Смотрящему в лес

Чёрный Георг Трудно Быть Богом
Родина...
Как мало сердцу надо,
чтоб подпрыгнуть. Краткое словцо –
и уже летят за плоскость взгляда:
улица, знакомое лицо...
Стой, царевич, для чего всё это?
С кем тут жить? И с чем тут воевать?
Глобус – тоже чья-нибудь планета,
проститутка – тоже чья-то мать.

Сердцу мило, – да, но в то же время
невозможно встрять, не растеряв
общечеловеческое – с теми,
кто присвоил кодекс правд и прав.
Вот и мой тамбовский брат не хочет
жрать объедки с рабского стола:
сытость не смогла ни дух упрочить,
ни найти себя не помогла.

Постигай пути Гипербореи,
где блажат, торопятся и пьют;
год за три живут, за пять – стареют,
отпевая молодость свою...
Видишь, как всегда, в сухом остатке
уши от убитого осла.
Если воля – значит, беспорядки;
если корни – значит, корни зла.

Грязевые росчерки проталин
на сыром, подтаявшем снегу...
Отпускай назад меня, хозяин, –
я тебе ничем не помогу.
Здесь сады цветут не только в мае,
и не только в августе жнивьё...
Родину приезжие не знают.

Вы
             ещё
                узнаете
                её.