крепче презирать,
Нам прокажённые слова всучили:
Концлагерь слов, точнее, резерват,
Выпускники каких училищ?
Не ихи дети тычут нам: «Хамьё,
Извечные рабы и скотобаза!»?
Пьянит их наших слов хмельё…
Жаль, плазма наших слов им не опасна…


ХУ*ДОЖНИК
               Изогнут, измучен, изломан
               Усилием стройных систем,
                Он мучался цветом и словом,
                И звуком. И больше ничем.
                            Ст. Куняев

Измучился брюхом пародик
И звуками, что выдувал…
А что через стенку народик –
Не повторит и дурак…


ТРУССКИЙ  ПОЭТ
                Когда же кривое пространство
                Раздвинулось, чтоб распинать, -
                Он сжался, не зная соблазна
                Хвалить, осуждать, проклинать.
                              Ст. Куняев 

На полки глянь – чья половина?
Кто счастье своё воспевал?
На всём сейчас иха плевнина:
Не суйся к ним – бьют наповал!
С народом и мы вымираем…
А голос наш слышат дружки…
Миряне мы и смиряне
И ихнего члена кружки…



БУНТОВЩИК  БУМАЖНЫЙ
               Я предаю своих учителей,
               Пророков из другого поколенья.
               Довольно, я устал от поклоненья,
               Я недоволен робостью своей.
                          Станслав Куняев

Я поднимаю руку с кулаком
Красивым, как китайский чайник!
Я чувствую себя, как Лаокоон:
Что не учитель, то – начальник!
А мне хотелость выше их скакнуть
И на Парнасе особняк отгрохать!
Но вижу: пародист опять за кнут –
Садист! – но плохо усмиряет похоть…


БЕЗРАЗМЕРНЫЙ
                   Поступки, клятвы, голоса,
                   Догматы, слёзы, уверенья,
                   Бессонницу и чудеса –
                   Всё загоню в стихотворенье.
                             Станислав Куняев
 
Кто свой характер не испортил
В борьбе за место под луной?
Рекорды есть в поэзии, как в спорте –
Смотри, не захлебнись слюной!
Прижму я пародиста к стенке
И облюётся он, как мой стихотворень!
Уже описал он – позорище! – коленки,
Добром не кончить пародисту хрень…


В  МАНТИИ  ВЕЛИЧИЯ
                    Пойму, что мыслю и дышу,
                    Болею человечьей болью, -
                    И всё себе я разрешу,
                    Без исключенья всё позволю.
                    ……….
                    Порой в разговоре я искренне рад
                    Довериться ранним сединам…
                    Да только нет-нет – и покажется раб,
                    Который не стал господином.            
                             Станислав Куняев

Давил и я, как чиряка, раба
И рукописи жёг, как Саня Пушкин.
Какие я, раб, конвоировал гроба?!
Не ваши – скромненькие коробушки…
И многое себе я позволял,
Как на охоте, на рыбалке.
Не только на траве я дурь валял –
Ваял на семинарах вас, ребятки!
Сегодня раб, а завтра господин…
Для вас – корпоративы, вечеринки…
А я один – без лампы Алладдин
И с пирожками – без начинки…


ТОТ  ЕЩЁ  СВЕТ…
                Швеция. Стокгольм. Начало мая.
                День Победы. Наше торжество.
                Я брожу, ещё не понимая
                В иностранной жизни ничего.
                       Я один, как призрак коммунизма
                       По пустынной площади брожу.
                           Станислав Куняев

И всё перевернулося ко всем чертям:
Нас! немцы! поздравляют! со своей! победой!
И Гитлер с Евой не смердят?
И можно пукать за обедом?
Уже не против сбросить танк
И памятные знаки изничтожить.
Из цифр потерь не делаем мы тайн
И наше право – всё о войне итожить.
Я в роли призрака немного почудил –
Рубцова тенью стать и я не против…
Шукшин нас верно заценил, чудил, -
Он коммунячий аппетит не портит…


ПЕСНЯКИ  НЕСОСТОЯВШИЕСЯ
           …и кругом идёт голова,
           И этому песня виною…
               А я так стараюсь тянусь,
               Сбиваюсь и снова фальшивлю…
                         Ст. Куняев

Знал ли тайну песни Рубцов
Или с песней родился Есенин?
Нас совсем немного – певцов! –
Мы создатели всяких веселий.
Дело, брат, не в числе сигарет
И не столько в прописке московской…
В силе песни народной – секрет
Есть! – посетовал Маяковский:
«Я б считал себя законченным поэтом,
Если б смог такую написать».
Но и он, частушами пропетый,
Стартовал в немые небеса…

 
МУЖЕСТВО—ЛОЖЕСТВО
           Надо мужество иметь
           Не ссылаться на эпоху,
           Чтобы божеское богу
           Вырвать, выкроить, суметь.
                Надо мужество иметь,
                Чтобы прочно раздвоиться,
                Но при этом сохраниться,
                Выжить, а не умереть.
                        Ст. Куняев

Зачем себя он раздвоил:
Служил и сатане и богу?
Как Лермонт Михаил
Он кончит плохо.
Служить сподручней одному,
Теперь понятно, богу.
С котлетой – не до мух
С любого боку…
Ты за Русь, за США? –
Се вопрос конкретный.
Ты, как Пушкин Саша
Иль агент секретный?
Ты – арабский скакунок
Иль ишак позорный?
Что те лучше, гад, курок
Или ил озёрный?


ТРЕТЬЯ  МИРОВАЯ,  МОРОВАЯ
           (мой комментарий)
            Молчим, работаем, поём,
            Живём, печально балагуря,
            Но час настанет, доживём
            До времени – и грянет буря.
            Война, а может быть, беда,
            Ну, словом, что-нибудь такое –
            И всколыхнётся в нас тогда
            Всё, что покоилось в покое.
                    Станислав Куняев

Ужели втянут нас в войну
Поганые ублюдки Украины?
И свалит США на нас вину –
Они б весь мир перекроили
И в резервации загнали б всех
Осуществив мечту фашистов,
Свой сотворив ракетный секс
И долларовой охмурив фальшивкой.
И оказалось: у нас братьев нет:
Вот были сербы – мы их предали…
И наш развал снарядовых конфет
Ничто перед заморскими принтами?
Между Китаем мы и США –
Нас этот пресс, в конце концов, раздавит?
И тушу нашего медведя свежевать
Припрётся фрайер – Сэм звездатый?
Не даст нам опозориться в конец
Слава предков наших боевая?!
(Нет, не мы пластаемся в говне…
Нет, не нас мочою поливают…)


ДОСВИДОС,  ЗАКИДОНЫ  МИРОВЫЕ!
    (голосом автора говорит пародист)
             Здравствуй, русско-советский пейзаж,
             То одна, то другая примета.
             Колокольчик… Приятная блажь…
             Здравствуй, родина… Многая лета!
             В годы мира и в годы войны
             Ты всегда остаёшься  собою,
             И, как дети, надеемся мы,
             Что играем твоею судьбою.
                           Станислав Куняев

Доигрались, етит твою мать,
Обкорнали пирог наш советский!
Крым успели от Укр. отломать…
Развалили рай свой совместный.
Жили б, радовались и нищете
Да орали разбойные песни!
Лишь поэты у нас на щите,
Но пророчества их бесполезны…
Лишь утробу слышит дурак:
Он бессмертен, как Саша Пушкин…
Нам теперь навсегда не до драк
И нам светят одни гнилушки.
Вот недра потрохами раздадим,
Перелопатим брошенную землю
И труд, как бог, останется один.
И знамя станет чёрным или серым.
Будем странного бога молить,
Песни петь станем русских народов
И пить чай из наших медов и малин,
И уже не рожать дураков и уродов…


«ОДНАЖДЫ  ПОВЕРИТЬ   НА  СЛОВО…»
               Полжизни прошло на вокзалах –
               В Иркутске, в Калуге, в Москве,
               И несколько мыслей усталых
               Осело в моей голове.
                         Ст. Куняев

Все в жизни кончается крахом
И славе настанет конец.
И я лицезрею со страхом,
Что сляпал какой-то гавнец…
Останется в памяти мира
И гениев переживёт,
И будет с косою мымра
Пустой надрывать живот,
И хохот её истеричный
Покроет блевотою всех…
И это – итог исторический?
И это – глобальный успех?
Всё в жизни кончается крахом
И славе приходит конец…
А сколько я охал и ахал,
Царица моя, Воронец?!
И редок твой голос, Шаляпин!
Есенинские, брат, не поют!
Отдали эстраду шалавам!
А мой пародистик не плут?
Смыслянку он ищет, всё ищет! –
Смысл жизни – в жизни самой!
Раскопы чреваты вонищей.
И правда сильна срамотой.
А нам приключений охота –
Тунгусскую тайну открыть,
Знать точную дату ухода
И выиграть пару коррид.
Но вместо быка пародиста
Злодейка-судьба мне суёт:
Я б, с радостью, с ним породнился,
Я не ущемлятель свобод.
В открытую дверь он ломился
С избитых истин пучком –
Не Соловьёв, не Сванидзе.
Пачкун он и прёт не бочком.

ПАСХАЛЬНЫЕ  ЯЙЦА
(коммент, как документ)
             Увидеть родину весной,
             Апрельским утром, в первый зной,
             С разноголосицей грачей,
             С последним холодом заречным,
             С потрескиванием свечей
             В ночь пасхи, с грудой новостей,
             Рассказанных случайным встречным.
                                Станислав Куняев

На в пасху в стенгазете пронесли,
Что мы ходили «славить яйца».
Твой призрак, Ленин-броневик,
В деревне нашей появлялся… 
И снова стратостаты-купола
Всё пробуют возвысить наши души,
Но нашей лени несусветной кабала
Спаяла с грязью наши туши.
А кто из грязи выбился в князи
И выжил, обживает Запад…
Наш увеличился бардак в разы
И всяческих пожаров запах…
Оставь карманный биллиард,
Паши, брателла, хоть на даче.
Мы не попали в льготный миллиард!
Наверно, хватит нам себя дурачить?


А  ЗЛОЯЗЫЧЕСТВО  ДОЛОЙ!
          (отсебятина полная)

И каждый сукин сын помянет мать,
Да не свою – затраханную маму!
Ничто не в силах ритуал сломать:
Я с Горьким оправданья мямлю,
Что это часть приветствия, мол, я
Отец твой, твою мать, паршивец!
Но всё же, бесхребетности молясь,
Мечтаю я, как о бане вшивый,
Что не услышу через слово «****ь!»,
Что гениталии оставите в покое.
Пусть каждый каждому – не сват, не брат,
Но правилам приличия покорный.
Останется пусть хамом пародист –
У нас сие талантливо выходит!
В мои чащобы приходи бродить
С гитарою Высоцкого Володи.


БЕЗНАДЁЖНИК
            …как ни горько, но знай, человек, -
            На друзей до конца не надейся.
                 Ах, так вот она, правда и жизнь…
                                Ст. Куняев

Знай: друзья тебя предадут –
Редко за други своя умирают.
Конкуренции мы продукт –
Не церковные мы миряне.
Человек человеку – волк.
«Друг с бутылкой!» - добавят в Одессе…
Нет у меня клятв и наколок:
На себя и ты надейся, поэтик.
Страха мы навеки рабы –
Никому твой трёп не опасен…
Есть всегда в запасе гробы – 
На всех смелых льготный запасец.


ЯРОТИЧЕСКОЕ
  (Ст. Куняев)

Покидал «золотые холмы»
И «два высших образования»…
В памяти дамочек мы храним
И все способы «голо-сованья»…
Это скопище сучек и лярв
Мы уже никогда не забудем…
Есть на сотню один экземпляр
Выходящий за рамки блуда –
Вот к нему порывы души,
Только им стихов бесконечье…
А про секс – это свет туши
И ценизм разврата – копеечье…


«СКВОЗЬ  СЛЁЗЫ  НА  ГЛАЗАХ…»
           Где вечный свет луны и Млечного огня,
           И бесконечность мглы, и вспышек моментальность
           Оправдывает всё, что в сердце у меня, -
           Мой невеликий мир, мою сентиментальность.
                               Станислав Куняев

Умеем с пародистом мы всплакнуть
Над жуткою судьбою КаэНской поэтессы.
Да, по грехам у сатаны рыдает кнут,
Но это из разделов интересных, но телесных.
Полжизни с ним мы хохотали всласть,
Нам в диссиденты как-то не хотелось –
Не нам над словом дьявольская власть:
Нам рабья, рыбья душ мягкотелость.
Сквозь слёзы и Твардовского стихи,
Над «Васей Тёркиным» и он неоднократно…
За любованье статью нет статьи…
Рыдать над вымыслом, как А. С. П., прекрасно!
Слезивость наша оправдает всё:
Наш невеликий мир по-дачному уютен,
Мы уяснили, в чем жизни соль –
Она в слезах! Что ржёте вы?! У, люди!..


ПУБЛИКА   НЕ  НЕИСТВОВСТВОВАЛА…
           На рассвете холодная дрожь
           Вдруг встряхнёт полусонное тело,
           Вздрогнешь радостно – и не поймёшь,
           Дождь прошёл или жизнь пролетела…
                     Станислав Куняев

Жизнь прошла – рыдай пародист!
А мне похрену: радостно вздрогну –
Оптимист, хоть отец не юрист,
Не по мне религии догмы.
И ни в чём не раскаялся, нет!
И сам чёрт обходил стороною.
Это у Рубцова не слыхать монет,
Но ему на памятник соберут страною!
Евтушенко, коммуняка, каяться мастак.
Пародист подохнет на стихов развале
С матюгами: «Мать вашу растак!»
Публика над шутками его зевала…


ПАФОСНЫЙ  ТРУД  РАБА
         …И Парфенон стоит, и Колизей,
         Как прошлой жизни выжившие вехи,
         И только наш космический музей,
         По замыслу построенный навеки,
         Всего лет пять иль шесть тому назад
         Дал трещину…
                             Станислав Куняев

Он «фапос» вместо «пафос» сказанул,
Как я «рассол», вместо Расул (Гамзатов)…
Не Бога надо нам – дай сатану! – 
Мы души атеизмом искромсали
И что построил наш социализм
Вот-вот посыпется на наши бошки…
И со смеху над нами уссались
Кто сгрёб и уволок баблоши…
Ракеты наши падают не долетев…
Уже мерещатся враги народа…
Или виной всему менталитет?
И путь один на исправление урода?
И треснул наш космический музей!
Спасибо, что одна, а не три ярых буквы…
Так обнищать комически на гос. мужей,
Что покатились мы на дури круглых…


ПРАКТИЧЕСКИ – ГОРНЫЙ  ОРЁЛ…
            В мертвенном Млечном огне
            Плыли вершины Алая,
            И приходили ко мне
            Строки,\ меня потрясая.
            От голубого огня
            Плавились тёмные дали…
            Сколько прозрений меня
            В эти часы окружали!
            И улывали к утру…
                 Ст. Куняев

Медитировать надо в горах –
Там, как йогнутый прозреваешь.
Там и звёзды страшно горят
Да и падшую не прозеваешь.
Кубометры прозрений в стихах!
Потрясали меня мои строки:
Я себя – не прячу греха! –
Уже к гениям там пристроил…
Жаль, забыл выручалку-блокнот
И к утру ничего уж не вспомнил…
Пародист, знаю я, не всплакнёт
Да и Муза его совсем не секс-бомба…
И прозренья мои в кубометрах не дров,
Что за жизнь наломал я немало…
Уважают у нас всяческих Александров,
А насчёт Станиславов – учётка немая… 


МЕТАТЕЛЮ  КОСМИЧЕСКИХ  КАМНЕЙ
              …молодой и одичавший мир,
              Эра космонавтов и спортсменов…
                   …мир, в котором в наш последний час
                   Исповедь принять никто не сможет.
                                Станислав Куняев

Если камень в огород наш долбанёт,
Выживут америкосы и албанцы –
Стаи душ на внеземной бомонд!
Будет Сатану от радости колбасить – 
Он мечтает про космический ГУЛАГ:
Рыть окопы на Луну он нас загонит
Нас не пощадит он, пьяниц и гулак,
Он в масштабах космоса, как вор в законе.



В  КОНЦЕ  ТУННЕЛЯ  --  АДА  ОГНИ?
           (отсебятина пародиста)

СССР мы просрали из-за двух дураков –
Перепашут ракетами нас – кто? – догадайся!
Жалко внуков, детей, стариков!
Жалко мне нашего государства!
Доигрались, ебрысь вашу не мать,
Море крови пролили ради придурков!
Нет, не стоило варягов нам нанимать –
Ничего дурнее не могли придумать?
Если староверы нам не пример –
Век не отыскать нам русскую идею!
Выхода не видно никаких примет
И от этого я сединою индевею.


ВСЕПОЖИРАЮЩАЯ  ЛЮДСКАЯ  ЛЮБОВЬ
           ( в пику автору крутых стихов)
             Этот мир со зверьми и людьми –      
             Он давно бы рассыпался прахом,
             Если жизнь вдруг пошла бы под знаком
             Бескорыстной и вечной любви.
                          Станислав Куняев

Не забыт до сих пор старовер –
Он прошёл проверку на вшивость!
Наш историк – товаронаваровед:
Он толкает народу фальшивость.
На костёр за веру – русская маль!
С верой истинной – маловато!
С той поры – катком – ненормаль:
Мне за шиворот – стекловата…
Так общинно жить, похоже, слабо:
С верой в Бога, без водки и мата
И не даст нам потомственное жлобьё,
Как не стать Божьей тварью примату… 


ПОРАЖЕНЧЕСКОЕ  НАСТРОЕНИЕ

Что ты кукуешь, кричишь мне: «Ка-кун!» -
Знаю: засранец! – зачем повторять-то?
Только глухой только слышит: «Ку-ку!» - 
Это похлеще абсурдов театра.
«Финита ля комедиа!» - сказанул Шекспир.
Чуть-чуть помедленней, чума, закончи пир!


ВСЕМ,  ВСЕМ,  ВСЕМ  НЕДОВОЛЬНЫМ!
                (Станислав Куняев)

А пародяга – хрен моржовый!
А я ваш Клод Ван Дамм!
Я в лоб вам дам! Над кем вы ржёте?!
Детишек уберить! Прогоните дам!



Я  ГОРД,  КАК  ЛОРД… 
               От счастья едва ли не плача,
               Я вновь бормочу в полусне
               О том, что судьба и удача
               Ещё благосклонны ко мне.
               Захваченный этой охотой,
               У белых снегов на виду
               Бесшусной звериной походкой
               Я вдоль по карнизу иду.
                        Станислав Куняев

Сколько нашего брата загибло!
Сколько шею свернуло, крутясь!
Мне на пользу даже загибы –
Муза крикнет мне: «Станя, атас!»
И прошёл я звериной походкой –
Мне ли дурочку-то ломать?
И горд я кулакастою находкой –
Удачник я, не вашу и не мать!
Толпа – ко мне на поклончик,
К силе моей приползёт:
Вот вам талон, как кулончик
Простенький, без позолот.


О  ЖИЗНИ  СТРАШНОЙ  И  ПРЕКРАСНОЙ
               На всё недостовало сил,
               Но я фортуне благодарен,
               Что здравый смысл меня хранил –
               Горжусь, что был рационален!
               Не то чтобы спастись сумел
               От лжи и показухи – где там!
               Но от помоев не хмелел, -
               А сколько скурвилось на этом!
                         Станислав Куняев

Живой учебник «Как выживать» -
Мне навыки охоты пригодились.
Вы продожайте сопельки жевать,
А я подамся в чьи-то бригадиры.
Хмельной, весёлый, молодой
Я шлёпну Музочку по заду.
А пародистик с бородой
И с рюкзаком  по Марпосаду,
Там был с концертом Вяч. Добрынь
И этим городок сей обессмертил…
Насчёт народа да ко мне тропы,
Как говорят здесь: «сюк бельмесен»


ГОРЕСКОП  ПАРОДИСТА
             Как подумаешь – я или ты,
             Что сказать о других подголосках! –
             Неужели всего лишь шуты
             На сколоченных наспех подмостках?
                      Станислав Куняев

И меня осеняло порой:
Что я делаю  на подмостках?
Бесконечна лакейская роль
На просторах московских.
Понимаю: пошляк пародист –
Он родился таким и подохнет.
Я породист, народный артист,
Позолочены мною догмы.
Не игра в рабов и господ –
Жизни суть и включая страны.
Убери, пародист, гороскоп!
Как тебя не убили? Странно…


ПРОТЕСТНОЕ
           Мстит человеческим делам
           Неравнодушная природа.
           За то, что причинил,
           За то, что был слепым орудьем
           Своих времён… / Шуми, бурьян,
           За то, что ни себе, ни людям!
                      Станислав Куняев

Природа-мать замучилась протестовать.
И россиянам – голи перекатной –
(По их расценкам – бросовый товар)
Не спас когда-то и подряд бригадный.
Пахать должны мы лучше раза в три,
Чтоб уровень до Запада повысить.
(Толпою жадной у чужих витрин?
И на воров своих не напастись полиций…)
А за бедой всё зарастает лебедой…
Перемрут алкаши и старухи…
Пусть заткнётся урод с бородой –
ЦРУ везде монстром стоухим!


ДЕФИЦИТ  КРАСОТЫ
          …и совести тяжёлый пласт
          Отпал от красоты.

          Не потому, что, глядя в ночь,
          Не думая о дне раплаты,
          Стоит породистая дочь
          Антония и Клеопатры. 
              Ст. Куняев

Что можешь ты бесстыдной красоте
Простонароднобледнолицый наш поэт
Дать в пику? Евтух-петух, как клоун разодет,
Пятнадцать гениалек – пакет его, пикет?
Мир поклоняется животной красоте.
Талант от бога многих осчастливил?
Чем оправдаешься, поэт, ты на суде?
Мерилинмонрожье – щекотливей…
Не выправить народу физию свою –
Не переделать миллионы косорылых.
А красота надёжнее валют…
Жаль, наших – на один многосерийник.
Мы вырождаемся, обиднее всего,
В чём виноваты сами, только сами…
Уже никак не возродить село,
Великих не родить Серёги, Сани…
По Достоевскому – спасёт нас Дон Кихот!
Красотки милые, не Мерилин Монро же?!
Не суетись, поэт, не мельтеши, наш скороход,
Тебе окаменеть от инопланетной рожи…


ГЕНИАЛЬНЫЕ  ПОТЕРИ
            А что же он сделал, тот гений,
            Сваявший себе монумент
            Из нескольких светлых прозрений
            И нескольких тёмных легенд?
                    Станислав Куняев
Никто не считает потери,
Что гений наш не успел…
Сие разговор не по теме?
Важнее реальный успех?
Но Гоголь спалил по ошибке…
Посеял по пьянке шедевр
И сам жалеет не шибко –
Вот непролазная дебрь!
В мясном отделе мужик
Всю жизнь, друзья, проработал,
Но пару стихов на музык-
альный Олимп – рекордно!
Помнит только России земляк –
Не бомонд, что есть авторы песни:
«Ой, мороз, мороз, не морозь меня!»
Что нам истины бесполезность?


НЕСОТВОРИТЕЛЬНЫЙ  ПАДЁЖ
            В огнях Москвы, в снегах Памира,
            В селе, где родичи твои, -
            Не сотвори себе кумира,
            Единого – не отвори.
                 Но кто там в зеркале лукаво
                 Подмигивает: сотвори?
                     Станислав Куняев

Ложи на всех, на всё с прибором
И будет тебе счастье, дорогой.
Доволен всем и счастлив боров.
Иль осчастливь себя строкой,
Как я про кулаки с добрами!
Был знаменит я, но не кумир…
А вы бы пародиста подобрали? –
Он обезножил, так я раскормил!


НЕ  ПРИ  ДВОРЕ  КЛЕОПАТРЫ…
    (по мотивам стихотворения)    
              Но запах французской «Шанели»,
              Венчавшей её красоту,
              Слинял на казённой постели,
              Растаял на зимнем ветру.
                      Станислав Куняев

Ей дали кликуху Старуха –
Ей не было тридцати.
Готовка да постируха,
Дети – не до красоты.
С любовниками воскресла,
Но быстро увяла опять.
Глупому мужу не грешно
Их принимать парад.
Спасибо – не заразила,
Другие болезни – не в счёт…
Она не станет красивой…
Пусть дождик слезами сечёт –
Пусть смоет стыда её список…
Но ей не забыть никогда
Коллекцию крупную писек,
Что только с собой – в никуда…



ПОДПОЛЬНЫЙ  ГЕНИЙ
         (по мотивам)
             Прощай, мой безнадёжный друг,
             Нам не о чём вести беседу.
             Ты вожжи выпустил из рук –
             И понесло тебя по свету.
                 Спасать тебя – предать себя.
                        Станилав Куняев

Ужель другая нас ждала судьба?
Или на нас проклятьем обречённость?
И в водке годы золотые утопя
Всё ищет оправдания никчёмность,
А пьяному – Есенин друг и брат
И с гением тепло придурку,
Поболее вранья – побед парад! – 
Святая верочка в свою придумку.
А мания величия тут как тут,
А с ней – преследушка – вторая:
Тут не до веры в правды красоту,
Неведомо кому очки втирая…
Этапы все – от пузыря до пузыря
И захлебнуться под конец блевотой,
Всё путное в себе о-по-зо-ря…
Се вытекает из бесед приватных…


РОКОВАЯ  ЗАГАДКА  ВЕКОВ
       (мои отголоски спора)
           Ты подносишь ладони ко рту –
           И раскатистый зов человека,
           Полный смысла, летит в темноту…
           Но зовёт тебя слабое эхо
           Только а-а! только о-о! только у-у!
                   Станислав Куняев

И вылетает, как НЛО, частуха:
«Я дала ему в крапиве, а надо было – на мосту!»
А сколько правильных стихов протухло
И кануло в небытие и в немоту…
Только ф! только у! только й! –
Это звуки, а получилось? – то-то…
Предки… погоня… дикари… -
Эта сцена не из анекдота…
И наш мат – резервация слов?
В их составе – стерильные звуки! –
Общечеловечней не придумал и совок
Осчастлививший всех разливухой… 


ПРИРОДНИКИ
     (комент)
           Если нет обоюдной любви
           В этом мире речистом и здравом,
           То рассказывай чувства свои
           Бессловесным деревьям и травам.
                     Станислав Куняев

На придурков ты время не трать –
Ничего дуракам не докажешь!
Ты, поэт, по сути театр –
Жизнь всегда сильна дураками.
И любовь и дружба пройдут,
И искусство совсем не спасенье.
И стихи – побочный продукт.
Не спасёт души и Есенин.
Даже Бог не смог примирить
Миллиарды непримиримых.
В своей сути жизнь – примитив,
Но в масштабах неизмеримых.
Успокоют красоты природ
Ненадолго, но успокоят:
Это – храм, а люди – приход,
А поэт – скромный поклонник.


БЕЗ  ГРОМА,  ГРАММА  И  ГРИМА
           Ну а коль существует душа,
           Что тебя принимает с приветом,
           То не злобствуй, на долю греша, -
           Ты же счастлив, не зная об этом.
                     Станислав Куняев

Не ищи пониманья, поэт,
Ты сексотом в мир наш заброшен,
Ты счастливчик – за всех отболеть,
Лишь бы не проказой, ни рожей.
Евтушенко Евг. – парадоксалист,
Как и я, огребал аплодисменты…
Я – скальный, не ласкальный солист…
И мои кости не зальют цементом…
Запомнит институт мой семинар –
Не весь я добродяга с кулаками
Свою судьбу я ни на чью бы не сменял
И с русскими не расплевался дураками.
Я путник, я путаник, только не плут
От командировок и мне перепало.
Достаньте сберкнижку с именем «Путь» -
Заездил я в ней пародиста-амбала.
Не греши, коли ты без гроша –
Места нет в раю, в коммунизме.
Прикупи фунфырёк – и к корешам:
Вот они без поноса и клизмы.
Ну а что напридумывал Маркс,
Чем хотел осчастливить нас Ленин,
Превратилось в дурь и маразм,
В слёзы, в смех Руси поколений.


ГИМНЫ  РУССКОМУ  ОГОРОДУ
       (подражалка или пародь?)
             Так же будет усыпан людьми
             Луг, меня прокормивший когда-то,
             Потому что в нелёгкие дни
             Есть спасенье – земля и лопата.
             Так же будут хмельные друзья,
             Разомлев от вина и теплыни,
             Понимать про себя, что нельзя
             Не любить эту горечь полыни.
                          Станислав Куняев


Русь спасал всегда огород,
Даже я – городской колхозник.
С голодухи не вымрет народ,
Что ему зарубежные козни? –
Есть лопата, грабли, навоз,
На полив побольше водицы
Да родное наше авось,
Да поменьше жучков бандитских.
Мы не в худшее время живём,
Лишь бы нас в войну не втянули
Благодарны мы, кто к нам с новьём –
Нам по нраву российский улей.
Когда кончатся нефть и газ,
Может, вырастет поколенье,
Что дурной не исполнит приказ,
Нашей дури подрубит коренья.
Будет лишь на себя уповать –
Свою землю съедобой засеет.
И вернётся к Богу, кто не туповат.
И гордиться будем тобою, Есенин.


СТРАШНО  ЗАМЕЧАТЕЛЬНЫЙ
             То ли у меня нелёгкий глаз,
             То ль судьба и без того слепая,
             Но боюсь к себе приблизить вас
             И молчу, постыдно отступая.
                  Станислав Куняев

Вдруг заметил: стали умирать
Те, кто плохо на него смотрели –
Совпаденье? Недругов не рать –
Не способен к порче он смертельной
Может, чуяли они – покинут мир,
А вот этот нехороший и пылитель
Будет шаркать по врачам: тыр-пыр…
Будет рассуждать о всём, политик!
Лить слезу на мельницу врагам,
Собирать коллекцию сберкнижек.
Пусть его узнают по рогам,
Как любителя чужих коврижек!


ОТОРВАЛ  ОТ  СЕРДЦА
       (комплимент)
          Рожать трудней, чем рассуждать,
          Обжить тяжельше, чем украсить,
          Разрушить легче, чем создать…
          А мы живём – и нас не сглазить.
                  Станислав Куняев

Хорошо Куняев сказал
И народ свой ничем не унизил.
Не чета он всяким козлам,
Что в глаза называют нас быдлом.


БЕЗ  ВИНЫ  ВИНОВАТЫЕ
            …ставить избы, мастерить гробы,
            Сеять хлеб и, глядя на закаты,
            Не подозревать, что глас судьбы
            Скажет им, что в чём-то виноваты…
                         Станислав Куняев

В раз который виноватят нас,
Что кусок глобальный отхватили.
Вот и США, в который раз говнясь,
Выселить не против из квартиры.
И Абама на Антихриста похож…
И сценарий главный залежался…
Да и Крым не только нам пригож…
И Земшар – подобье дирижабля,
Что шальной метеорит проткнёт –
Кто успеет к марсианам смыться?
Бесконечен холода космического гнёт…
И начать с нуля всё не имеет смысла…



МУРАВЬИНАЯ  КУЧА  СЧАСТЬЯ
              Не зря муравьи пережили
              Всех вымерших чудищ земли,
              И лапок своих не сложили,
              И нравы свои соблюли.
                        Ст. Куняев

Ужели Земшар муравейником
Китайцев стать обречён?
Войною последней, как веником…
И Бог уже наш ни при чём?
И мир сквозь китайский прищур
И прагматизм не вымрет со скуки?
Пора мне кричать: «Чур меня, чур!
Откуда мыслишки-суки?!»


СЛАДКАЯ  ПАРОЧКА
             И нас без вас и вас без нас не убудет,
             Но, отвергая всех сомнений рать,
             Я так скажу: что быть должно – да будет! –
             Вам есть где жить, а нам – где умирать…
                               Станислав Куняев

Чей у Америки менталитет?
Конечно, урок! Кто не согласен?
И не страшней врагов ли те,
Кто прописался в новом классе,
Что породила наша мама-лень,
Что результат немыслимых селекций?
Во всём убожество и умалень
И не до Патриарха лекций.
Поэт в России больше не поэт –
Он текстовик, он срчинитель песен!
И первым на Руси – олигархат, а не балет!
Нас не газон покроет – мат и плесень…


ДОБРОТНИКА  ДОБРЫ
            Добро не жалость и не слабость.
            Добром дробят замки оков.
            Добро не слякоть и не святость,
            Не отпущение грехов.
                       Станислав Куняев

Я не Герцен и не Добролюбов –
О комунячьем пёкся я добре:
Теперь и Евтуху – слабо, не любо…
Что за секрет в адамовом ребре?
Что вопрошать: «Где братик Авель твой?»?
Не всё ли у охраны под контролем?
Жаль, только истина всегда вдовой
И главные мерзавцам роли.
Везде пусть проповедуют добро:
Наше, слюнявое, из общей чаши.
Пускай на подлецах горит тавро.
И сыплют серой небеса почаще! 


«ДОБРО   ДОЛЖНО  БЫТЬ  С  КУЛАКАМИ»
                 (Станислав Куняев)

Я отковал добро добротно.
Для красоты и кровушкой полил.
Чего трясёшь ты, пародист, бородкой?
Нам, на всю голову больным,
Мир б коммунизмом осчастливить…
Жаль, ни хрена не удалось!
Нам намекают о глобальном сливе:
Что нас в Давос… что мы, таво-с…
Бессмертны анекдоты о Чапае…
А наш СССР накрыл кирдык…
Да кто меня за задницу цапает?! –
А, жареный петух – придира из придир!


ГЛОБАЛЬНОЕ  ЗАКОЛЕБАЛЬНОЕ…
                Быть добрым не всегда удобно,
                Принять не просто вывод тот,
                Что дробно-дробно, добро-добро
                Умел работать пулемёт,
                Что смысл истории в конечном
                В добротном действии одном –
                Спокойно вышибать коленом
                Добру не сдавшихся добром!
                             Станислав Куняев

В чём смысл истории ни мне,
Ни пародисту-стукачиле не понять.
Дуэтом колокол и звон монет…
Поэт-пророк – музейный экспонат.
Уже и космос дальний не для нас…
Уже и датчики паять мы разучились…
Уже, говнясь, ложил на нас ГЛОНАС…
Начнём ли мы с ремесленных с училищ?
У нас юристов, экономистов – ой1-ой1-ой! –
Как геникологов при Высоцком Вове!
Мы из застоя скаканули аж в отстой!
Нам озаботиться б о детстве и здоровье…
А то нас зафутболят в космос США
Иль на Луну – копать для них алмазы.
Россия, матушка, ты не с ума сошла?
Опять подешевело пушечное мясо?


МОЙ  ПУТЁВЫЙ  «ПУТЬ»
              …Но как свести концы с концами,
              Как примирить детей с отцами –
              Увы, я объяснить не мог…
              Я только сочинитель строк,
              В которых хорошо иль плохо,
              Но отразилась как нибудь
              Судьба, отечество, эпоха, -
              Какой ни есть, а всё же путь…
                («На полях черновика»)   
                         Станилав Куняев
Да как-нибудь, да кое-как,
Да через пень колоду, что ли…
Поснисходительнее к старикам! –
Но этому вас не учили в школе.
Какой ни есть, но сборник «Путь»
Моя талантливость наотражала.
Весь изговнился пародистик пусть:
Не шпага Д Артатьяна – комаришки жало.
Карашдашом он испохабил «Путь»!
Как ластиком, его я рожей стёр бы!
Не в наших из невкуснейших капуст
Его нашёл советник Михуила Горби…
Расстреливал наш Сталя мало и не тех –
Воскрес Бандера нам на зло, сучара
И злоба в москалям не из хохлов утех…
«Прощание словянки» не для них звучало…
Забыто наше безразмерное добро!
Кто спас Европу в США не помнят!
«Игра по крупному!» - как говорит Дибров.
И пропаганда – королева и секс-бомба!
Не длинношеее моё созданье «Путь».
(«Путь к коммунизму» - газета пародиста,
В который барабанил он – бочёнок пуст! –
И был тогда он: диссидет, «редиска»…
Чего не ляпнешь, коль вкатился в раж?
Опомнился я быстро: через три – три! – года.
Как говорит монах: «Попутал враг…»,
А я б цитатнул да заборного штрих-кода!
В добре мы русском тонем, как в говне:
Долги прощаем всем – нам не прощают!
Сбесились реки, а леса в огне…
Дохлее наших нет солдат прыщавых…
Детсадики настроить – выше наших сил!
Куряк давайте наших распсихуем…
А где наш Пушкин, Моцарт и Шекспир?
Гнобим не тех, не тех прессуем…
Ещё услышите как москали поют
Родное нам украинское гарно!
И слёзы пародиста окропят мой «Путь»!
И я прощу его! – как не звучит вульгарно…


РУССКАЯ  СОВЕСТЬ
                 Увы! Никакому уму,
                 Пожалуй, понять не под силу,
                 Как вышло, что лишь одному
                 Ты,/ время,/ нас не обучило:
                 На горе чужое взирать
                 Сквозь глаз равнодушную прорезь…
                 И новая тяжесть опять
                 Ложится на русую совесть.
                            Станилав Куняев

И совесть ублюдков не мучит
И похрену всё им и вся.
Прожектором русский наш лучик
Тоту, кто над нами вися
С небес наблюдает и горько
Качает своей головой…
А жизнь – всё быстрее, как с горки
И Шар наш – в удар голевой –
В пустые ворота футболит
Безжалостный выбор конца…
И влпль наш космической боли
Вернётся к престолу Отца.


НЕ  ПОМНИТ  ЧЕЛОВЕК  ДОБРА
              Куда там! Не то что любовью
              Дышали разверстые рты,
              А ржавым железом, и кровью,
              И яростью до хрипоты.
              Что было здесь правдой? Что ложью?
              Уже не понять никому.
                       Станислав Куняев

И нравы ничуть не смягчились
И скрытая злоба всплыла,
И всё, что ценою в полтинник,
В раскрутку пошло, как юла.
И вспомнили: немец дал хлеба,
А русский в погреб загнал…
Хула пропаганды, хвалеба,
Но это для умных сигнал,
А дуракам – что бараны! –
Их гонит кнут пастуха…
Немногим дороже баланды
Нелепая правда стиха.
Раскрутка на Украине,
В торнадо не превратись!
И новые реки кровищи
Прольют и навеки враги!
Такая вот русская доля:
Держать перед Богом ответ.
Заманчивы наши раздолья,
Что не в газонной траве.
Как шкуру пустырь наш поделят?
Сравняют с землёй города?
Вот жалко Блаженного терем…
Переключу я свой телек
И на диване – в Клондайк!



ПОСЛЕДНИЕ  ВРЕМЕНА
              …что час неизбежный настанет,
              И, сам своей мощи не рад,
              Наш род человечий устанет
              Творить комфортабельный смрад.
              Иссякнут последние недра,
              Вся нефть испарится до дна.
              И будет последняя жертва
              Природою принесена…
                          Ст. Куняев

Всё более пахнет разделом
Бескрайних просторов Земли.
Россию, как липку разденут
И вычеркнут из семьи?
На рыло вам хрен не хотелось,
Умнейшие твари земель?!
Обманчива и мягкотелоть
И хитрость, что мир заимел:
Найдётся на хитрую попу
Со штопором член, дядя Сэм!
Провалимся вместе мы в пропасть,
Коль ты охреневши слвсем.
Не встретимся мы и на Марсе,
Про Эльбу забывши давно,
На человеческом мясе
Жиреющие, вы – гавно!
Как техникой не хвалитесь –
Но мы всё же, лучше поём!
Заткнули вы рот и валлийцам!
Забылся «Союз-Апполон»?
Скатились мы к битве народов,
Чтоб мир был для вас и под вас –
Для миллиарда уродов! –
Чтоб Бог упал, удивясь?
Умерить пора аппетиты
Голодных всех накормить.
Мы энелошам противны –
Для влёз не счесть коромысл…
Мне грешный мир не оплакать…
Проклясть неудачный проект?
Не верится, что крахом и прахом
И наш Господь не Поэт…


БЫТИЁ  И  НАШЕ  ПИТЬЁ
            …этот вечный дымок из-под крыши,
            Где старуха, что зелье варит
            И бормочет обрывок напева,
            С большей страстью культуру творит,
            Чем вся ваша большая капелла…
                             Ст. Куняев

Не водят у нас хороводы
И песен народ не поёт.
Уже минеральные воды
Подай ему, ежели пьёт!
А пьёт он технический спиртик,
Фунфырики, самогон,
Гидролизный из опилок,
На фронте с таким – в огонь!
Где медовухи бочёнок
И пиво советских времён?
Душили «петлёй Горбачёва»
И мало пороли ремнём…
Палёную водку пороли,
Немецкий спиртяшник «Роял» -
Застольями с властью боролись…
Объели нас по краям –
Пирог из картох, но широкий
Покоя всем не даёт…
Но сколь не откладывай сроки,
Найдётся на нас идиот:
Нажмёт он на красную кнопку
И грянет решительный бой! –
Как стая мы ринемся к нёбку
На встречу, Создатель, с Тобой! 


БЕЗПРОСВЕТНОЕ  БУДУЩЕЕ
            Здесь монгольские кони брели,
            Сознавая своё превосходство
            Над просторами бедной земли
            И тщету мирового господства.
                          Ст. Куняев

И оказалось: совсем не тщета
Своры исторических придурков
(Наших мечтателей не считать)
Подзабылись набеги тюрков…
Неуправляемым сделать запас
Наших ракет, боеголовок.
Крепко думал янки за нас:
Он хитёр, умён – уголовник.
А сколько нас оставить знает Тэтчер!
И на погибель нашу не жалеть бабла!
Кто главный мировой диспетчер?
В чём наша слабость? – это всё: бла-бла…
Пока же Украина, как чиряк на попе,
Непрорываемый, похоже, чиряшок!
Час роковой для нас не пробил:
Ещё не кокнули горшок мы об горшок…
Но шапками уже не закидать –
Их унесёт волною первой!
И прагматичный друг – Китай,
Разбойник тот ещё отпетый;
И кто-то напророчил, что они
Через Урал до Волги – помогите братья!
И с нас сдерут последние штаны
И… окрестятся безразмерной ратью!
И вырежут – им не впервой!
Когда-то и они – на грани мымиранья!
И будем мы пахать не тягой паровой –
Пердячьим паром, господа миряне!
Но это тоько мой кошмарный сон,
Авось, и пронесёт над пропастью Россию,
Не переедет нас Сансары колесо
И станет родина, как сад красивой.


НЕ  СМИРЕННОМУДРОЕ,  НЕ  ТЕПЛОХЛАДНОЕ
           (монолог трезвенника и язвенника)
               …какую-то искру, упрямо
               Горящую в каждом из нас.
               Глядишь – негодяй негодяем,
               Но чуом каким-то, бог весть,
               Сквозь сумрак, что непробиваем,
               То совесть пробьётся, то честь…
                          Ст. Куняев

Никто и ничему не учит дураков:
Всё перепробовали и до нас земляне.
Измучили детей, распсиховали стариков
И что тут скажешь: мля, не мля ли?!
Лишь староверы фильтр прошли –
Из наших лишь они и выживают.
Хватает окрика: «Протестом не шали!» -
И пропадает всякое желанье.
Здравоохранение какое ни како.
Образование, пусть не для всех, но всё же.
И пенсия – на плохонькй курорт.
А что теперь? Пока не льёт народ наш слёзы.
Затарены товаром мы на сотню лет –
Чужим, китайским, хренчевошным,
А всё своё пока что на нуле
Да и своим пробиться невозможно.
И всё фальшивое да вредное, к тому ж.
Той колбасы не есть, не пить водчонки
Считай копейку каждую, России муж, -
Вон деточки твои притихли, как волчонки.
Страну воров кто будет защищать?
Вы на фамилии взгляните олигархов!
Везде сплошной чиновничий нещад
И тошно нам от их кусков, огарков!
А рейтинг был высокий у Христа –
Распять любого он не помешает!             
Кончай, товарищ, водочку хлестать
И бить поклоны, дорогой мещанин!


«ВСЕГДА  ГОТОВ!»
 (почти «страдания»)   
              Малая родина, не обессудь,
              Что позабыл о тебе,
              Что предначертанный юностью путь
              Так исказился в борьбе.
                         Ст. Куняев
 
Убежали из деревень
В города – там жилось полегче.
Тут одна заготовка дровень
Не один ревматизм полечит…
Рыбка ищет глубочину,
Человек – где без натуги,
Сим законам и я подчинюсь:
Я не рыжий, друзья, в натуре!
И прощай, дорогое сельпо,
Здесь шаром покати до завоза!
На дрова растащат сельцо…
Там кака-никака – слобода!
Надо детство в деревне провесть,
Юность – в городе, старость – на даче.
Протрубят нам на сборы весть –
Шабалами тряси на раздачу!


СТОЛИЧНАЯ  ШТУЧКА  И  НЕ  ТА  БЫЛА  ЛИМИТА…
                (слова пародиста в роли поэта К.)
          Вечнй город! Я знаю теперь
          Все соблазнытвои, все угрозы.
          Ты не веришь слезам! – И не верь,
          Что тебе бесполезные слёзы!
          Если ты уже тысячу лет
          Всё теснишь перелеки да пашни
          Тяжкой мощью державных примет
          От Кремля до Останкинской башни.
                    Станислав Куняев

Вечный город на букву М –
Голубая мечта идиотов,
Соблазнительный, как гарем,
Банк ты всяческих патриотов.
Жить в тебе считалось за честь.
Магазины твои ломились!
И не все проходили через
И не всем пропискина милость.
Ты сгребала таланты Руси!
Ты гордилась и мы гордились!
Что теперь? Остаётся грустить,
Белокаменный наш городище…
Сотни тысяч таджиков метут
Твои улицы, переулки.
Миллиарды пакетов-медуз,
Не как в Грузии, полудурки!
Ты российский наш Вавилон!
Половина денег России!
Не подавись капустным баблом,
Не скурвись от жизни красивой!
Сколько сволочи всякой всосал –
Разнесло тебя, как купчину!
Место всех разборок, засад,
Осуждать тебя не по чину.
Из провинции я сверчок,
Я пою тебе гимн, столица!
Поубавится сволочьё –
Я готов под тебя стелиться
Тем ковром, что Гагарин шёл
В миг удачи советской России.
Не напишут дубль «Хорошо»,
Маяковский не встанет грузинный;
Не захочет Есенин здесь жить
И Шукшин бы чесал затылок…
Сколько будут в тебе княжить –
Фейерверком хлестать из дырок?
Мы хотим гордитьс тобой
И не только парадами Краской.
А ты хлешешь рекламой в табло,
Угощаешь не русским не квасом.
Я невзрачный нелепый сверчок –
Ты раздавишь меня не заметив.
Иль спасёт меня твой врачок
И заплачет мой профиль на меди…


ПЕСЕНКА  СВЕРЧКА
   (реквием пародиста)
                             Гляжу на белый свет
           И в жизни ничего не понимаю,
           Родных людей безвольно вспоминаю –
           Кто жив ещё, кого на свете нет…
                       Станислав Куняев

И сколько их, кого уж не поднять,
Но все оставили свой след прощальный.
Для всех нас жизнь, по сути, западня –
Почти для всех, с концовкой беспощадной.
Друзей теряя к финишу ползём,
Всё реже вспоминая дружбанов из детства
И видеть не охота земляков, точнее, зём,
И от обид столетних никуда не деться,
И помнятся обиды поразительно свежо…
А сколько нас прощающих, не мстящих?
Запечный страшненький сверчок –
Я очень не хочу в сосновый ящик.
И непонятное бессмертие не манит
И сказка глупая про рай для дураков,
Где в яме ждёт несчастная маманя
Когда к ней спустится сыночек дорогой…


ГЛАЗАМИ  НЕОФИТА
           Вы обновили вековые стати
           Семьи и быта, песни и любви,
           И вспоминать не время и некстати,
           На чём – на почве или на крови.
                             Ст. Куняев
В церковно хоре (видел по ТВ) поют
Две личности – одна другой страшнее! –
Садюга и палач (?) не заурядный плут,
А вроде тех, кто: «Шнеллер! Шнеллер!»
Так кровушку невинную отмыть,(?)
Мол, на кресте покаялся разбойник –
И первым в рай!(?) Сражающая мысль,
Как гаечка не с той резьбою…
Наш богослов, но рожей иезуит:
«Грешите, братья! Кайтесь! Кайтесь!»
Протест в мой душе зудит,
Хотя я приключений не искатель.
Ужели можно всё на свете замолить,
Кроме хулы, однако, на Святого Духа?
Как не был Кур. умён и знаменит –
Его погнали от студенческого уха…
Мне верится в раскаянье с трудом,
Как в миллиарды в муках ада –
Не мог Господь и там создать дурдом!
И с краю не твоя, поэтик, хата…


КАПИТАЛЬНАЯ  КАПИТУЛЯЦИЯ
                С каким только сбродом я не пил
                На трассах великой земли,
                Но как не хмелел, а заметил,
                Что выхолостить не смогли
                Ни водка, ни личные драмы,
                Ни страсти, ни логика фраз
                Какую-то искру, упрямо
                Горящую в каждом из нас.
                           Ст. Куняев

Прожить бездарно среди сволоты
И стать в конце такой же дрянью:
Забыть мечты, чем бредил молодым
Своей наивной и телячьей ранью,
Скатиться к старости в полнейший крах
И всё проклясть, чему так поклонялся,
Запутаться в своих-чужих корнях
Не знать элементарщины – ГЛОНАССа.
Понять своё бессилие во всём
И собственную не предвратить погибель…
Наш обречён колосс на слом, в металлолом?
И в ад дорога нам усыпанной благими?
И твой талантишко не нужен никому –
Он нахаляву развлекалово и ржачка.
И ты никто и нет твоих и никаких коммун
Тебе подобным и свободным не рождаться.
И превратится мир в глобаль конца
И небо скрутит Высший в свиток
И будет понят замысел Отца,
Вот так-то, мистер винтик! 
   


 ПОКА  МЫ ЖИВЫ  --  ВСЕ  МЫ  ЛЖИВЫ


ВЕРБОВАННЫЙ!
               Я иду тропой лосиной,
               Здесь я вырос – как-никак,
               Я земляк тебе, осина,
               И тебе, дубок, земляк.
                        Юрий Мельников

Кое-как я вырос,
Как-никак поэт.
Пародист, как вирус,
Хуже – партбилет!
К подвигу склоняет,
Мол, вербуй других:
Вы – наши Клондайки,
Вы – из дорогих,
Вы казне – копейку,
А эффекта – ноль!
Он, блин, коробейник!?
Пошляк он и говно!


НЕСУШКИН  НЕСУН
   (Юрий Мельников)

Я несушкою несуся –
Пародистик спёр яйцо!
Мои думы: о насущном,
О поэзии! Лицо
Догоню и заклюю я –
Не мешает пусть творить!
И яйцом суну луну я –
Пусть трясутся все воры!


НЕТ  ПРОКА  И  ОТ  ПРОРОКА
             (Юрий Мельников)

Жаль, что не родился я пророком:
Я бы напредвидел, что Россию ждёт!
И при мне её несло к порогам…
КНР достанется от её широт?..


ЭНЕРГОСБЕРЕГАЮЩАЯ  ТВАРЬ
             (Юрий Мельников)

Был и в России светлый гений –
Новый век великих упразднил:
Ленин светит лампочным гореньем…
Пародист, как светлячок, как паразит.


«У  НАС  ВСЕ  ПОПЫ  --   КОММУНИСТЫ…»
                 (Юрий Мельников)

Мы коммунисты, а на должности попов:
Проводники идей мы коммунизма.
Пусть гении сшибают на пропой
В газеточках на ниве юморизма…


ИЗДАТЕЛЬСТВА  ИЗДЕВАТЕЛЬСТВА            
                 (Юрий Мельников)

Мне и здесь всё-всё красиво:
За бугор, друзья, я не ездок.
Я бы без издательства «Россия»,
Без работы рецензента сдох.
По образованию я интеллигент,
А по сути – пишущий крестьянин.
Есть Пегаска, а телеги нет…
Мы, как волнолом, вокруг издательств:
Прутся всякие – всех не издать:
Мы рецензию – в рот им кляпом!
Мечта пусть светит, как Полярная звезда…
Она – не греет… Я что – не то скалякал?

ЦАРСКИЙ  КОЛОКОЛЬЧИК
                А колокольчики звенели
                И тосковали по Руси.
                     Юрий Мельников
Вот Смольянинова баско споёт
Про колокольчики – умру от счастья!
Стремится душенька в полёт
И пародист мой соучастник:
Я справочку московскую ему
На публикацию шести «шедевров» -
Под солнцем место по уму
И выход, хоть какой, из дебрей…


КОСМИЧЕСКИЙ  СОН   
    (Юрий Мельников)

Приснилось пародисту, что Луна на нас
Вдруг стала двигаться, точнее, падать!
И почему сиренами не вопит ГЛОНАС,
Как будто он один смотрящий, падла?!
Приснится же такое дураку –
Как он во сне не чёкнулся, придурок?
Я новых истин вам не изреку
Не обессмерчу я своих придумок…
Но почему сбежал америкос:
Не потрошит Луну ковбойно?
Видать, какой-то вышел перекос –
Не по зубам космическая бойня…


ПОТУСТОРОННИЕ  НАПЛЮЙДАТЕЛИ
                  Бывает так ещё не редко,
                  Когда мудрец какой-нибудь
                  Возьмёт
                                и вдруг охаит резко
                  К вершинам
                  Наш нелёгкий путь. 
                          Брюзжит,
                                           не думая, а кстати ль
                          Бить по своим,
                                                    как на войне…
                                 Юрий Мельников

Ужели Сталин кокал мало
И неужели, всё не тех?
Я тоже убиваю, но морально,
Создателей лирических утех!
Оказывается: море недовольных
Не потонуло в нашем море слёз,
В своих речах поганых, вольных
На нашу власть льют, гады, злость!
Им всё не так, им всё не эдак –
Бежать мечтают в Израиль!
Не напастись на них нам клеток
И храмов не настроить на крови…
ЗВЕЗДАТЫЙ  НЕДОГОВОРИТЕЛЬ
               (Юрий Мельников)

Все в жизни с опазданьем…
И слава, к некоторым, на могилу…
Такая вот звезда… Такие поезда…
Солёное такое вот мочило…


НАТУРАЛИСТЫ  И  НЕЙТРИСТЫ
                 Шумят ораторы речисты,
                 И накаляется гроза…
                 И тут же рядом/ нейтристы                                  
                 Молчат –
                                  ни «против» и ни «за».
                          Но всем известно:
                                                          в час грозы
                          Осколки боя долетают
                          И до нейтральной полосы.
                                  Юрий Мельников

Есть-есть сторонники покоя –
Их миллионы среди нас!
Приказ не им: «Ура! По коням!»
Они ни с кем не единясь:
Они нейтральны – нейтралисты,
Они и крыс переживут:
Колонна пятая – капуталисты,
У них господь один – желуд…
Пусть снится им певец Мамонов!
Пускай нащупают в трусах презент…
А вляпаться в дерьмо возможно
И на нейтральной полосе…


НЕ  НОВАТТОР,  А  ВОДОВОЗ
              И те, кого ещё вчера поил он,
              Теперь
              Его обходят стороной.
                      Юрий Мельников

Я долго вас поил водой,
А вам так водовки хотелось…
Я не художник, не Ватто:
Не высосать вам ничего их текста.
Я долго вас поил водой –
Вы, горе мамы, не пьянели!
Вискуй, поэт, ты молодой!
Муз не бывает на панели…



ЛИВЕРИЧЕСКОЕ  ОТСТУПЛЕНИЕ
    (из баснословных времён)

Спасибо рецке из самой Москвы!
Со справкою, что я писак нормальный,
Своё довёл до центров мозговых –
Сие в провинции прогресс немалый.
Любые женщины обиды помнят,
Обиженные мужиками – мстят…
В малокалиберную обойму
Я не входил – я не мастак:
Тавро изгоя на мне с рожденья…
Когда принёс подборку из шести
Газетной даме, жаль, не запомнил день я…
Гладь кошек-дамок, юный, по шерсти!
От этого дебюта был счастлив я и глуп!
«Ты настоящий дуб, Тимошин!»   
«Бум, детка!!!» - заорал бы труп,
Как тот кладоискатель, реслер мощный.
Газетные стихи той дамы я собрал, издал;
Тем альманахом Коркину отвесил плюху.
Гори ты синим пламенем, моя звезда!
Не по моей ширинке слава-шлюха…


ПРОСТОЙ  ПРОСТЕЦ
              Пускай же иные поэты
              Калечат
              Наш собственный слог.
              Я верю – поветрие это
              Рассеется, словно дымок.
                     Юрий Мельников

Хочу, чтобы просто писали,
Как я – поэт от сохи:
О хлебе, о соли, о сале,
Простые, как водка, стихи.
Зачем нам французские вина? –
От них: и не там и не там…
Я б вам, по-крестьяновски, вынул –
Пошупаешь: вещь, красота!
Гроб с музыкой даром не нужен –
Пусть, хоть свечою торчит…
Твардовский от «Озы» недужил…
На что нам их калачи?
Россия – родина хрена!
Долой зарубежную хрень!
Поэзия – наша арена!
Не до соловьиных колен…



СЕРГЕЙ  ЕСЕНИН

Вот тираж: семь миллионов!
Русский с головы до пят поэт,
Современный, повсеместный, модный,
Наше всё – первее, чем балет.
Сколько нас скромняг и борзописцев
Так и не приблизились к нему?
Вот к кому не зарастёт тропинка!
С ним душа, как плоть – в Крыму!


ЧАСТУШКИ  ДЛЯ  ДУШИ  И  ДУШКИ

Гениальны деревенские частушки,
Генитальны атрибуты их…
На хрен нам твистя и чарлестушки –
Для чего сокровища таить?
В них здоровый дух народа,
Вася Тёркин, русская гармонь,
Шолохов, Шукшин. А что нарочно:
Мы как Стенька – плавай за кормой!
Раскатали избу-деревеньку
На дрова приезжим степнякам…
Падок стал народ на деньги…
Не понять вам это, соплякам…
Заволокиным, дай бог, здоровья –
Собирателям гармошкиных чудес!
Есть ещё в России мастеровья!
Мы ещё не весь спалили лес…


ЗАБЛУДИВШИЕСЯ

В лесу мы с братом двоюродным заблудились:
Перепугался я, как резанный, орал.
На дерево залез он и увидел в дымке
Нашу деревню – двоюродный орёл…

Раз заблудился: дал два кругаля –
Пал обессиленный я с рукзачищем,
Запомнился вприсядку краковяк…
Но манит лес осенним золотищем! 


МАМИНЫ  (КРЕСТИКОМ)  ПЕТУХИ

Раскрасавец деревенский наш петух!
Все, как в детстве, курочки-пеструшки!
Хоть печей огонь давно потух…
Ласточки на проводе – по струнке…
Хохот пацанвы давно утих,
Редко и гармонь слышна в деревне:
Не слыхать частушечек-кутих
Да и хороводы – из преданий древних…
Ни коров не держат, ни свиней,
Только овцы, курочки-хохлатки.
Тем, кто наверху, всегда видней,
Всё, не исключая и моей халявки.
 

ВПАДАЮЩИЙ  В  ДЕТСТВО

И всё чаще детские картины,
Будто я задумал помирать.
Я, как Пушкин, не был в карантине,
Как сестра не съезжу в эмират.
Почему-то вспомнил деревенский ливень:
С градом, громом, молнией-грозой.
Вот когда я был, наив, счастливым,
Удивившись песенке простой:
«Дождик, дождик, перестань –
Я поеду в Иордань:
Богу помолиться,
Кресту поклониться!»


НОСТАЛЬГИЧЕСКОЕ

И никогда уже не пробежать по лужам
Моей деревни сгинувшей почти
И грязь горячую не ощутить ногами…
В пруду прогретом руками не ходить по дну,
Хлестать ногами – так учиться плавать…
На поле свежевспаханном не собирать мне кремни,
Которые в края мои когда-то приволок ледник…
А в нашей школе был каменный топор:
В березняке нашёл (отрыл) отец девчонки,
Мне подарившей первый поцелуй:
Слаще которого я что-то не припомню…
Наши овраги – это наши джунгли:
В них наконечники копий нашли,
Правда, годы спустя я, как юный геолог
Их опознал, как белемниты, белемнителлы,
В простонародье именуемые: «пальцы чёрта»,
Которые обычно находили в глине
И порошок кремнёвый из них спобен
Был остановить кровотеченье…
Но слёз моих сухих ничем не прикратить…


АВТОБИОГРАФИЧНОЕ

В родильном отделении села Сиява,
Я появился, но первые пять лет
Мои прошли в местечке крохотном,
С названьев поэтичным: Яблонка,
Как хутор из 12-ти дворов.
Рассказывала моя мать, что на краю
Поляны, что облюбовали, яблонька росла,
лесной дичок, но крупноплодный…

Ужели потому я, странный рифмоплёт:
От диких яблок, от моих плодов-стихов
У многих сводит челюсти кислотно…


ОЧЕНЬ  ТЁМНЫЙ  ЛЕС

Чем дальше в лес, тем больше палок…
И клюшки для хоккея мастерить,
И даже трости удавалось…
А деревянные мушкеты?
Стрельба горохом…
Я снова не о том…
Наш брат умелец материть!
Сам чёрт себе шеяку сломит –
Все наши буреломы и не счесть!
Это застой – спасибо дяде Лёне!
Тогда и партия: ум, совесть, честь;
Теперь – анархия: свары, свалки
И в доме нашем некому прибрать…
Уже грызёмся мы не хуже, чем собаки
И в горло норовит вцепиться брат…
Так верить хочется: всё обойдётся!


АПОКАЛЕПТИЧЕСКОЕ

И мировой пожар не вспыхнет, дай ты бог!
Хотя весь мир на грани идиотства
И арсенал добра как никогда убог.
Ещё мы в силах рощицы очистить,
Но праздник грянет и опять бардак…
А мы ведь мира Божьего частицы…
И рано у поэта поседела борода…


ВСТРЕЧА

Бывают в жизни памятные встречи:
Он подбодрил меня: «Держись, малой!»
Нас плохо греют пламенные речи…
Спасибо Мельникову – мешок я намолол…


РУССКОЯЗЫЧНЫЕ  ТЕКСТЫ

Теперь иные тексты в переводе,
Со словарями надобно читать:
Русскоязычные свои мы вроде,
Но кланы есть, которым не чета
И ни черта не внятны начерта-
Ния – ни я, ни ты, ни сам он не поймёт,
Какую раскрутил он мозгопробку,
Хотя полезен и стервятников помёт…
В гробу присвистнул крутило Крученых…
Но нету ничего поаппетитней попки
В краях и наших, и тем более, в иных…


ПИГАЛИЦА – МОЯ  ЖАР- ПТИЦА

А мне в деревне пигалицу принесли:
Родители мои на сенокосе поймали
На болоте крупного птенца.
За домом я гнездо ей смастерил –
Оно ей не пришлось по вкусу
И птица вырвалась
В картофельной ботве
Искал я с рёвом  и слезами…
Но горе-горькое дано ль моё понять?
Умеет кто, взахлёб, так горемычно плакать?
Вот так я потерял единственную, ненаглядную жар-птицу…


ПЕЙТЕ  БЕРЁЗОВЫЙ СОК!
 
И пили мы берёзок сок…
Грибы нашли: строчки или сморчки.
Мой случай редкий, как из сказки.
Не помню, чтобы я срезал кору
Иль имя вырезал своё, иль чьё-то…
Но веники ломал колхозом помню…
Запомнилось: с берёзы паренёк упал,
Он – городской, приехал в гости,
А на матрасе надувном парнишку увезли…
Но лучше бересты разжиги не сыскать…
Зверюшек, птичек из бересты
Мне вырезала моя мать…


СКВОРЕЧНИКИ

Обязанность святая:
Скворечник смастерить
И снег уже растаял
И брошен материк –
Скворцы на Русь вернулись! –
Австралии деликатес.
Се сложненько, как «Улисс»
И не для поэтесс.
Мы с батей сколотили
Скворечник поскромней:
Мечтают о квартирке,
Главное – скорей.
Мы соучастники,
Домиков творцы.
Редкостное счастье:
Весна, скворцы…


БЕДНАЯ  СИНИЦА

Дурак, не помню чей
Ловушку подарил:
Долблёнкою назвал –
Синицу заловить.
Не помню: для чего
Я клюнул, дурачок…
Но что-то там
Сработало не так
И бедную синичку
Крышкой – хлоп!
Не птицеловом,
А убийцей стал…
Куда-то эту снасть
Затыркал
Подальше от греха…
Наверное, с тех пор
Азарт охотника
Мне не приятен, не понятен…


ЗЛЫЕ  БЫЛИ

Кто тот лихач, кто ласточку кнутом
Убил в полёте, мать его растак?!
Есть в детстве деревенском и крутом
Загадки сложные – не для тебя, простак…
Зачем змею гоняли и убили, затравив?
Зачем загнали белку и убили?
Кому мешал убитый ими ёж,
Тритон редчайший – злые были?
Зачем гвоздь вбили в бедную сову?
И вроде мы народ не кровожадный…
О мессианстве лучше я совру,
Как образцовый пионервожатый…


КРОШЕЧНЫЙ  ГЕРОИЗМ

В малиннике я гнёздышко нашёл
А птаха всё меня отвлечь пыталась…
А я, упрямый бык, на шаг не отступил…
И на таран отчаявшись решилась –
Спикировала на ботинок мой!
Сразила кроха наповал меня!
Чужих не трогай гнёздышек, милой!
Не лезь в чужую жизнь, придурок любопытный!


КАК  СТРАШЕН  ЛЕС  НОЧНОЙ!
НО  ВСЁ  --  ПУЧКОМ! 

И заблудился хреновый грибник
И солнышко – ориентир! – пропало:
Как плохо одному я грубо вник
И пропади ты пропадом, грибало!
Нашёл тропу, но чую – не туда,
В противоположную попёр со страха!
И – тишина, без какофонии труда:
Душонка тонет в охах, ахах,
Которые меня заблудню отпоют.
Помилуй, Господи, и помоги бродяге!
И я перекрестился – трус и баламут.
Как не охота ноженьки протягивать!
На несколько мгновений солнце прорвалось –
Я понял: верное я направленье выбрал!
Ужель добавился пучёк седых волос?
И неприязнь к игрищам поисковым?


ПЕРВЫЙ  И  ПОСЛЕДНИЙ

Я только раз на юге побывал:
Четыре дня в Крыму, у моря.
Советская курортная поваль,
А дикарями – райская умора!
Там солнце, воздух, как в раю!
(Вода плохая питьевая только…)
Курортные рассказы все сродни вранью…
Мне эти чудеса запомнились надолго.
Ореховое дерево у друга под окном.
Живая рыба в магазине рыбном.
Вся бытовуха – под иным углом.
А море Чёрное – уютным, неповторимым…


ДЕТИ  «СОЛНЦЕДАРА»

Чёрт-те чем нас, дураков, поили –
Чудо расчудесное был «Солнцедар»
Нет, он не настаивался на полыни,
Но заменить он мог и скипидар.
Через минуту – промывал желудок
И выворачивал вас наизнанку, друг!
И озверело от него и простолюдье!
Вот случай экстра – запретили вдруг!
Кто тогда был наш главный санитар?
В какой гнилушки яблок дели бункер?
Чей дар народу, товарищ «Солнцедар»?
По чьим частушкам горько плачет Букер?


ОЧЕНЬ  ДАЛЬНИЕ  РОДСТВЕННИКИ

И нам бы присоседиться к нему,
Но даже Пушкина на всех не хватит.
Златой стрелой сразил его Амур
И сердце няни – где отец и матерь?
От этой Натали Цветаеву трясло…
Но все нули – колечки миллиона…
Как эпидемия, по миру зло,
Хотя наш Пушкин стоит легиона.
Он современен, потому что он велик,
Он честен честностью бессмертного поэта!
Кто солнце наше всё остановить велит?!
Ну разве, что на чай? – у Маяковского про это…


ВОНЯКИ -- ВОЯКИ

Военную тематику сверх меры
Перелопатил клан писак.
Какие строились химеры!
Где попадавшие впросак?
Страшнее страшного война –
Шарахались все от окопной правды!
Не повторилась бы сейчас она –
Пускай гремят парады!
Не надо нам войнушек никаких!
Вот хлопцы чокнулись на Украине.
В российской заднице застрянут коготки…
Медвежью шкуру США ужели раскроили?
Хрен русский вам! Хребет побереги!
В могилу все уляжемся – теплее вместе!
Вой наших матерей – богинь и берегинь
Падёт на вас страшнейшим из возмездий!


КОММУНЯЧИЙ  ВЗГЛЯД
               Отсель/ по озеру/ на лодках,
               В часы вечерние,/ тайком,
               Сбегались в городок/ к молодкам
               Монахи/ с мёдом и вином.
                       Юрий Мельников
 
Монахам бедных от вонючих коммуняк
Досталась клевета, из сексуальных…
Что может думать о других маньяк? –
Предел фантазий в беспредел совальных…
Прорыли, дескать, подземный лаз:
С улыбочкой экскурсовод вещала –
Весёлая была при коммунистах власть
И гарантировала выход всем… с вещами…
«Ещё вы будете мне жопу целовать!» -
Сказал нам Лёня и в гробу перевернулся…
Убогому умом – понятье: целибат? –
Ему комидеалов не ясна вернуга,
А вера в Бога до сих пор не по уму,
Как нет верней, чем бывшие шалавы…
Все миллиарды в конце миров поймут
Ради какой жить надо было славы! 


ЮРИЮ  МЕЛЬНИКОВУ
Вы, поэт, похожи на дядек
Из  глухой деревни отца.
«Дойники» - было прозвище тятек
И откуда словечко не найдёшь и конца…
Баят: сорок высланных казачков
Да на гари леса построили Гарт.
Был закон и тогда знаком…
Их этапа не сохранилось карт…
«Дойна» слово молдавское: песня –
В той деревне славно умели петь!
Пьянка без песен у них – бесполезная.
«Песнь – душа народа!» - сказал не поэт.


МАЛЫЕ  МИРА  СЕГО…
              То завиваются в колечки,
              То поражают прямотой…
              Люблю я маленькие речки
              С их незаметной красотой.
                         Юрий Мельников

Ну и что что скромнее некуда? –
Все впадаем в Волгу, дружок!
Нас никто не обложит рекетом:
Мы – деревенские, мы – из трущёб.
Мы впадаем, как в Волгу, в Пушкина!
Кто не с нами – тот против нас!
Доживает Россия избушкина:
Мы – другую, объединяясь…
НЕ  ЗАГЛЯДЫВАЙ  ЗА  ПРЕДЕЛ!
      (сие не пародь, за сие пороть…)
                Узрел бы я, наверное, в потомках
                Ровестников знакомые черты.
                       Я б века своего узнал детали.
                       Я б от потомков услыхал в тот час,
                       Какие их событья потресали,
                       Как жили и боролись после нас.
                                   Юрий Мельников

Мужик «сурьёзнай», поэт фронтовой
Вдруг размечтался в «будущек» скатать –
Моча в башку! – с судьбой фартовой
И прямо в лапы к будущим скотам.
Где отыскать билетик не дешёвый?
Авось и встретят, мол, поэтик, глянь!
Негр крикнет: «Эй, ты, беложопый,
Канай-ка взад – в Тьмукоммунянь!»


ПОБЕДИТЕЛИ
(Ю. Мельников)

Кто выжил на войне, уже счастливый!
Жаль, миллионы вас, что полегли…
И как слезами – омывают ливни…
Но только клином выбивают клин…
И то, что мы ничем особенно не блещем –
Цвет нации в могилах, новый Пушкин там…
Нам тяжело потерями болеющим.
Лишь наш народ воистину титан.


НАС  НЕ  РАЗЛИТЬ  ВОДОЙ…
                Что ты смотришь строгим взглядом,
                Или я в чём виноват?!
                Посиди со мною рядом,
                Поглядим на водопад.
                      Юрий Мельников

Чёрт-те что писали раньше:
«Сядь у моря, жди погоды –
Отчего ж не ждать?» Вражий
Голос рвёт погоны –
Я не вышел в генералы
От поэзии, ну что ж?
Но ведь были гонорары…
Пародистик вот – ничтож…




ПРИВЯЗАННОСТЬ  ПРИВЯЗЧИВАЯ
              Есть тайна притяжения
              Друг к другу,
              Какую никому
              Не разгадать.
                   Ю. Мельников

Вот глупый пародистик привязался:
Всё хочет знать, что я недоговорил…
Простой мужик я, я не обезьянка
Мечтающая о семье горилл.
Я честный пахарь – топором, пером ли,
Поэт – да нами пруд пруди.
За нас в генштабе расписали роли…
Мне даже мил бродяжка-пародист…


КОШМАРЫ  ВО  СНЕ  И  НАЯВУ
             Ты в сон мой
             Заходи хоть на минуту,
             Не сможешь если
             В дом прийти ко мне.
                   Ю. Мельников

Какая хрень во сне приснится:
Чей поцелуй? – но осеняет вдруг,
Что прожил без любви с синицей,
А журавлиха, как врачиха – друг…


Рецензии