______________________________Я умер, как память, - тихо, спокойно,
______________________________Никого не простивший и никем не прощённый...
______________________________...И теперь я понимаю, как тупо и глупо
______________________________Чистить по утрам ботинки и зубы,
______________________________Стричь ногти и волосы...
Спиться, начать ли курить? Всё одно, всё не ново
И не откроет заслонку в январской печи.
Каждый мой довод легко вырождается в повод
Мучить себя и увечить, калечить. Лечить,
Миловать – даже казнить! – не получится, братцы.
Мир – больше Зона. И в этих артритных руках
Стали дела – прогорать, зажигалки – взрываться.
Нечем мне крыть. Разве матом. Куда? В пух и прах,
Раз уже в дамки не вышло прийти с господами.
Ад – это ноль ангелочков на пике иглы,
Сломанной толстым верблюдом. Мы снова не станем
Едким словцом приторговывать из-под полы,
Снова не станем собою, уйдя по колено
В море Хвалынское, в небе по локоть застряв.
Снова не выйдем Венерами из пивной пены,
Не заласкаем на выдохе буквы I love.
Просто навеки не станем. Исчезнем. Не будем.
В анабиозе проводим проклятый январь,
Что, как в порнухе, нас вертит на пламенном уде,
Сверху ведомый Его повелением «Жарь!»