День упал в раны блёклой зари,
Мертвечиной пахнуло с болота.
И «ату» дохрипели псари,
Возвращаясь с пьянящей охоты.
Но завыл непутёвый кобель,
На стволы дыбя рыжую холку.
Пьяный псарь в эту грозную цель
Разрядил, улыбаясь, двустволку.
Лес укутался чёрным плащом,
Горизонт сдвинул красные брови.
А псарям захотелось ещё
Ощутить запах чьей-нибудь крови.
Полыхнули костры у реки.
И когда была водка допита,
В ночь стреляли не целясь – с руки,
Гордо вторя: «Убита! Убита!»
Ночь в кровавых подтёках зари
Умирала у злого болота,
Сладко спали лихие псари,
Всем им снилась охота, охота.
Москва, 19 февраля 1995 г.