На деревянных ногах

КОЛОСС

Там на его плечах
Птицы и облака
Месяц-крутые-рога
Пожарная каланча
Ангельская труба
Небо со всем добром
Ты напиши потом
Как дровосек-судьба
Бьет по ногам топором



ЭХ

Запряжешь, бывало, лошадь,
Через поле как махнешь!
Тройки. Песня. Друг хороший.
Не бывало, ну так что ж.



УЕЗДНЫЙ ГОРОД N.

Холодный ужин, рыба и ситро,
Соцреализм, большие перемены.
«Ну, возвращайтесь». – «Это непременно».
Уездные устроены хитро,
Не закрывают за спиною двери.
Лишь напиши «исправленному верить»
И поменяй названье городка.
Не узнаешь – не узнавай пока.
Прошел состав, за ним прошла эпоха.
А Хоботов пошел за стетоскопом.



СОВА

Проводил по стеклу коготок
Прилепившейся снежной совы:
«Ах, тепло ли вам в мире живых?..»
И к окну подходило пальто
И махало пустым рукавом.
И по-лисьи шипел воротник
В ледяные глаза за стеклом.
«Я привык, я привык, я привык…» –
Разговаривал трубами дом.
И мело за окном, и мело.
Нынче из лесу сов нанесло…



ЛУНАТИК

Ходит месяц, как лунатик,
По карнизу ночью ходит.
Точно спятил, не иначе –
Отчего он ночью ходит?

Ходит тихо на носках
И не свалится никак.
Я б свалилась, не иначе.
Вот свалюсь и точно спячу.



ГДЕ ЭТА УЛИЦА

Подержишь в руках и накроешь, как птицу, –
Она никуда не выходит под вечер.
Волшебные страны теряют страницы,
Болеют цингою, и прочим, и вечным.
Как люди, идут на мороз краснощекий
И мерзнут, слоняясь по граду и миру,
Пока не напьются на бывшей Якира
Грузинского чая с березовым соком.

Ах, где эта улица, дом и квартира…
Большая Медведица в небе высоком.



НЕМНОГО

Давай с последним снегом постоим,
Поговорим о чем-нибудь хорошем.
Пока летит по небу херувим.
Пока еще не хлопает в ладоши.

А если не похож на лазурит
И весь полет проходит вровень с крышей –
Что до того, в чьем теле слово дышит,
Когда на птичьем небо говорит.

Грачиный крик над улицей летит.
Гляди, летит! Бери немного выше.



ЗАНАВЕС

Тройной звонок, и действо началось.
А ты уже заглядывал с изнанки.
Сейчас пойдет дорога вкривь и вкось
И дураки, и дурости, и пьянки.

Да ты никак премьер не ожидал,
Насильно рекрутирован в актеры –
В одной столице пустовал родзал,
Один февраль втащил силком за ворот,
По встрече нелюбовно придушив.
Скажи, суфлер, однажды от души,
Кому дались все эти разговоры?

А впрочем, ничего не говори –
Черт знает, что за голос из-под ног.
Душа горит, как рукопись – горит.
Наверно, вылетает в потолок.

Хорош кричать, что в пыльном зале душно,
Наш режиссер не любит малодушных.
Не портьте день, возьмем аперитив.
И пусть идет, пусть учится идти.
Под грохот слов и в пустоши бесшумной
Цените жизнь, она благоразумна.

Со всех ролей списала маловерных.
Повесит табель галок и ворон –
Ну, выбирай. Не каркая без меры.
А ты хотел одну на миллион?
И к ней проклятый миллион вопросов –
На площадях не любят альбиносов.

Хоть бескорыстно сыплют пятаки –
И этим вот расплачиваться с нею?
Звенят, звенят святые простаки.
Ты тоже в профиль выглядишь умнее.

Но занавес дают без дураков.
Снимая с плеч изношенную шкуру,
Умремте гордыми, красиво и легко.
Да как-нибудь – пройдемте процедуру.



МОРСКАЯ ДУША
                                          «Вся она застынет, внемля плеск»


Когда проклятые туманы
Стирают лодки с горизонта
И строки пышного Бальмонта
На дно ложатся бездыханно,
Глядят в туман береговой
Глаза, уставшие от сини,
Катают камушек морской –
Зрачок, мерцающий в пустыне, –
И поле клевера за ними,
И омут с черною водой.

И чайки окрик горловой
Взлетит – и рвется тишиной.



НЕ ОНА

И стучит она, и просится
За борт выпрыгнуть спьяна.
Не княжна, переморочится.
Да хотя бы и княжна.
В речке уточка купается,
Попадает в эпизод.
А душа то врет, то кается,
То повеситься идет.



ПРОСТАЯ ПЕСНЯ

Простая песня у песков,
Простая у волны.
Бегут, не помня берегов,
И помнить не должны.

Встают из теми корабли
И вновь сойдут во тьму.
О если волны бы могли
По слову моему…

Растут бумажные цветы
На поле голубом.
И мир – из лодки и воды,
Но песня не о том.

За голым полем мнятся ей
Дворцы и миражи.
И поле, поле всех полей
Над пропастью во ржи.



ARS VIVENDI

Искусство жить, искусство умирать.
Пороешься – и нечего сказать,
За пазухой ни веры, ни таланта.
Стоишь в гусиной коже дилетанта,
В которой Богу оставляет мать,
И учишься прямые пропускать.


Рецензии
Да, занавес дают без дураков и процедуру проходить придётся )
Всё очень интересно, Наташа!
А пока будем тренироваться в искусстве жить ))

Михаил Калугин   20.04.2018 15:57     Заявить о нарушении
не победим, так поучаствуем)

Перстнева   21.04.2018 04:51   Заявить о нарушении
На это произведение написано 20 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.