Год литературы

Чтоб написанье «Библии» соорганизовать,
Под силу только Господу, мой атеист-приятель.
Частушки, анекдоты – из Одессы да с низова.
«Войну и мир» нам не напишет предприниматель.

На Платонова мода угасла совсем:
Замирает на время и гениев слава.
«Чтобы больше хороших – плохих убивать?»
Дай ребёнку ответ, революшен, шалава!

Кто роковые даты не пытался разгадать!
Про цифры оборотные, кто ему расскажет?
И Лермонтова ужаснул бы раскардаш:
И в мире, и в России, и на Кавказе.

Чёрт бы побрал приятелей-друзей
С которыми судьба столкнула лбами!
Мы к старости становимся трезвей…
Не поменяться с Лермонтом гробами…

Как Лермонтов нашёлся лишь один:
Еврей уральский Борька Рыжий.
Не левитировать с российских льдин:
Куда уж нам со страха грыжей?

Молитву эту всякий русский заучил:
«На смерть поэта» по гроб жизни помним.
И тех дат жизни роковой судеб зачин,
Как атомной взрыв бомбы!

Над участью Некрасовой и я всплакнул…
А вечная любовь досталась Грибоеду!
Любовь – жену художника… к окну…
И Натали не на пути к погибели поэту…

Рождественского  мне подарил стройбат
И в наше время он не очень староват:
Как  торбу писанную  -- «Сын Веры» сборник…
Давайте грохнем, чтобы кинул Роба ад!

За Вознесенского! Из ресторанского меню
Нет ничего! Историю я, господа, не обману:
Он нам такой экзотики, таких нам блюд настряпал!
Его, как брата, я в преисподней обниму.

За Евтушенко! Истинный! Неповторим! Кумир!
Вот кто любую ложь (как и свою!) клеймил!
Он из стихов своих воздвиг немыслимую пирамиду.
Хранят искру его стихов российские кремни.

Какая  прелесть Ахмадулина-поэт!
Её стихи: классический балет
И кружева, и музыка, и живопись словами,
Как женщины в постели гениальный бред.

Аксёнов Вась – асфальта соловей!
Щас наберу побольше в рот слюней:
Не верил Вась, что Шолохов нам «Тихий Дон» состряпал!
Не выпью за кумира! Дай огурец посолоней!

Ты «Апельсины из Марокко» не перечитывай, друган,
Поскольку время самый жуткий интриган.
Жив в памяти твоей кумир. Никем теперь он рамба-дзамба…
В какой башке не прописался, таракан?

Сплошной разор изданье наших книг:
В семье поэта неприличный крик!
Забудь о гонорарах, разнесчастный автор,
Раз не Дементьев ты – для валенок голик!

Давайте выпьем за цветаевых марин –
Их жизнь, как новогодний мандарин!
А мне скулу сворачивает вкус М.Ц. рябины:
Мы за неё, Господь, по гроб благодарим!

Она устроила себе словесный в интернете рай:
Она и Ева и Адам -- стихи на двух страницах.
Уютное, завидное бомбоубежище её нора.
С могилы начинается, поэт, твоя криница.

И чаша интернета – счастье через край.
Эх, победительные годы, где вы, где вы?
Тогда деликатес и кабачковая икра.
И страшненькие симпатявы девы.

Успех пота на половину в силе тыла.
В молитвах есть целительная сила.
Хорошие стихи, товарищи, подобие молитв.
Не всё, Геракл, твоим брандспойтом смыло!

Язык поэта всегда и друг и враг.
Толкают все тебя, поэт, в овраг.
При жизни лишь Дементьев коммунизьму хапнул,
А истинный, хоть званый, но варяг, варнак.

Крылатые слова – орлиный наш полёт.
А Пушкину причёсь не портит и помёт.
Мечтаю я из слов – подобье дельтоплана…
Фальшивый бриллиант неправильно поёт…

На 70% мы, друг мой, из воды,
На 30 – спирт! – скорей в меня войди!
В сей адской смеси в осадке золото стихами:
Словесный Чингисхан я Золотой Орды.

Никто в успех наш, Пётр, и никогда не верил,
Напрасно мы стучались лбами в двери.
Наш минимум ценой в судьбу, однако.
При нашей жизни Музы овдовели.

В тоске головка – тыквою через забор…
Дуб не грызёт наш умница бобёр…
Но Братской ГЭС макет и Евтушенко перестроил –
Что вы так нервно передёрнули затвор?!

Когда-то было интересно абсолютно всё.
Теперь хронически мне что-то не везёт,
Но я бы том второй не сжёг, будь я и трижды Гоголь!
Предчувствую:  нагрянет не товарищ ревизор.

Живи сто лет, наш дорогой друган,
На радость умным, на зависть дуракам!
Наиздавай и не один десяток книжек!
Ты самый молодой в округе старикан!

Надеяться на чудо – не великий грех!
Беззубому, друг, не разгрызть орех.
От счастья потный, фрайерок джек-потный.
Поэт на скупке лотерейных прогорел.

Пора приходит подводить итоги:
Стенания утробные исторгни!
Понты кидал на кухне ты перед в законе бабой –
Она единственная твой историк!

Сучок откроем, а селёдочку зарежем,
А тост единственный: живи, брат, сотню лет!
Кидай за шиворот: через одну, пореже…
Не к нам спешит, надеюсь я, скелет.

Куда не сунься сплошняком враньё.
На кладбищах хозяйничает вороньё.
И кудри некому, мой ангел, наклонять и плакать.
Конца, поэт, так возмутительно раньё!

«Я пью за то, что правды в жизни нет:
Всё ложь, в ней только звон монет.
Народа глас: всё крутится на рублю и на бую!
И лозунг не стареющий: лови момент!»

«Блужданий человечества замкнулся круг
И ближний твой волчара, а не друг!
Налей мне самогона по рубец, сучара,
Заткни мне пасть! Двинь кабачков икру!»

«Вот триста лет – три года без войны!
Мы, как и прежде, дикари и людоеды.
Поэт народный, в кружку пойла ливани:
За миротворцев! Какие надоеды!»

Что современное искусство? – выпендрон!
Снял «Одиссею» -- молоток, Андрон!
Таких явлений потрясений – раз-два обчёлся!
«Брат, а Динамо с рыбой и ведром?»

Искусство как руины атомной войны
И как бы в этом нет ничьей вины:
Обман всемирный, по Шилову, аукнется, худоки!
Как после ледника прекрасны валуны!

Индейский самолётик увеличили в 16 раз:
И получился «кукурузник» наш советский.
На даче мне – уютная кротовая нора,
Как Лихачёву – лагерь Соловецкий.

На нас стартует санкций западных ледник:
Период ледниковый – до скончанья века.
Сегодняшние беды перед будущим бледны.
Плохой пророк, мал прок от пишущего человека.

В Америке не зацепился наш худок…
За три болота только я ходок!
Давайте выпьем за грибы и на асфальте!
Не за заблудшего вдоль позвоночный холодок…

Конечно, я дурак, я долбанный дурак:
В карманах и в душе – свистящая дыра!
Хяхякает беззубая (почти) пасть полудурка –
Закрой её, стакан, стесняясь дурака!

Далековато откатились мы от Бога:
Живём мы в сытости, а на душе – убого!
А биоробот-атеист, производитель денег,
Без преисподни падший глубоко-глубоко!

Всю жизнь ломает выбор роковой:
Удача – в обороне круговой…
На закусь пусть монеток не хватает,
Есть способ древний – рукавом!

А я заметил: нас не учит жизнь,
Как в соре курица, друг, копошись!
И жизнь пройдёт в бессмысленных заботах…
И суеты сует нас не разденут грабежи…

Что сделать мог один сумеет и другой?
Неповторимость гения, кто повторит рукой?
Наладил кто поток картин под Ваню Гога?
Кто разродился пушкинской строкой?

Я вижу, друг, что мой стопарь налит.
А что ты скажешь про мадам Лилит?
Шалаву нам не нать – нать Евку-девку?
Чтоб в бабах разобраться маловат и литр!

30 лет искал на дне клад Фишер
И нашёл таки свой невероятный клад!
И я найду! Но редкостная фишка:
Не мне принять парад карат…

Семь тысяч на Земшаре языков:
Из русского не вырваться мне из оков –
Я им пленён, в прямом и в переносном смысле,
Мне с ним, как дачнику с набитым рюкзаком.

«Стихи о Ленине как-то лучше у меня,
Чем о Сталине» - рёк яро Смеляков
И кто-то настучал, скорее, не маньяк совсем –
Впитавший веру в коммунизм, наверно, с молоком.
«Постелите мне степь, занавесьте окна туманом…»
До мурашек по коже, я эти принял стихи!
Скольким, брат наш поэт, мозги дурманил:
Скольких стад мы были, козлы, пастухи.

А живописи русской нет за рубежом:
Всё распродали, что интересно было.
От нас лягушкин ждут прыжок,
Но мы уж не настолько быдло!

Крутой молодчик, тёзка мой Дюма:
Проекты гениальные довёл он до ума
И рядом имени забытого (рассамых-самых!) нет почему-то…
Так стал он гением, почти что задарма!

Как тяжело ты умирал, наш дорогой Маклай!
Всем, чем могла супруга-мученица помогла –
Недолгим было счастье… мучительное расставанье…
Он для Толстого чудотворец, миротворец Николай!

Чего нам обижаться? – разный интеллект!
Не станешь композитором под скрип телег…
Народы – разные и Богом избраны не предки наши…
На Достоевском держится наш авторитет.

Молите Бога, чтобы детям повезло!
Как море разливанное, мировое зло!
По рюмке чая за детей и за внучаток!
Я грехоотпущения навек козлом…

Конечно, у поэтов праздники свои,
Свои награды, вроде ордена Свиньи.
Наполним рюмочки и плеснём на камни!
Поэт по-своему и каждый знаменит…
Погиб так рано математик Галуа –
Конечно, дама для расправы повод!
Но гениальная не повторится голова!
В рай не протянешь телефонный провод!

Жены любовник Моцарта убил.
По пушкинскому рейтингу – Сальери.
Мы знаем гениев наперечёт убийц!
Вы от мартыновского поцелуя не сатанели?!
Он под дождём лежал и умирал:
Характер свой, наверно, проклиная…
Он гений был: один – на миллиард!
Не в них ли жизни суть коренная?

Зачем ты влез в политику, наш Евдокимов Мих?
Широкость русская, кого ты не губила?
Из миномёта ты не переплюнешь их,
Народный наш, любимый наш чудила!

Никто не бросился Есенина спасать…
Не всех Безруков воскресить успеет…
Жаль, клоны не умеют гениальное писать…
Споют ли ангелы всемирное успенье?


Рецензии
Стишок живой и яркий, а ваше настроение, судя по предыдущей рецензии, не животворное---реально идете на поводу родовой программки. А зря.Из нее выпрыгнуть---очень важное и нужное для души дело....

с уважением и пожеланием духовных прорывов

Ирина Коноваленко   02.10.2016 07:36     Заявить о нарушении
Спасибо за добрые слова. А что касаемо родовой программки - не сподобился и
никаких отметок провоцирующих на поползновения высшего порядка не обнаружил.
Всяческих Вам удач в жизни и творчестве! С уважением, Александр

Александр Тимошин   02.10.2016 20:55   Заявить о нарушении
На это произведение написано 5 рецензий, здесь отображается последняя, остальные - в полном списке.