Лучшее в библиотеке БМ. Обзор Ирины Васильевой

Дорогие друзья, пришло время подвести промежуточные итоги нашего эксперимента. Кто не в курсе, начало истории здесь: http://www.stihi.ru/2014/02/05/2473. Из первых поступлений в библиотеку клуба (до Марины Июльской включительно)Белый Мамонт выбрал несколько авторов, которым было предложено представить свои подборки на рассмотрение дорогой редакции. Пока не все откликнулись, но мы надежды не теряем )). А наша неподражаемая Ирина Васильева, как всегда, нашла несколько небанальных слов о каждом выбранном произведении. Дорогие авторы, традиционно огромное вам спасибо за стихи! Пожалуйста, не останавливайтесь, несите нам прекрасное, процесс непрерывен и протекает здесь: http://www.stihi.ru/2014/02/05/2473.

 Передаю микрофон Ирине,
 всегда ваша,
 Дийна

                                                                           
 Дорогие друзья!
 Мои обзоры перешли в новый формат, но законы, по которым живёт искусство, неизменны. Один из них гласит: прекрасное произведение не может висеть в воздухе само по себе, как мыльный пузырь, его обязательно держит за руку другое прекрасное произведение, которое выдули другие лёгкие. И так далее. Конец цепочки (если он вообще есть) теряется где-то в бездне времён. Задача читателя – увидеть сцепленные руки. Как стать читателем? Очень просто: научиться читать, а потом попробовать читать научиться.
 Однажды моя подруга пожаловалась, что её сын-третьеклассник почти ничего не запоминает из прочитанного. Ответит на уроке литературы положенное и забудет на следующий день. В дневнике, конечно же, пятёрки, но какой в них прок? «Памяти совсем нет!» - сетует мама. У десятилетнего-то здорового мальчика?
 Когда я говорю детям о том, что битва Тесея с Минотавром, Никиты Кожемяки со Змеем, Воробья с Тараканищем и супергероя с космическими пришельцами – это одна история, только рассказанная по-разному, их удивлению нет предела. Они-то искренне верили в то, что Минотавр безвозвратно погиб где-то у себя на Крите в глубокой древности, что-то такое проходили, а зачем – непонятно. И вдруг оказывается, что Минотавр жил, жив и, скорее всего, будет жить. Потому что мы сами каждый день боремся с чудовищем – ленью, ложью, трусостью, а победить окончательно никак не можем.
 Когда я задаю детям вопрос: что общего у Одиссея, Дон Кихота, Нильса, хоббита, Буратино и Маленького Принца, они теряются. И когда узнают, что все перечисленные персонажи странники, широко открывают глаза. И с увлечением начинают собирать мозаики из когда-то прочитанного, но беспомощно повисшего в вакууме.
 Дерево не может расти без корней. Поэтому, всматриваясь в незнакомое художественное произведение, я всегда стараюсь понять, откуда оно. Из какой семьи? Кем были его предки? С нами уже всё было. Осталось только вспомнить об этом.

 Рождественское радостное
 Марина Июльская
http://www.stihi.ru/2014/01/07/9255

 Я думаю, что Рождество в нашей стране было долгие годы под запретом не только из-за антирелигиозной пропаганды, а ещё и потому, что праздник уж очень домашний, и большинству граждан просто-напросто негде было его встречать. Не в коммуналке же, не на отдельной кухне площадью пять квадратных метров. Дом подменился жильём, хозяин дома – квартиросъёмщиком. Громко стало, а чудо приходит в тишине.
 Стихотворение показалось мне похожим на старинную рождественскую открытку, ключевое слово – «человечки». Одновременно таинственные нездешние существа и маленькие дети, которые в чудо верят безусловно и отчётливо видят ангелов. Ощущение теплоты усиливают атрибуты тихого и мягкого домашнего детства: льющееся из кувшина тёплое молоко (не противно-пеночное детсадовское питьё, а что-то целебное, согретое мудрой любящей бабушкой), именинный торт, испечённый мамой по случаю семейного торжества. Отчего же взрослые люди так часто страдают зябкостью души и не могут дышать всем сердцем? Тоскуют по чуду, тоскуют по дому – прочному, настоящему, переходящему от поколения к поколению, его так просто не выставишь на продажу. И праздник в том доме – не назначенный государством выходной, а что-то совсем незамысловатое и вечное: огонь в печке, ватрушка на столе, книга, развёрнутая на середине, сказка перед сном и кошка в ногах. И чувство полной безопасности. То, чего не хватает. Потому что мы вечно на сквозняке, мы так привыкли, мы нормально живём.


 Выдержанное
 Веро Франко
http://www.stihi.ru/2013/02/02/10071

 Самые лучшие учителя – те, кто причинил нам больше всего боли. Только на первый взгляд горькая любовь опустошает и выжигает душу, да так, что даже ватное одеяло мыслей не согреет. На самом же деле – низкий поклон всем обидчикам, предателям, вероломным и эгоистичным! Спасибо за то, что заманили на Поле Чудес в Стране Дураков, обманули, ограбили, пригрозили плёткой в семь хвостов и тем самым поспособствовали скорейшему превращению деревянной куклы в человека. Без них, чего доброго, так никогда и не удалось бы отыскать золотой ключ от заветной двери, за которой, среди таинственных теней, причудливых отражений, безмолвных и сладких чаепитий, лёгких и безумных танцев прячется Настоящее Я. Сначала нам может быть неуютно в собственном теле и собственной душе, темновато и страшновато, потому что уже привыкли опираться на мнимого слепого и мнимую хромую. В самом деле, что такое Я? Оно ещё даже азбуки не знает, ему на ужин и горькая луковица в радость. И вдруг – золотой ключ, просто так, бери и владей. Но пока собственным носом не проткнёшь дырявый холст, тайна не откроется.


 воскресенье
 Татьяна Кадесникова
http://www.stihi.ru/2014/03/04/10568


 Сегодня как раз то самое воскресенье, когда звонят колокола. И я гляжу на него в окно как зритель. Как и все люди. Но видят все разное, и время для всех течёт по-разному.
 В рассказе Татьяны Сапрыкиной «Безбожник» престарелый одинокий библиотечный служитель Стёпушка решил самостоятельно испечь пасхальный кулич, а получилась женщина. Красивая, желанная, самая лучшая для неприкаянного сердца. Румяная да пышная. Но едва успев начаться, сказка закончилась, ибо Стёпушка понял, что ни за что не решится съесть хотя бы крошечный кусочек своего создания. А боги, видимо, Стёпушку не услышали и не захотели оживить подругу и утешительницу. Поэтому когда настало праздничное утро, завернул он свой кулинарный шедевр в газету, пошёл в парк и скормил сдобную красавицу голубям. Птицы радостно клевали, а Стёпушка горько завидовал им. Так и в жизни: тот, кто не способен есть других, обречён на вечное одиночество. Самых роскошных клюют. А любовь болит.


 Обыкновенные истории
 Трис Мегист
http://www.stihi.ru/2013/10/27/6391

 Календарь чувств. Человек – это круговорот любви в природе. Образ, «порхающий» сквозь весь цикл – бабочка. Трансформация и бессмертие: жизнь (яркая гусеница) – смерть (тёмная куколка) – возрождение (свободный полёт души). Время мифологическое. Сюжет вечный. Его варианты – в каждом из нас.
 А вот маяки, которые я расставила, двигаясь от стихотворения к стихотворению:
 1. Две линии жизни, в какой же из них
 Ты ждёшь меня с чашечкой латте?...

 2. Озябший чай, скользнёт рука
 Искать тепло в чужом кармане,
 Приют последнего цветка
 Быть может здесь, в оконной раме…

 3. Не отпускай же ни на миг,
 Мне шаг – обрыв, что болью целен,
 Мир как всегда равновелик
 Той бренной точке на прицеле,

 4. А ночью комната, казалось,
 К луне, как бабочка, прижалась…

 5. Несвоевременная птица
 Творит безропотно добро…

 6. Лист потерян навсегда,
 Пью из бабочки стеклянной, -
 Так горька её вода.

 7. Три века - ночь, три неба у зимы…

 8. Я заклинаю веточкой шафрана
 Разбитые магические руны,
 Чтоб билось сердце, чтоб впитало тело
 Наивностей коротенькие нити…

 9. И ты, прижавшись к тонкому стеклу,
 Становишься и сам во тьме прозрачным…

 10. От ворона до ласточки проворной
 Ты все дороги знаешь наизусть.

 11. Ладонь и лист. На мокрой сцене
 Не притяжение земли.
 Двух петербуржских улиц тени
 Меня в судьбу свою вплели.

 Так замыкается круг. Главное свойство календаря – не отмерять время, а возрождать его.


 Страх De Jour
 Галина Иззьер
http://www.stihi.ru/2012/12/15/9993


 Нет в этом мире ничего таинственнее и причудливее детских страхов, некоторые из них очень живучи. Скажем, взрослому человеку не подобает бояться эскалатора. А я боюсь. Вдруг ногу затянет? Поэтому всякий раз внутренне напрягаюсь перед тем, как с него сойти. Моя подруга до сих пор опасается общественных уборных, даже в Оперном театре. Вдруг, говорит, открою дверь, а там труп? Думаю, свой собственный, индивидуальный страх есть у каждого. Он становится чем-то вроде визитной карточки. Он не исчезнет, если о нём поговорить, нарисовать, проиграть. У страха есть другая, странно привлекательная сторона. Многим сказочным героям было велено: не открывай, не лезь, не развязывай, плохо будет. Послушались? Да мы сами большую часть жизни только и делаем, что нарушаем запреты. Хоть одним глазком посмотреть. Создатели жутких фильмов и компьютерных игр прекрасно об этом знают. Человек должен бить человека, насиловать человека, пугать человека, стрелять в человека. Сказано: «Нельзя!», а он делает. Вечно востребованные темы. Лучше бы люди дружно боялись наступать на трещины на асфальте.

 Благодарю за внимание.
 Ваша,
 Ирина Васильева http://stihi.ru/avtor/irisav


Рецензии