Вечная память тебе, мой генерал!

Ал-Су
Был май месяц тысяча девятьсот семьдесят второго года. В ту пору я заканчивала выпускной десятый класс и проживала в посёлке Нор-Ачин,  который находился совсем рядом с санаторием Арзни, славящийся по сей день своей изумительной минеральной водой и райской природой.  А Нор-Ачин славился заводом   "Кристалл", отправляющий за  "кордон"   бриллианты и рубины.
 
До столицы Армении — Еревана было  чуть более ста километров. Мне необходимо было там, в книжном магазине, купить некоторые принадлежности для подготовки к экзаменам,  да и пройтись по Высшим учреждениям для выбора специальности и ознакомления с условиями  предстоящих вступительных экзаменов. Мне повезло,-  выполнила всё то, что наметила, и успевала на последний автобус до Нор — Ачин, который ожидался через пару часов.
 
Присела отдохнуть на скамью в прекрасном скверике, находящемуся недалеко от автовокзала. Очень хотелось есть, но деньги были только на билет. Как назло, опьянял запах шашлыков, идущий из ресторана. Уходить из скверика не осмелилась из-за его райской красоты.Кругом, куда не кинешь взгляд, цвели деревья и цветы, звучала  шикарная оркестровка из ресторана и красовались фонтаны и фонтанчики с питьевой водой. Помню, что первое своё стихотворение я написала там. Увы, не могу вспомнить его. Помню лишь две — три строчки :
 
… Течёт из скал ручей,
   И от улыбки солнечной
   Журчит он веселей.
 
      Конец весны, а жарко было, как летом.
Ко мне на скамью присела довольно приятная женщина средних лет. Мы разговорились. У бедняжки супруг любил играть в карты, отчего в семье не хватало денег на содержание детей. Он требовал отдать их его родителям, продать дом в столице и купить на периферии, в каком-нибудь селе, или посёлке. Я предложила ей Нор-Ачин. Женщина очень-таки заинтересовалась и заявила о желании приехать туда для разрешения своих дел, связанных с работой и жильём.
 
    Через некоторое время к нам подошли двое статных парней. Один был в элегантном костюме с галстуком — Слава, как он представился, а другой — стройный красавец  Арсен, был в лётной форме.
— Простите, ради Бога! Мы хотим сходить в ресторан, но без красивого пола будет не  солидно и не  интересно. Разрешите пригласить вас пойти с нами? Были бы очень признательны.
 Я   отказалась сразу, так как через час надо быть на автовокзале, да и денег нет для ресторана.
  — О, Вы нас обижаете! За всё платим мы, девочки.
— А я что, я согласна.- Сказала моя собеседница Валя, подав руку Славе, а мою руку взял Арсен.
  Я стала смущаться и отказываться, находя сто причин не пойти, а главной причиной было то, что я была очень скромно одета и… обута в ботинки, требующие ремонта. Арсен это заметил, но чуть ли не силком довёл меня до дверей ресторана. Валя со Славой уже сидели за столиком у окна и разглядывали меню.
 
    Единогласно были выбраны: шашлык,  армянский коньяк,  шоколадки, фрукты и зелень с лавашом.
— А знаешь, я где-то тебя ранее видел.- Сказал мне Арсен.
    За разговором выяснилось, что в детстве мы с ним действительно были знакомы. А было это лет семь назад,  когда  моей семье приходилось проживать в Ереване на частных квартирах. Я тогда считала его  " обезбашенным" мальчишкой, сердцеедом и наглецом.
 
    Я впервые пробовала алкоголь. "Ударило"  в ноги, и пришлось от него отказаться. Никто не принуждал. Мне принесли лимонад и сок.
Нам в ресторане было очень весело и уютно,  мы пели и танцевали,  по-свойски общались и ели чудесный шашлык. Но мне уже стоило бежать к автобусу.
— Не спеши, Сусанна. Мы отвезём тебя на такси.- Успокаивал меня  Арсен.
— Ну что ты? Это почти в ста километрах от Еревана !- Ответила я.
— Тогда поедем на моей машине. — Вмешался в разговор Слава.
 
    Пришлось согласиться. С нами поехала и Валя. Ей наш посёлок очень понравился, и она уже строила планы на будущее.
Арсен отвёл меня в сторону для разговора.
— Давай на полчасика отпросимся у ребят? Мне это необходимо !
— Ну, давай.
 
    Естественно, что ребята нас отпустили. Им очень хотелось побыть вдвоём.
Я считала, что у Арсена корыстные цели, а потому держала дисстанцию, а он повёл меня в обувной магазин и выбрал великолепную обувь к лету.
Выйдя из магазина, он остановил меня, помолчал немного, а затем сказал :
— Сусанночка, ты мне запала в душу, и я не хочу тебя терять. Если ты не против, я приеду за тобой через десять дней, чтобы отвезти к своим родителям для знакомства. А завтра я лечу в Чехословакию.
— Но, Арсен, мы знаем друг-друга всего несколько часов… В детстве мы, конечно же, другими были,  а потому не считываю это знакомством и, тем более — дружбой.
— Я не ошибаюсь никогда. Я доверяю своей любви. Покажи, где ты живёшь.
— Почти рядом. Вон тот, что через дом. Это — общежитие. Моей маме выдали здесь от завода комнату, но ей необходимо было с братишками уехать в Россию, где мы раньше жили. Я не могла ехать с ними, ведь на носу выпускные экзамены, да и не хочется пока никуда уезжать.
 Мы дошли до наших ребят, распрощались, и они уехали, но перед тем Арсен поцеловал меня в щёчку и просил ждать его.
 
    Прошло не десять дней, а всего пять, когда меня позвали к выходу из школы.
На улице стояла машина Славы. В ней сидели люди. Что-то неладное почуяло моё сердце и часто заколотилось, защемило. Пока я доходила до них, все вышли из машины. Это были Слава и родители Арсена. На рукавах мужчин были чёрные ленточки, а  на костюмах- фото Арсена. Мать его — в траурной одежде с распухшими глазами. У меня подкосились ноги,  потемнело в глазах и… я упала без сознания, поняв, что Арсен ПОГИБ !!!
 
      В школе мне оказали помощь и, когда я пришла в себя, мама Арсена плакала и обнимала меня :
— Напугала ты меня, доченька. Вторую смерть я бы не перенесла. Мы приехали за тобой, чтобы вместе похоронить  моего сыночка. Он полюбил тебя, просил благословить на брак с тобой по прилёту из Чехии, но погиб, не достиг счастья с тобой. Арсенчик был нашим единственным сыном, нашей гордостью. Его желание было для нас законом, ведь он всегда был прав и честен. Предал нас наш капитан, ушёл навсегда.
     И я, как могла, успокаивала несчастных людей.
На похороны я поехала, и даже два месяца жила у них. На экзамены меня возил Слава.
    Что интересно и загадочно, так это то, что подошла я к гробу Героя вместе с его мамой,  а закрытые веки покойного трижды моргнули. Мать, обняв холодное тело сына,  зарыдала горючими слезами, голосила раненой душой, а я сама не могла унять свои слёзы, плача навзрыд.
    Поняла, что ценная потеря — это и моя беда, моё горе. Таких ребят не любить было нельзя !
 
    На  могилу  Арсена  все аккуратно укладывали венки, розы, гвоздики, а я положила  под портретом букет  жёлтых,  пышных мимоз и сиреневой сирени, зная, что он их любил… как и я.
 
    Прогремели выстрелы в честь нашего Героя, отдавшего   свою  молодую  жизнь  ради  спасения чешских людей — сто семнадцать человек !
 
    Вечная  о тебе память, мой   " Генерал "!    Низкий тебе поклон !!!


Арсен не выходит из моей памяти, хотя прошло столько лет !
Я так и не стала счастливой после него. Судьба - злодейка !
Одно утешает : погиб с любовью в душе, не отвергнутый, любимый всеми.