ТОБА

Опера №1


I am
Не дружу я с именами:
Как зовут меня – забыл;
Не справляюсь с временами:
То ли "буду", то ли "был".
Вседозволенность такая
Мне всегда сходила с рук:
Я живу легко порхая;
Сам Господь – мой лучший друг.

Sometimes
Моё имя – пароль и гостайна,
Моё время – всегда и сейчас.
Моим предком была обезьяна,
А теперь я живу среди вас.
Иногда я похож на полундру,
Иногда – на собачьи бега,
Иногда – на замёрзшую тундру,
Иногда – на поля и луга.
Иногда я картофельный мальчик,
Иногда – земляничный царь,
Который переворачивает
Династический календарь.

Чист, пуст и светел
Я чист, как стекло немытое;
Я пуст, как изба набитая;
Я светел, как пыль на свету,
Как масленица коту.

Учитель
Писать меня учил Басё –
Он говорил: "Должна быть мера".
Слегка не рассчитав размера,
Я отвечал: "Н@рать на всё".

За словом
Я за словом в карман не лезу.
Каждый стих у меня – подзатыльник.
Мои строки сродни стеклорезу,
Но всегда при себе напильник.

Выдумки
Все эти псевдоинтеллектуалы
Не знают совсем ничего или знают ничтожно мало.
Они обсуждают интриги последней главы –
Меня же нисколько не трогают выдумки чьей-либо головы.

Реалии
Я вывожу из русского языка почти все прилагательные –
Довольно уже этих игр под чёрными мантиями!
Закончу – возьмусь за наклонения сослагательные:
Пора исходить из того, что называют реалиями.

Мои слова
Пока на позитиве,
Я всё вам расскажу:
Язык конспиративный –
Его я развяжу,
Подброшу вверх монетку
(Какой губой начать),
Взойду на табуретку –
И буду я вещать.
Потом одна особа
Примчится на метле
(Мои слова удобо-
Варимые в котле) –
И всё, что говорилось,
И всё, что было мной,
Внезапно растворилось
И стало тишиной…

Ничего не
В моей голове стоит тишина –
Я ничего не напишу в этот вечер;
Всё в темноте – но зачем луна
Светом своим зажигает свечи?..

Выстрел
Полночным выстрелом во тьму
Я расписался поневоле –
Вот новый стих – и по нему
Насыпал сахара и соли.

Imagination
Белая ночь как листок бумаги –
Я не схожу с ума в одиночку.
В этом невидимом полумраке
Ночь превратилась в ночку…
Утро синицей летит в кормушку –
Лучше она журавля пустого.
Я положил ей туда ватрушку –
И наблюдаю в оба…
В мыслях, конечно же, я на даче –
Да, и когда же я всё успею?..
Я не играю на сёкухачи –
Видимо, не умею.

Интересно, делал ли кто это раньше?
Жидкость из глаз так и хлещет,
Губы искусаны в кровь –
Должно быть, ты слушал экспериментальные вещи,
А может быть, это любовь.
Слов к языку не привяжешь,
Как бы того ни хотел.
Форточки в доме раскрыты настежь –
Вон воробей полетел!

Мой путь
Пусть мой путь недалёк – я не правду ищу,
Мне и сна лживого не надобно –
Я слова, чуть взошедшие, сразу тащу
И влюбляюсь с коровьей отрадою.
Гонит сердце пастух, и в безглазую высь
Я карабкаюсь, падая на голову.
Бог с кнутом оголённым орёт: "Нагнись!" –
И страшит меня смертью адовой.

Пассажиропоток
Господи, сколько ещё осталось? –
Мне почти двадцать два –
И вроде бы только ещё показалась
Из шеи моей голова –
А видишь, меня уже записали
В один пассажиропоток
С теми, кто плыл под семью парусами,
Держа в рукаве платок.

Black dog
Жаль, что я забыл, как плакать;
Жаль, что нет куда идти, –
Видишь, чёрная собака
Перегрызла все пути.
В голове зима да вьюга,
На душе покой и сон.
Слышишь, эта злая сука
Воет вьюге в унисон…

Печаль
Снова ко мне стучится печаль –
Нужно идти открывать;
В комнате холодно, стынет чай,
И я не хочу вставать.
Может, она постучит и уйдёт? –
Нет! Нельзя уйти!
Невозможно! – Она ревёт
И просится в дом войти.
Я не поверил бы в то, что есть,
Есть на земле беда, –
Тогда оставил бы Богу крест
И Бога – и навсегда.

Минута
Минута не даёт покоя!
Когда на мне поставят крест,
Она пойдёт опять за мною
И до земли, и до небес.
Минута! Может, нежеманно
Ты мне дорогу преградишь?! –
Приму как долг, приму желанно! –
Тебя уже не возвратишь…

Альтернатива
Болото – тина и камыш,
Кусочек неба под водою –
К нему бреду. Над головою
Сочится луч с небесных крыш.
Между ветвей
Запутываясь,
В камень
Ударяясь,
Плутает он –
Но на мгновенье
Слепки крон
Его теряют –
Скоро он
Прожжёт их,
Растворит –
Я знаю
Его характер.
Изнутри меня растягивает порознь:
И вот – в болото иль к лучу? –
Я над собою хохочу
И утыкаюсь в моховую поросль…

Ашдваос
Я иду по улице
Русской Революции.
Солнышко старается,
Люди улыбаются.
Посмотри, кругом одно
Счастие разбросано.
Видишь, лучики весны
В сердце снежной белизны
Проникают, и тогда
Образуется вода.
Кажется, любой дурак
Объяснит здесь что да как –
Я же умным притворюсь
И в водичке растворюсь;
Хочешь – пей, пока она
Не дошла до неба дна.
Я последний H20’с,
По религии – даос;
Не позволит мне она
Опускаться ниже дна.

Не спеша
Так забавно идти в День Победы по тонкому льду!
Интересно лежать на снегу в предрождественский вечер.
Мне сегодня всего двадцать пять, а я еле иду –
Может быть, потому, что мой путь всё равно бесконечен.
Я лежу не спеша, созерцая движенье светил;
И я знаю, что это движенье – гипотеза древних.
Я ползу не спеша, но я столько всего посетил! –
И вся карта Европы видна у меня на коленях.

Трачу своё время
Несколько дождливых дней,
Чтобы книгу прочитать,
Чтобы сделаться умней,
Чтобы время скоротать.

Полемизирую
Поражение центральной нервной системы,
Дождь из необхватного облака –
Полемизирую молча на темы
Причины возникшего всполоха
И одновременной темноты,
Будто бы одномерной…
Всё улеглось – так ложись и ты,
Вечный певец Вселенной…

***
Вечер. Насморк. Быстрее спать.
Ясность горячего душа.
И вот я плюхаюсь на кровать,
Закрывшись от всех подушкой.
Часы не слышно – и всё равно,
Будет или не будет
Время, ушедшее спать давно,
Снова пришедшим к людям.

Ночь
Ночь – это счастье быть одному,
Успокоение связок,
Время, когда на вопрос "к чему?"
Сон наступает сразу.

Праздник
Праздник! А так – обычный день:
По-прежнему ветер, штиль,
Всё так же мне сделать что-либо лень,
А ночью я жгу фитиль;
И завтра опять мне не с той ноги
С кровати своей вставать…
Вот светит луна, но в душе ни зги
Возможности нет познать.
Конечно, рассвет не идёт на зуб –
Естественно, правит ночь;
И бесы в моём завелись глазу,
И я не гоню их прочь.
Но, ежели тело моё во сне,
Душе не угодно спать! –
Желанья её не подвластны мне –
И формой лечу в кровать…
Праздник! А так – бездушный хлам
Плавает в простыне –
Но грех рассуждать о сокрытом нам,
Тем более – жить во сне.

Дебри сна
Смолкла песня рассветного солнца,
Но по-прежнему в доме темно.
Моя бодрость никак не проснётся,
Моя лень поборола давно.
Красота – потолок и стены!
Дверь расходится в утренний зёв.
Моя кровь подчиняется лени,
Наплевав на сердечный зов.
Не кукует в часах кукушка,
Хитроумно сопя в окне.
Мою душу берёт подушка,
Но о том неизвестно мне.
Ну и сплю! Ну и что такого?!
Что вы скажете мне в ответ?! –
Мне не нужно ни вашего слова,
Ни руки, чтоб включила свет…

Облака
Ходят, ходят облака
К берегу пустынь
И смеются свысока,
Теша неба синь.
Я один на них смотрю –
Так же я пустын;
Я один себе пою,
Чей теперь я сын.

Кусочек детства
Мне бы летнего неба да кружку воды,
Кусочек детства, с чаем халвы,
Кружок от камешка по озерцу
И каплю дождика по лицу…

Хочется
Хочется мне хот-дога
И опции как у Бога:
Чтобы махнул рукой –
И мир уже не такой.
Хочется мне отправиться
Плавать на корабле,
Огненную красавицу
И радугу на земле.

Место и время
Мне бы в Волжскую Булгарию уехать,
Поселиться там на станции метро –
Временной метраж мне не помеха:
У меня волшебное сверло.
Я сверлю им Землю где придётся
И часы настенные сверлю –
Может быть, когда-нибудь найдётся
Место, где я время полюблю…

К небу
Да, я не смог дотянуться до звёзд,
Ни под одной из них я не родился –
Просто я голову к небу вознёс
И атмосферы напился…

Памятник
Без улыбки глядит на меня,
Голова почернела вовсе –
Осенённый мерцаньем огня,
Как и мы, предчувствует осень.
Безысходность во впалых глазах.
Рядом пахнут завядшие розы.
Кто-то новый пройдёт в шагах
И цветок к подножию бросит…
Цок! – Присел на разбитый камень век –
Давит памятью давний грех.
Я стою, а упавший памятник
Изрыгает холодный смех.
– Хватит! Хватит! Оставь! Отпусти меня!
Он встаёт, насмеявшись всласть.
Рядом осень горит – и напротив огня
Я сажусь, чтобы вдруг не упасть…
Он опять без эмоций – глыба льда! –
Матерюсь, уходя на год;
Но куда я пойду от него, куда? –
Только он меня вечно ждёт.
Развернулся уже – впереди горизонт,
Наверху дождь собирается…
Рядом осень дряхлая смерти ждёт
И, упав на колени, кается.

Одно из двух
Я не хочу грустить в тиши,
Когда одолевает скука,
Когда протягивает руку
Частица мерзкая души;
Я не хочу себя терзать,
Моля заранее сновидца
О том, что не должны водицу
Глаза на щёки проливать.
Я, может, сам вина расклада,
Я сам виновник торжества –
Но кто, лишённый колдовства,
Ужимок, маски и наряда,
Мне растолкует на ночь сон,
Тряся главой своей спесивой,
Кромсая ум альтернативой, –
Одно из двух: иль я влюблён,
Иль жертва не имевших сердца
Тех, кто шагает на восток
Затем, чтобы найти росток
Сверлящего желудок перца?

Без пожара
Озорнее огонь распаляет страсть,
И на лбу появляются капли жара –
Я бросаю стихи в эту чёртову пасть
Без гарантии "без пожара".

У неба на краю
Это последнее – точно:
Время сжигает печь;
Сон, растворённый ночью,
Гасит остатки свеч.
Пусть на земле потёмки,
Пусть в небесах река –
Видишь, у неба кромки
Льются дождём века…

***
Практически ночь уже,
Но снег всё равно видно –
И то, что я на шестом этаже,
Не очень-то и обидно.

ЯССР
То, что не высказано доселе,
Взято руками огня.
Каждому вечером в личном деле
Ставят печать окончанья дня.
Поэтому, может быть, в этот вечер
Мне безысходно так,
Но ночь садится ко мне на плечи,
Крича в темноту "антракт!"
Но я не слушаю объявлений –
Я сам себе режиссёр:
Вчера я жил в тиши сновидений,
Сегодня я – бузотёр.
Сейчас я полон идей искусства,
В моей голове жара –
Но скоро сгорит всё и станет пусто,
Поэтому мне пора.
Я помолюсь о том, чтоб ночью
Было куда прилечь, –
Я на коленях – и, будто нарочно,
Кто-то слезает с плеч…

В отрыв
Там, где осыпалось золото почек,
На берегу уходящего лета,
В небо с земли запускаю листочек,
Пренебрегая страницей газеты.
Ветер затих, и, кивая предплечьем,
Мой самолёт, перевязанный лентой,
Нежно парит над туманным заречьем,
В жизнь воплощая закон о патентах.
Я замираю, боясь ошибиться
В мерах восторга. Под высохшим нёбом
Белый язык начинает возиться –
Сходство заметив с движеньем амёбы,
Я пародирую собственный разум;
В страхе проснуться, решаю проблемы.
Если б вы знали, насколько заразно
Брать за основу простые дилеммы!..

Чёрно-белая весна
Хлопнула утром балконная дверь,
Вызвав падение иммунитета.
Головы прошлого рву с петель –
С них не возьмёшь ответа.
Я не хотел умереть в дыму
Или исчезнуть во тьме галерейной.
Снова ночь – я иду во тьму,
Перешагнув за порог питейной.
Я не живу по правилам сна:
Если будильник, пора ложиться –
Может, как раз сегодня весна
Чёрно-белая мне приснится…

***
Головокружится. Тень. Перчатки.
Было смешно, а теперь в тиши
Видишь – в воздухе отпечатки –
Путь одинокой моей души.

У камина
На перекрёстке, у камина,
Сидят два странных гражданина:
Один бросает в пасть огня
Всё то, что было у меня;
Другой, махая кочергою,
Пытается спасти ценою
Двух обожжённых рук своих
Всё то, что поместится в них, –
И мне не занимать упорства:
Я сам – участник мародёрства…

Фонарь
Всё! Теперь я могу умереть:
Всё, что могло, свершилось.
Я согрешил примерно на треть –
Столько же мне простилось.
Я не хочу делать новый шаг –
Я ухожу со сцены.
В траур по мне приспустите флаг
Да поумерьте цены.
…осень сгорает сухим сентябрём;
Ветер ещё сильнее…
Если на небо светить фонарём,
Не станет оно светлее.

Что-нибудь злободневное
Я боюсь взяться за карандаш –
Напишу что-нибудь злободневное!
Мои мысли лезут на абордаж,
А слова позабыты верные.
Я бодаюсь с рифмою в темноте,
Выпивая время до донышка,
И всё жду, когда на моём листе
Заиграет лучами солнышко…

Вместо солнца
Иногда ничего не нужно,
Кроме двух или трёх слов.
Может, я постарел, простужен;
Может быть, по-старому нов.
Всё, что кончилось, не начнётся;
Всё неначатое сбылось.
Что-то светлое, вместо солнца,
Над распятием поднялось…

Правота
То ли люди другими стали,
То ли я по-другому вижу:
Раньше были они из стали,
А теперь превратились в жижу.
Мне казалось, что я был правым, –
Или это мне лишь казалось?
Оттого превратился в лаву –
А людей почти не осталось…

3-4
Что-то меня разнесло
За три-ли-четыре месяца:
Раньше в отсутствие слов
Я верил – теперь не верится.
Я не давал обет,
Не принимал аскезу,
Не отвергал обед
И не бродил по лесу;
Не дожидался зим,
Чтобы забыть о крове, –
Просто я был другим
И не нуждался в слове.

Спокойный взгляд
Мне надоело нести ерунду
О том, что повсюду плохо,
Пояснять, что я имею в виду,
И разыгрывать скомороха.
В конце концов – это наверняка –
Мне за всё ответить придётся,
И то, что писала моя рука,
Обратно ко мне вернётся.
Хватит, родная! Не мельтеши!
Брось карандаш в оконце! –
Я открываю окно души
И смотрю без очков на солнце…

Неведение
Я и сам не ведаю, что творю, –
Но стихи порой удаются:
Иногда я на десять персон варю,
Иногда – на малое блюдце.
Но, каким бы ни был мой урожай,
Каждый видит в них то, что видит;
Если хочешь – зеленью украшай
Или ешь в первозданном виде.
Я за всё отвечу и зуб даю,
Что растил их без химикатов, –
Но не буду драться за жизнь в раю
И просить себе адвокатов.
Мне и здесь вольготно и по нутру,
Я и сам всё съем, если надо.
Я не вижу, особенно поутру,
Различимых признаков ада.

P.S.
Если б был я корой баобаба,
Я бы знал, о чём написать, –
Круговые движенья вправо
Заполняют мою тетрадь.

Невошедшее (Недошедшее)
Когда я написал о Блоке,
В моём стихе исчезли строки;
Когда я написал о Боге,
Мои следы ушли с дороги.



Опера №2


F
Кто движет миром? Чья-то сила
Меня в безумие ввела:
Сверкнула при рожденьи мило
И так же мило умерла –
Мне не поправить положенья.

Страсть
Сносила с ног метель-прохлада…
Кустарники вселяют страх!
И мимолётная отрада
Сверкнула, рысью убежав.
Следы – как сердца отпечаток!
И благовонный запах роз! –
Он нежен, истинен и сладок,
Как сон, как запах детских слёз!..
О, как же здесь не припадать
К твоим коленям лучезарным!
И как тебя не обнимать,
И как не предаваться страстным
Мечтам порочной суеты!
О если бы…
…метель-прохлада…
Звенит полночная громада,
И одинокая стезя
Обвалится на Землю лунной пылью –
И мне уж не догнать,
И не любить тебя,
И не придумать эту сказку былью…

Время любви
Когда тебя люблю, минутно вспоминая,
То лишь мгновенное превозношу,
И прошлое устало поднимаю,
И будущее смутно ворошу.

Посвящение
"Мама!" – как у Толстого, помните? –
Пишу к Вам на французский лад.
Быть может, я для Вас инкогнито
иль возродившийся Сократ?..
Сократ ушёл – оставим это.
Ещё не вырос до поэта…
Но кто же? – Новоявленный Шекспир
иль мастер древнегреческих сатир?
Открою тайну ли, светлейшая из дам? –
Король не тот, кто сказку пишет Вам;
И я не уподоблюсь королю –
Я просто Вас, как мать свою, люблю.

Имя
Как я влюблён в твоё имя!
Резво мечусь при похожем –
Так проходящую мимо
Вдруг окликает прохожий.
Ты ли? – Опять заблуждение…
Взгляд заметался по лицам!
Боже мой, дай мне терпенья!
Сердце, не дай ошибиться!
Где долгожданная встреча,
Смех, поцелуй между ними?
Вижу я волосы, плечи –
Знаю одно лишь имя…

На пятые сутки
Моё сердце не может вместить Любовь ко всем живым существам –
Поэтому… Я отдаю его Вам.
О герцогиня!
Сегодня отличный день, чтобы узнать Ваше имя.
В сторону шутки! –
Я размышляю о Вас без малого четвёртые сутки.
На пятые не удивлюсь,
Если действительно в Вас влюблюсь…

Пень
Эй, Пётр, весело быть пнём? –
Стоять задумчиво и низко?
Твой ствол сожгла своим огнём
Одна заезжая артистка.
Теперь она в иных краях
И жжёт стволы другой породы –
А ты стоишь весь в муравьях,
А девки водят хороводы…

Всё то же
Деревья стоят всё те же,
И я между ними бреду –
Такой же, как был и прежде,
В таком же, как тот, году;
Всё те же дома встречаю
И лиц провожаю рысь –
В прохожих тебя узнаю –
Ты прячешь глаза вниз.
Я сам для тебя прохожий,
Ступенька на шаг вверх,
На всех остальных похожий,
Весенних печать вех.

В плену
Прости меня… Не нужно упрекать –
Убей тогда. Я не найду тебе замену.
В плену я говорю "спасибо плену"
И не прошу меня освобождать.

Неизбежность
Звучит неизбежность в костюме любви.
Заплатками тело заштопано.
Слеза у порога:
– Откройте!
– Реви!
Земля для ухода растоптана.
Пускай! На коня иль теперь на осла –
Смешны альтернативы!
Я послан уйти – так пустите посла –
Изучены прерогативы.
Посредственность, может, но всё же иду –
Не стоит просить "поскорее".
Зачем? Ведь я больше уже не приду
Ни медленней, ни быстрее.
Поверь, я не стану сидеть сложа –
Ты будешь в стихах как в золоте!
Стихи не горят – не возьмёт пожар;
Стихи не замёрзнут в холоде.

Пламя
И я бы написал ещё,
Когда бы знал, что не сожжёшь.
А впрочем, пламя – хорошо;
А впрочем, ты меня поймёшь…

В забытьи
Я забыла, что хотела, –
И, куда ни посмотрю,
Всё уводит прочь от дела,
Да всё в сторону твою…

Эманация любви
Лебединая сонливость
Голову мою берёт –
Мне твоя улыбка снилась
Ночи напролёт.
Глубоко душа дышала,
Веки нежно берегли,
Чтоб чрез них не убежала
Эманация любви.
Ты прости, коль я беспечно
Сном своим с тобой делюсь.
Можно, я в тебя навечно,
Без признания влюблюсь?

Сон
Разбуди! Разбуди! Сегодня
О тебе говорить хочу!
Протираю глаза беспокойно –
Ты уходишь, а я молчу.
Мои руки скользят вдогонку
Обнимать твою звёздную тень –
На подушке твой волос тонкий,
И бесшумно скользит дверь.

Она была со мною
Кругом светло… Разбужен я весною –
Чирикают повсюду воробьи…
Я вспоминаю о своей былой любви
И чувствую – она была со мною.

За поэта
Живые речи, нежный стан
И волосы такого света,
Что, если бы я не был пьян,
Сошёл бы за поэта.
Я не способен описать
Чудес, что делала со мною
Её дурманящая стать –
Она всему виною!
Она! Всему виной она,
Чей смех меня кромсал на части,
Чей томный взгляд давал вина,
Чей рот шептал, что с нею счастье.
Что делал я, за этим всем
Так восхищённо наблюдая? –
Оставь – подобных много тем,
Которых я не знаю.

За бор
Он не почувствует, где мы,
Что мы со всех сторон,
Что мы не знаем стороны
И что не знает он.
Ты там – я здесь. Ты кинешь взгляд
Сквозь лес на край земли;
Я брошу свой – мне говорят:
"Границы нет Любви".
Мы были близко, но глаза
Не встретились ни раз.
Сквозь бор друг друга голоса
Нам не слышны сейчас.
Быть может, он уменьшит власть,
Деревья повалив, –
Тогда впитаю образ всласть,
Мгновенье умолив;
Тогда я вытащу глаза
И брошу их лететь –
Засохнет на ветру слеза,
Успев тебя согреть.

Риторическое
Я был близок к тому, чтоб уйти в монастырь:
Мне казалось, что я одинок.
В голове дыра, на душе пустырь,
Под ногами пыль и песок.
Но "уйти" – означает "уйти без тебя",
И сбивает метель с пути –
Я не знаю, как жить на Земле не любя;
Я не знаю, куда сойти.

В это время
В это время, снесённое поколеньям
На потраву СМИ и порочных слов,
Где Любовь при жизни идёт к забвенью,
Где никто не видел Её послов,
Где места лишь для недееспособных,
Но где каждый видит в себе орла,
Но при этом либо сидит условно
Иль его отрублена голова, –
Я содрогаюсь, едва сознание
В мысли о счастье меня зовёт, –
Так мы друг с дружкою и играем
На "кто кого быстрей проведёт";
Я бы и жил, как примат в капкане
В эру рекордной добычи руды,
Если бы выигравшее сознание
Мне не сказало, что где-то ты.

Трамплин иноземья
Ты празднуешь неоднозначность подхода,
Боясь обращенья на "Вы", –
Должно быть, забыл ты возможность ухода
От формочек головы?
Ты станешь в тупик на трамплин иноземья,
Поддакивая стене, –
Чувствуешь, как уходит время
Мурашками по спине?..

Обращение
Там, где вечно была весна,
Скорей, изменятся времена
И снег заметёт границы,
Нежели светлая полоса –
Луч, родившийся в небесах, –
В сердце твоё вонзится;
Я не уверен, что и тогда,
Когда возьмёшься за провода,
Что-нибудь прояснится.

Радуга дня
Ночь. Я рисую радугу дня –
И, если ты завтра поймёшь меня,
Улыбнёшься…
Каждая эра полна времён –
Но, если ты скажешь, что это сон,
Ты проснёшься…
Значит ли всё, что горит в огне,
Что вера, утерянная во мне,
Вернётся?..
Я замыкаю себя на день –
В глазах какая-то дребедень
И солнце…

Сентиментальное
Времени осталось сравнительно мало –
И каждый возьмёт что ему по праву
Принадлежит.
Вечер сиреневый якорями
Лёг, разделив себя между нами, –
Время бежит.
Каждая ночь наступает дважды,
И если случайно меня однажды
В ней не найдёшь –
Значит, и не было никогда,
А всё, что было, снесла вода,
Но будет дождь –
И я упаду из прорехи туч,
И небо разрубит молнии луч
На фрагменты…
Ах, опять погрустить решил!
И кому сдадутся моей души
Сантименты?..

Жизнь короля
Смолкла посуда – вечерний звон.
Снимаю одежду свою чёрную с вешалок:
Я почти готов, чтобы двинуть вон, –
Вот только решить, королём или пешкою.
Знаю, ты видишь меня изнутри,
Все мои ходы у тебя на ладони,
И, кажется, зря я держал пари:
Не я, а весь мир в твоих глазах утонет.
В ответ на мои отговорки про лень,
Про то, что играю я не в полную силу,
Твои пальцы на поле бросают тень
И роют моему королю могилу…
Ах, если бы только вернуться назад,
Пешкой простою второпях нарядиться –
Быстрее пройти этих клеток ад,
За пару ходов твоим рукам покориться!..
И зачем я принял смертельный бой?
Смогу ли взглянуть я в лицо солдату? –
И, больше не в силах тягаться с тобой,
Хотя и недолго ещё до мата
Мне, спасаю висящую на волоске,
Пропитанном соком кровяного рассола,
Жизнь короля на белой доске,
Расшвыривая фигурки твои по полу…
Я бросаюсь к выходу из суеты,
Туда, где столкнуться должны трамваи,
Потому что из мира, где правишь ты,
Другого выхода я не знаю.

По кольцевой
Мы гуляли по кольцевой,
Мы прогуливались неспешно…
Вы сказали: "Пора домой", –
Мы уселись вдвоём в тележку…
Вы сказали: "Замкнулся круг".
Я сказал: "Ничего плохого.
Всё равно я для Вас как друг –
Так давайте кружиться снова".

Ничего нет
Я последние строки насобирал
Из того, что ветер принёс в лицо,
Из того, что дождик недосказал,
Разбивая твоё крыльцо.
За захлопнутой дверью не видно глаз –
Может, плачешь ты, может, смеёшься вслед.
Если нету тебя, значит, нет и нас,
Вообще ничего нет.

Возвращение (Новая форма)
Забавно придумывать новую форму
И верить, что ты где-то есть;
Приятно, ногой ощущая платформу,
Со скорого поезда слезть.
Увидев меня, ты замашешь руками;
Я сделаю пальцами "V".
Под вечер мы станем совсем дураками,
Весь день проведя в любви.

Взрыв
Твои длинные волосы словно космический лес –
Я опять проникаю в глубины его древостоя…
А если ты спросишь меня: "Эй, куда ты полез?" –
Я на ушко тебе прошепчу что-то очень простое…
Ты слегка улыбнёшься и вытянешься на полу;
Я коснусь тебя взглядом, и ты меня тоже коснёшься –
И пространство меж нами сгорит, превратившись в золу,
И тогда я взорвусь, и, подумав, ты тоже взорвёшься…

Эразм
Она сказала мне "kwassa-kwassa" –
Я понял её со второго раза;
Она сказала мне русским языком,
Но я с таким не знаком.
Отксерокопировав наши тела,
Она мне руки свои дала –
И разом снесло колокольню…
Что было потом – не помню.

Искушение
Как можно оставаться неизменным,
Когда ты прикасаешься губами
К моим губам, тобою вожделенным,
И в плоть мою вонзаешься зубами?
Как можно оставаться тем же самым,
Когда твоя защита от мороза
Спадает и ты трогаешь карманы,
Ища предохраненье от заноса?
Как можно, не поддавшись искушенью,
Безмолвно любоваться потолками,
Когда ты подставляешь ласкам шею
И тело стимулируешь руками?
Как можно оставаться хладнокровным,
Когда ты вся понятнее простого,
Когда своим дыханием неровным
Даёшь мне знать, что ты уже готова?

Sex
Ты причудливо двигаешься, освобождённая от оков.
Этой ночью для меня не останется ничего незаметного.
Когда я в тебе, океаны выходят из твоих берегов –
И мне неизвестно, что может быть выше этого.

В никуда (Куда-нибудь)
Если захочешь оставить планету,
Воспользуйся кнопкой "Enter";
Если решишь улететь в никуда,
Просто скажи мне "да".
Я знаю путь,
Ведущий куда-нибудь, –
Посмотрим, что приключится с нами на этот раз:
Собирай вещички – мы полетим сейчас.

Крылья
У тебя есть свободные семь минут
И возможность их скоротать:
Поболтаем немного – они минут,
И тебе пора улетать…
Мы с тобою были как два крыла,
Но наш дом стоял на земле;
И, когда ты ноги оторвала,
Позабыв о моём крыле,
Я не стал откладывать твой полёт
И звонить тебе в облака –
Ты вернёшься обратно, лишь снег пойдёт
И покроется льдом река;
Ты вернёшься опять под моё крыло
И укроешь меня своим,
И поселятся вместе с тобой тепло
И собака твоя Гольфстрим.

Мы
Мне хочется быть с тобой рядом,
Мне хочется рядом быть –
Мне хочется мирным снарядом
В окошко твоё угодить,
Мне хочется ласковым солнцем
Пробраться к тебе в окно;
А если луна проберётся,
Мы будем с ней заодно:
Мы будем ласкать твои пятки,
Высовывающиеся, –
И мы убежим без оглядки,
Когда ты проснёшься.

Ключ ко всему
Ты – это ключ ко всему:
Зелёные деревья летом и небо над облаками.
Такой, как ты есть, я тебя приму –
Ты мне не нужна кусками.



Интермедия


Не влюбляйся
Не влюбляйся, не влюбляйся,
Не влюбляйся, говорю!
Лучше в тот же день стреляйся,
До похода к алтарю!
Лучше быть слегка влюблённым,
Чем носиться в небесах
С сердцем, страстью опалённым,
В апельсиновых трусах.

Лепесток
Вы похожи на цветок –
Может быть, на мак?
Подарите лепесток
Мне за просто так!
Хранил его я как Любовь –
Ветры, бури
Унесли лепесток –
Горюю…
Но, пожалуйста, ещё лепесток! –
Обдираю цветок,
Рассеянный;
Оберегаю цветок,
Мне доверенный.

ОМ
У меня на нервной почве
Вырос опиумный мак –
Я им делаю примочки
И вдыхаю натощак.
У меня есть друг Артёмка –
Он заходит погостить,
Потому что схватит ломка –
И уже не отпустить.

Друзья
Зачем мне друзья? –
Ведь с ними нельзя.

Если бы ты
Если бы ты была кактусом,
Он бы расцвёл;
Если бы ты была атласом,
Он бы привёл
Нас, с головою затянутых
В суетный быт,
К месту цветов упомянутых,
Где он забыт.

Маленький мальчик
Я сорвал для неё одуванчик –
Она сказала: "Ты маленький мальчик
С завышенным самомнением.
Что мне делать с твоим растением?" –
Сказала, что больше не может
Общаться с тем, кто моложе.
Я ушёл, подумал неделю
И отправился в лес за елью…

Кристофер Робин
Кристофер Робин,
Зажжённый Любовью,
С девушкой Митчелл
Стал симметричен.
Кристофер Робин
Немногословен:
Девушке Митчелл
Слово о личном.
Девушкой Робин
Пойман на слове –
Кристофер Робин,
Ах, Кристофер Робин!

Русский рок
Мне так грустно, что ты одинока, –
Иногда даже хочется выть:
Ты поклонница русского рока –
А со мною не хочешь быть…

Песня
Эта женщина как наушник:
Рядом с нею я слышу песню;
Песня кончится – я исчезну
Или стану как ПТУшник…

Ангел
Я услышал пение ангела –
Да, я, кажется, остановился…
На меня что-то с неба падало –
Может, ангел какой свалился?..
А потом очень яркий свет –
Небеса надо мной исчезли…
Я очнулся, сказал: "Привет.
Как вы, мэм, на меня залезли?.."

Лена
У моей подруги Лены
В гардеробе перемены:
У неё на каждой ручке
Есть оранжевые штучки,
Есть оранжевые феньки
На запястье и коленке;
У неё на лбу повязка,
На лице её раскраска –
Людям нравится наряд!
Любит Лена всех подряд!

Ха
Вот опять твоё имя шепчу –
Я запомнить его хочу;
Произнёс я его сто раз –
Но опять перепутал нас.
Видно, память моя плоха –
Начиналось оно на "Х"…
Ну а если не подвела? –
Если буква одна была?
Или это для простоты?
Или просто смеялась ты?..

"О"
От первой буквы в слове "Ольга"
У всех кружится голова;
А от неё же в слове "тОлькО"
Она кружится раза два.

"Р"
Ты говоришь, что любой ценой
Рядом останешься – но, послушай,
Как собираешься жить со мной,
"Р" не выговаривая в "Андрюше"?

Пока я был с тобою
Ты умна, несмотря на акцент;
У тебя есть зелёновый плащик –
Ты купила его за цент
И повесила в тёмный ящик.
Но не нужно твоё барахло
Ни тебе, ни твоим домочадцам.
Боже, сколько воды утекло,
Пока был я с тобою счастлив!

Не соль
Отодвинься немножечко – дай посмотреть на закат!
Не виси надо мною, когда я зеваю спросонья!
Если будешь мне надоедать, я возьмусь за АК –
И, поверь, в этот раз уж он будет заряжен не солью!

Не задумываясь
Луна включает дальний свет,
Соревнуясь со звёздами по силе мерцания.
Ты говоришь мне слово "нет",
Не задумываясь о последствиях отрицания.

На скамейке
Мы с тобою сидим на холодной скамейке:
Ты совсем не одета, а я в телогрейке;
Только я не испытываю неудобств –
Просто рядом с тобой я спокоен и прост.

Пришли
Пришла зима, и ты за ней –
Особо не сопротивляясь,
Я стал немножко холодней,
И мёрзла ты, меня касаясь.

Ты посмотрела на меня
Ты посмотрела на меня так,
Как будто я съел твоего кота,
Как будто его обалденный хвост
Через одежду ко мне прирос.
Ты посмотрела на меня так,
Когда прикоснулась моя рука
К висящей без дела твоей руке –
Но ты отстранилась в прыжке.
У тебя был такой очумелый взгляд,
Как будто я съел всех твоих котят;
Только мне не нужны ни они, ни кот –
Я хочу поцеловать тебя в рот.

Об этом узнали…
Ты вышибла зуб мне своим языком,
Когда мы целовались.
Об этом узнали профком и райком –
И мы волновались:
Боялись – а что если нас колбасы
Лишат и зарплаты? –
И маскировались, приклеив усы,
Поставив заплаты.
А чтобы быстрее смогли нас забыть,
Уехали в Чили –
И там продолжали друг друга любить
И зубы лечили.

В пустом вагоне
Мы поедем в пустом вагоне
По заснеженной мхом брусчатке.
Твои пальцы в моей ладони,
А на них твои отпечатки.
Будет светел и прост наш путь,
Если транспорт не заведёшь.
Ты обнимешь меня за грудь,
Потому что не достаёшь.

Кино
О мать! Аутентична ты
В прозрачном кимоно!
Согласна ль вечером пойти
Сниматься для кино? –
Мы будем есть с тобой попкорн
И слюни распускать;
Нарушим мы сухой закон
И рухнем на кровать.
А утром, если повезёт,
Проснёмся ото сна,
И лёгкий ветер принесёт
Нам наши имена.

Я хочу
Я хочу, чтоб настало лето:
Чтоб меня укусил комар;
Чтобы было так много света,
Чтоб случился со мной удар.
Я хочу целовать бесстыдно
И касаться тебя за грудь,
Чтобы ты родила мне сына
Иль другого кого-нибудь.

Счастье
Ты мне подходишь по уму –
Позволь тебя я обниму,
Позволь тебя я обхвачу,
Позволь с тобой я заторчу,
Позволь тебя я полюблю,
Позволь я в связь с тобой вступлю,
Позволь я лягу на тебя –
Какое счастье жить любя!

Весело (Не скучно)
Тебе со мной не скучно, бэйби? –
А то начну я говорить
Об этом многоцветном небе,
В котором весело парить…

Логика
– Ты так чудовищно логичен! –
Мне скучно быть с тобой вдвоём.
А так ты очень симпатичен,
Твои глаза горят огнём.
– Ты рассуждаешь так абстрактно! –
В тебе нет логики совсем!
А так мне быть с тобой приятно,
Хотя я не пойму зачем.

Мы похожи
Говорят, что мы похожи, –
Значит это лишь одно:
Если ты не вышла рожей,
То и мне не суждено.

Ты похожа
Ты похожа на белый катер,
Что во сне мне вчера явился.
Я тебя называю Катей,
А подруги твои – Лариса.
Только, как мы тебя не кличем,
Ты не воспринимаешь слова –
У тебя на грудях табличка:
"Я похожа на Льва Толстого".

Аксинья
Аксинья, ты жива ещё?
Смотри – и я розовощёк!
На светлой голове твоей
Я насчитал пятьсот кудрей,
А на моей осталось пять –
Их даже незачем считать.

Часы
Давай поклонимся часам –
Они ведь шли для нас так чётко!
Пускай нужна была подводка,
Пускай я подводил их сам.
Прости, что тряс тебя за плечи,
Когда не слышала ты их;
Пускай их стук теперь затих…
А что, я сделаю скворечник!

Пестяки
Все проблемы – пустяки.
Я уеду в Пестяки:
Там у речки Пурешок
Отращу я гребешок –
Буду зваться петухом
И забуду о плохом.

Над нашей деревней
Над нашей деревней
Два раза в неделю
Летают предметы
Размером с монету;
На третий они подлетают поближе –
Так близко, что я их не вижу.

Насекомое
Надо мной пролетело странное насекомое,
Но меня не тронуло – наверное, травоядное;
Кажется, с виду совсем не знакомое,
Но на лицо приятное.
А может быть, это летел разведчик?
А может, я попросту нализался?
А может быть, это тот самый клетчатый?
Или я обознался?
Как бы то ни было, в прошлом он –
Вновь гробовая тишь,
Такая, что слышно и мухи звон
И как пробегает мышь.

Бабушка
Пахнет теплом. Белая ящерица перебежала дорогу.
Местная бабушка подкармливает голубей:
Зёрнышко, крошечка хлебушка – всего понемногу,
А сегодня она принесла им плохих отрубей…

Песенка
"По утрам молочный ломтик
Замечательней всего!" ©
Я раскрыл с надеждой зонтик,
Что не капнет ничего.
Вышел в улицу шататься
И на лужи наступать.
Если будет вдруг смеркаться,
Я улягусь в лужу спать.
Если солнце не решится
Просыпаться в новый день…
Легче в луже утопиться,
Чем не видеть свою тень!

С мужчиной
Печаль с мужчиной приключилась –
Он вышел поутру косить,
Но сердце вдруг остановилось –
Пришлось мужчину уносить.

Время жить
Приятно идти одиноко
И думать о чём-то своём? –
В такие мгновенья для тока
Ты неуязвим, и ружьём
Нельзя повалить тебя наземь
И жизни нельзя лишить:
От смерти тебя отмазал
Мазай – значит, время жить.

Отдых
Я прочитал в газете "Труд"
О том, что скоро всех попрут,
Не различая М и Ж,
Младой иль старенький уже.

Манифест
Царь-Освободитель машет мне рукой –
Он читает Манифест об отмене права;
Крестьяне следят за каждой строкой,
Но строка в их сердцах корява.

Незнание
Мои руки
Не знали дарбуки;
А когда я её купил,
Я играть себе запретил.

С двумя кастрюлями
Ты знаешь, как мне надоело жить
С двумя кастрюлями? –
Боясь, что их похитят, сторожить,
Трясясь за стульями?
Пока их было меньше на одну,
Казалось, много ли?
Проснувшись, барабанил я по дну
Двумя ладонями…
Когда по дну кастрюли я стучу,
Я барабанщик;
Когда блаженно ноги в ней мочу,
Я светлый банщик;
А засыпаю, скрывшись с головой
В посуду эту…
Но в чём предназначение второй? –
Что ж, быть дуэту!
"Ударник требуется" – разместил я
Объявление –
И вот квартиру посетило
Привидение…
Но не играть оно со мной решило –
Оно, видать, свою затею шило.
Кастрюли стали пропадать из виду –
И я замыслил на него обиду.
Я написал другое объявление –
И вскоре испарилось привидение.
Чего ещё желать для счастья? –
Кастрюли две и нет напасти!

Объявление:
"Уважаем. пассажиры!
Мы совет давали вам:
"Чтоб избавиться от жира,
Нужно бегать по утрам!" –
Если будете советом
Нашим не пренебрегать,
Мы отменим все билеты,
Электрички – тоже: летом
Хорошо навстречу свету
По траве сырой бежать!"

Ночка
Если сумеешь рассвет обогнать,
Ночка уложит обратно в кровать.

Ночная зарядка
Солнце катится по склону
В направленьи сверху вниз.
Говорю я телефону:
"На зарядку становись!"

В форточке
В форточке поезда дважды стемнело.
Безымянная остановка
Отправилась в путь –
Как ни старался глаза протянуть
В форточку, высунутая головка
Никакого названия не разглядела.

Железнодорожная йога
Я практикую йогу:
Мой коврик – железный рельс.
Спешат ко мне на подмогу
Сотрудники МЧС.
Я говорю: "Ребята,
Зачем вы ко мне сюда?
Опаснее – эскалатор,
Беспечнее – поезда".

Злодеи
Если в автобус злодеи ворвутся,
Значит, они вместе с ним и взорвутся.

К врачу
Хочу бороться с терроризмом
И террористом быть хочу!
Куда мне лучше обратиться? –
Наверно, всё-таки к врачу.

На злобу дня
Мне не до дела: кругом взрывают
Дома-четырёхугольники!
Инфляция – в магазинах скупают
Старые подоконники!

Курицы и петухи
Наши курицы
Погрязли в коррупции,
Но их петухи
Выкупили грехи.

Блюдо
Как-то всё по-левому –
Что за люди?
Птица кура с перьями
Спит на блюде;
А вокруг неё сидят
Царь с царевной –
И они её едят
Во Вселенной.

Тарелка супа
Смотри – стоит тарелка супа –
Она не доверху полна:
Его глазами ест без звука
Та, что всё время голодна.

Три старика
Беседуют три старика:
Один – об интегрировании,
Другой – о протезировании,
Третий – чешет бока.

2:1
В пять прочитал "Дхаммападу",
В десять – "Дао-Дэ Цзин";
Большего мне и не надо:
Мозг в голове – один.

Что возьмёшь с дурака?
Что возьмёшь с дурака? –
Три-четыре платка,
Изоленту и клей.
Полон слёз и соплей,
Состоя из воды,
Он глядит в никуды…

Совсем
Ты совсем не такой, как на этих картинках:
Твои руки в перчатках, а ноги в ботинках.

А. и К.
Не дыши на меня, Алексей! –
Я не выдерживаю подобных нагрузок.
Не рассказывай мне новостей –
Мой канал восприятия временно узок.
Расскажи-ка мне лучше, друже,
Зачем ты с кактусом наперевес,
Не замечая разлитые лужи,
Бегаешь?.. Прячемся под навес!
Я удивляюсь твоей отваге,
Но не поверю, что ты не читал, –
Кактус не требует столько влаги –
Свой я ни разу не поливал.
Эй, ты чего перед ним разлёгся? –
Перед живым не ложатся ниц!
Дело, которым ты так увлёкся,
Не стоит и выеденных яиц!

О том, как важно быть серьёзным
Я расскажу тебе, мой друг,
О том, как важно быть серьёзным, –
Прими расслабленную позу
И убери с лица испуг.
Так вот, представь себе кота,
Его нахмуренные брови
И мудрость в каждом его слове –
Скажи, ну чем не красота?
А вот другой тебе пример:
Летит орёл безмолвно в небе
(Причём, летит не в ширпотребе,
А как достойный кавалер) –
Помимо головокруженья
От столь серьёзной высоты,
Скажи, почувствуешь ли ты
К нему большое уваженье?

Профессор Доценко
Профессор Доценко видит во всём объективную сторону.
Профессор Доценко вершит астрономию с часу до двух;
В режиме профессора даже порой предусмотрено
В окна глядеть на играющий с ветром пух.
Профессор Доценко тоскует по чайным пакетикам –
В чашке профессор не видит пустого дна.
Профессор Доценко считает любовь эстетикой,
Но часто Доценко подводит его спина;
Профессор обычно устойчив во внешних связях.
Профессор Доценко смеётся два раза в час.
В доме профессор не может терпеть безобразия,
Поэтому каждую ночь он трясёт матрас.
В книгах Доценко не значится скромной истории;
В сумке Доценко держит пакет молока.
Двери профессора ночью выходят на море –
Каждой весной из дверей выпадает река.
Говорят, профессор тот ещё жук:
Словам благодарности он предпочитает натуру.
Профессор Доценко – доктор внештатных наук,
Исчезнувшей в замыслах Бога аббревиатуры…

Стационар
Профессор, разрешите поделиться своим мнением:
Я бы предпочёл нахождению на паре
Принудительное лечение в психиатрическом стационаре
Специализированного типа с интенсивным наблюдением!

"Happy English"
Верх объективного цинизма в английской грамматике
Не позволяет закрыть мне на это хотя бы глаз –
И вот, спотыкаясь о кресла, в одном лишь ватнике
Я включаю духовку с книгой на полный газ.

Зачёт
Простите, кто здесь Вероника Павловна? –
Прошу, поставьте мне, пожалуйста, зачёт:
Мои мозги давно уже расплавлены,
И судорогой стянуто плечо.

Upgrade
Смотрю, браток, ты что-то скис –
Должно быть, сгнил твой жёсткий диск;
Должно быть, стух твой super-hard –
Улыбочка! Ведь скоро март!
Ты брось комедию ломать! –
Поставь себе другую "мать"!
Апгрейдь свой старый драндулет!
А рухлядь выкинь в туалет!

Театр
Бэйби, мне так надоел Жан Поль Сартр –
Я скоро прикрою этот театр!
Я выброшу твой телевизор на свалку –
Поверь, мне не будет жалко!

Сила уха
Я несу раскаты грома,
Ухо левое прикрыв,
До разбойничьего дома,
До разбойничьей норы.
Донесу, раскрою ухо –
Ну разбойников громить! –
Потому что силу духа
Тёмным силам не сломить!

Пираты
Нахрапом взяли мы двоих
Ребят дворянского покроя;
Потом пересчитали их –
А оказалось трое.
Начальство нахлобучку даст,
Узнав о том, – составим рапорт,
Что взяли мы двоих за раз,
А третий выбросился за борт.

Растаможка
Что в мешках перед глазами? –
Декларируй или смерть!
Что сказал ты? – "Я не знаю"?
Что ж, придётся посмотреть!
Раскрывай мешки пошире
Да глаза не отводи!
Вижу, ничего не стырил –
Всё, свободен, проходи!

Не браконьер
О чём ты говоришь со мной? –
Я слов не разберу.
Зачем скрываешь за спиной
Ты красную икру?
Всю жизнь я брал с тебя пример
И воровал металл.
Скажи, что ты не браконьер –
Ты сам её метал.

Дурак с веслом
Кто на свете всех милее,
Розовей и голубее? –
Нужно стих о том сложить
Да всю правду изложить.
В общем, так:
Один дурак,
По призванию рыбак,
Вышел в море на весле –
Сам уже навеселе;
Накатила вдруг волна –
Позабыв, что с бодуна,
Бросил он своё весло –
И беднягу понесло.
Пролетел он сто морей –
Протрезвел и стал добрей.
В море слов не обронил –
Рыбе зла не причинил.
Так бы плавал до сих пор –
Но смягчился приговор:
Ветер западный подул –
Подогнал к нему акул;
Он уселся на одну
И уплыл в свою страну.
Сказка – правда или ложь? –
Без вина не разберёшь.

Таким, как я
Мне постоянно что-то надо,
И я на месте не сижу:
Я зародился как торнадо –
И с той поры не торможу.
И я лечу куда попало –
Бывает, криво или вкось;
На мне ни ножен, ни забрала,
Но я надеюсь на "авось":
Авось, попутным будет ветер,
Авось, меня да пронесёт –
Ведь, как указано в примете,
Таким, как я, всегда везёт.

Жандарм души в отпуске
Случилось, что жандарм души решил взять передышку, –
И, нагло растянув гамак промеж моих ушей,
Взобрался и лежит, почитывая книжку, –
Ах, был бы он пониже, я б изгнал его взашей!
И лишь когда уснёт жандарм, дождусь того момента,
Когда, ушами двигая, проворно с гамака,
Но так, чтоб не проснулся он, стряхну интеллигента
И так же нежно по башке отвешу тумака.

Летние сны
Летние сны словно музыка Фрэнка Синатры,
Словно и не было этого долгого дня…
Я засыпаю, когда ударяют куранты,
А просыпаюсь, когда ударяют меня.

Перед рубкой
Один человек,
Увлечённый охотой,
Любил высоко на деревьях сидеть.
Один дровосек,
Увлечённый работой,
Забыл перед рубкой наверх поглядеть.

Сапог на дереве
Нет никакого разделения –
Так говорит поверье;
И сапог, висящий на дереве,
Не родит у меня сомнения.
Люди, подобные сапогу,
Вызывают во мне аллегорию –
Бывает, что сам я им быть могу,
А бывает другая история.

ГБ
Господа и дамы, вы знаете? –
Пуще
Прежнего
Гущин
Брежнева
Превосходит по показателям!
Леонид ничего не пишет –
Да и раньше он не писал;
Говорят, он совсем не дышит –
Хотя раньше, как я, дышал.
Он истратил себя на фигню,
Потерял поэтический дар.
Он подставил себя к огню –
И случился большой пожар.
Но в огне генсек Леонид
Не пылает и не горит.
Его органы – груда камней;
Его муза – от слова "музей".
Он совсем разучился писать –
Опустела его тетрадь.

Джорджу
Ржавый вагон опадает с испугу –
В жадном порыве его я ловлю;
Если б мы даже не знали друг друга,
Я бы признался ему, что люблю
Этот рассвет с зеленеющим садом,
Этот чеснок, уходящий в закат,
Этот исчезнувший вид винограда…
Я бы сказал, как безумно я рад
Каждому крику взлетающей птицы!..
И под жужжанье живого жука
Мозг вознесётся до неба границы
И растворится в дыму косяка…

Грибница ума
(в соавторстве с Н.А. Балашовой)
Грибница ума поползла по песочку –
Я подключился к чему-то новому.
Осень придёт – моему грибочку
Ножиком срежут голову.
Из той головы просыпятся споры –
И вырастут новые головы.
Бывалый грибник работает споро.
Многоголовым быть здорово!

Я бросил пить
Я бросил пить, когда родился, –
Сейчас мне 39 лет,
Но я ничуть не изменился –
И вновь съедаю винегрет
Вне семантических раскладок
И восхищаюсь молоком!
И вкус воды безумно сладок!
Стуча по полу кулаком,
Я требую ещё добавки:
По форме всё одно – напьюсь,
Но, вылезая из-под лавки,
Со светлой головой проснусь!
Прекрасна жизнь! Залез на крышу –
Увидел в небе журавля –
И, опьянённый тем, что вижу,
Свалился в обмороке я…

Старый диван
Люблю я старые диваны –
В них часто что-нибудь найдёшь:
Бывает – голову барана,
Бывает – голову варана
Или промокший макинтош;
Но не найти мне в этом смысла,
И не увидеть в этом толк,
И не понять, что значат числа,
И надо мной луна повисла…
Ведя с диваном монолог,
Пытаюсь разрешить задачу –
Вступаю с ним в словесный бой:
Я бью, не получая сдачи, –
О Боже, что всё это значит?! –
Боясь разлада с головой,
Смиренно умолкаю на ночь,
И дремлет старый мой диван,
Великий, словно древний ван, –
И на него валюсь я навзничь…
А утром мне опять на вахту,
И, проведя своей рукой
По щелям в нём, я снова ахну,
Достав винтовку и папаху,
Гранату третьей мировой…

От матраса
Третье марта наступило.
От матраса почему-то
Пахнет белыми грибами,
И хозяйственного мыла
В магазинах нет под утро,
Как бы мы его ни звали…

Тема зонтов
Тема зонтов не близка поэту –
И не стоит напоминать!
Лучше-ка дайте мне курочку эту
И вон ту ещё – пожевать!
Что? Где угодно: можно в кровати,
Можно и на пути!..
Дайте же что-нибудь пожевать и
Спать поскорей уйти!
Что вы! Отнюдь я не тунеядец –
Четыре часа для сна!
Сколько, сказали вы, этот заяц?
Шесть?! Вы сошли с ума! –
Я не скупой, но знайте меру,
Ежели нет вины;
Я знаю принцип: и овцы целы,
И волки не голодны…
Ежели нет – так скажите сразу! –
Нечего скалить рот!
Боюсь, что мне не дожить до трёхразовых
Скидок на Новый год.

Палец
Я отморозил средний палец –
Так что же делать мне теперь? –
Не застегнуть им быстро ранец,
И не открыть с полпальца дверь…
Но я не так переживаю,
Как если б был он на руке:
Я дверь ногой не открываю,
И ранец вьётся налегке!

На север
Морж в морозилке. Самки его
На север вчера улетели.
Скучно ему. Ничего-ничего –
Быстро летят недели!

Под облаками
Лучше буду я селёдкой
Проплывать под облаками,
Чем гигантскою подлодкой
С голубыми моряками.

Рам
Когда мы скажем мантру "рам",
Фсе флаги пофиг будут нам;
Мы сделаем единый герб
И будем есть единый хлеб.

Оранжевый Боб Грибенщиков
Оранжевый боб тоже бывает грустным –
И в час, когда в супе грибном я его нахожу,
Он вмиг притворяется будто совсем не вкусным –
Я всё понимаю и больше за ним не слежу.

Еда
Еда обойдётся в копеечку –
Дорого, правда ведь?
Но, если жевать помаленечку,
Не будешь много хотеть.

Еда и вода
Мы все испорчены едой –
Я заменю её водой!
А вот и подоспела жидкость –
Благодарю тебя за прыткость!
Когда я воду в рот кладу,
Я забываю про еду.

На лету
Я схватываю всё на лету –
Но, ещё не успев поймать,
Мои руки уже подносят ко рту
То, что можно в нём прожевать.

Fast food
Моя жена готовит лучшие в мире фастфуды.
В моём гараже есть слон – по его хоботу я спускаюсь в погреб.
По пустыне моей беззаботно гуляют верблюды,
Не имея привязанности к тому, что называется "море".
Жена научилась стоять на руках без опоры.
Овен уволен. Игнат почти перестал юродствовать.
У собаки моей не случаются больше запоры;
Она чует весну – с каждым днём ей сложней философствовать.
Иногда по утрам я слушаю радиопередачу –
Каждый раз в ней разыгрывается двести микроволновок.
Я люблю дозваниваться туда и, делая вид, что я озадачен,
Отвечать на вопрос и выигрывать почти без уловок.
А однажды я выиграл два килограмма живой свинины –
Я практически прыгал от радости, однако жена была недовольна:
Она мечтала получить её на свои прошедшие именины –
Я сказал, что не хотел выигрывать, что это произошло произвольно.
Нас примирила дочурка – она у нас умничка, растёт как сорняк –
Мы её так и зовём. Мал воротник да дорог.
И если в одёжке её заведётся червяк,
Я объявляю о розыгрыше микроволновок.
А наш бронзовый дедушка всё ещё может стоять –
А если он падает, мы его подпираем,
Потому что он любит многозначительно повторять:
"Чем больше мы знаем о Боге, тем меньше мы о Нём знаем".
Маша постриглась налысо,
Катя ушла в retreat.
В доме завёлся Карлсон
И летит.

Слушаю/читаю
Я слушаю Вивальди,
Читаю журнал "Крокодил" –
Их тогда ещё издавали,
Когда я под стол ходил.

Матильда
Рассредоточились мысли по полкам,
Дыхание бросилось в форточку;
Матильда съедает мою треуголку
И треплет новую кофточку.
Но, как бы всё это меня ни задело,
Я преисполнен любови:
Бедняжка полдня ничего не ела –
Сдавала анализ крови.

Белка и Стрелка
Я назвал собаку Белла,
Чтобы в космос полетела,
Чтобы жизнь казалась мёдом,
Вышла замуж по расчётам,
Чтоб всё было в крем-брюле,
Чтоб женилась на Стреле,
Чтоб Амур, её пускавший,
Промахнулся лишь однажды,
Чтоб от их любви небесной
Перевёртывались кресла,
Чтоб от их любви взаимной
Наземь падали пингвины,
Чтоб всё было "чики-пуки",
Чтоб росли их дети-внуки,
Чтобы их похоронили
Всей семьёй в одной могиле,
Чтобы сделали музей
Для знакомых и друзей,
Чтоб их дело продолжали,
Чтобы в космосе рожали,
Чтоб за их заслуги мне
Подарили на Луне
Приусадебный участок,
Чтобы был я сыт и счастлив.

Носорог
Носорог ушёл в Египет
К фараоновским дворам.
Будь я параллелепипед,
А не параллелограмм,
Я б иначе одевался,
Шоколадки кушал бы,
Я бы в золоте купался
И выращивал грибы;
Я бы на гипотенузе
Поженился – и тогда
Носорог бы к нам вернулси
И остался б навсегда.

Алгебраическое
Я два прибавляю,
На восемь делю,
На семь умножаю
И вычесть люблю.
Я сын биссектрисы
И тангенса зять.
А если случится
Мне косинус взять,
Возьму без надрыва,
Возьму без труда.
Вся жизнь – это цифра,
А слово – вода.

Вместо головы
У меня есть площадь круга,
У меня Пи-Эр-квадрат,
Есть нескучная подруга
И несводный брат.
Но в семье не без урода:
Bodhran вместо головы –
Как на новые ворота,
На меня глядите вы.

Челюсть
У меня невставная челюсть –
И на выставку не пойдёт.
Смотришь в зеркало – эка прелесть!
И весьма хорошо жуёт!

Анатомия
Когда закончатся штаны,
Под ними пальцы нам видны;
Когда закончится рубаха,
Узнаем, что в районе паха;
Когда посмотрим, что под кожей,
Мы скажем "ах", мы скажем "Боже!" –
Но это, братцы, ерунда:
По большей части, мы вода.

В глазах кредитора
Анатомические часы,
Белоснежка рулит в сугробе.
Я встаю на неправильные весы,
Измеряя потерю крови.
Крошка Енот запаздывает,
Стадо гусей выворачивает из магазина,
Дворник Ежов размазывает
По асфальту следы бензина.
Я наблюдаю такую картину в течение месяца;
Ещё чуть-чуть и Мартынов вернёт мне долг –
И, может, тогда эта кажущаяся сном нелепица
Возымеет в глазах кредитора какой-то толк.

Весёлая свинья
Весёлая свинья глядит из-за угла.
Её никто не замечает: мгла
Чело её прекрасное покрыло.
Ах, извините, то зовётся "рыло" –
Но в темноте сложней отныне
Границу провести меж ними.

Стрепетарх
Кто там прячется в кустах? –
Это птица Стрепетарх!
У неё есть два птенца,
У птенцов – по два отца;
Скоро в школу им иттить –
Головами в ей крутить.

Учиться ходить
Помнишь, когда мы учились ходить,
Не различая, где руки и ноги,
Мы не просили людей о подмоге,
Решившихся нас родить.
Но, несмотря на такие дела,
Мама, которая нас родила,
Нам говорила, где север и юг, –
И саечку за испуг.
Тех, кто ходил не в угоду отцу,
Били широким ремнём по лицу,
А компенсацией кальций давали,
Чтобы мы на ноги твёрже вставали.
Тот, кто не слушался папу и маму,
Только пред ними вышагивал прямо;
А стоило им на работу уйти –
Сразу сбивался с пути.
Не был я первым и не был вторым:
Среднее брал – получал полторы.
Очень хочу я детишек родить
И с ними учиться ходить.

Лирическое
Лирически настроенный, я вышел из Оки,
Однако оба берега казались далеки;
Но я не пил для храбрости –
Я был собой самим
И шёл до самой старости,
Ватрушкою храним.

Казанка
Я люблю тебя, Казанка,
И пустые берега;
Ты мне, речка, несказанно,
Больше Волги дорога.
Ты порядком измельчала,
Скоро след простынет твой –
От конца и до начала
Зарастёт сухой травой…

Я не играю
Я не играю в ваши игры –
Я сам тащу свою баржу;
Когда заболевают икры,
Я всё бросаю и лежу.

Жизнь и смерть Велимира Ростроповича
Велимир Ростропович жуёт тавегил,
Запивая наружной рекламой, –
И, наевшись, ложится в одну из могил,
Чтоб наутро представиться ламой.
Велимир, возродившись, желает ещё
Проглотить колесо обозренья:
Он набил тавегилом вместилища щёк –
Раздаётся внегласное пенье…

В астрал
Он говорил "Michelle, Michelle"
И тряс французской бородою –
Жена в лицо ему водою
Плескала и рвала шинель.
А он, того не понимая,
Всё больше уходил в астрал –
Господь, плечами пожимая,
К рукам своим его прибрал.

Ошибка
Меня так быстро разобрали:
Я не успел прожить и дня! –
Ошибка! Голову сломя,
Они всю ночь её ломали.

Ленин
Ленин – мудрец из вьетнамской деревни,
Непроходимой, как джунгли зимой, –
Мысленно пил за здоровье Вселенной
И никогда не ходил по прямой.

Сталин
Иосиф Сталин
Со мной скандалил –
Но я его сталь расплавил.

Диссиденты
Я диссидент из города Львов,
Вениамин Петров, –
В моём имени четыре согласных.
Я могу пошевелить мизинцами ноги и руки
И стопы умею до крови сжимать в кулаки
Во время оргазмов.
В моём доме живёт шерстяная коза
Со свойством в любой промежуток просунуть глаза,
Не получая при этом особых увечий;
И ей не бывает при этом больно –
Самодостаточна, самодовольна,
Соткана из противоречий.
Она не умеет сказать моё имя;
Крепкий чай наполняет её нежное вымя;
А ночью ей снится тапир.
И каждое утро за белым чаем
Мы с нею медленно замечаем,
Как изменился мир.

Для девушек
Меня попросили убить таракана –
Я тапочку взял, на стене наследил.
Меня попросили зарезать барана –
Я ножик под рёбра ему засадил.
На что не пойдёшь ради девушек наших!
Ну ладно, усатый противен и мне,
Но в чём же, скажите, повинен барашек? –
Мне жалко его вдвойне.

Глубины музеев (Сон №1)
Я проникаю в глубины музеев –
Я знаю все эти лазейки.
А ты уже выдумала следующее задание:
Залезть на семиэтажное здание.
Где ж я такое возьму, ты подумала? – Бывают пяти-, девяти –
Видимо, нужно мне два достроить, а может быть, два снести…

На замке
"Некого проводить,
Некого повстречать,
Не с кем поговорить,
Не о чем помолчать", –
Так размышлял Рустам,
Сидя на чердаке, –
Он себя запер сам,
И рот его на замке.

Крыша
Если б я был ненормальным,
Я бы на крышу залез –
Словом иррациональным
С неба пугать принцесс.
Я бы пулял из рогатки –
Сыром бы в них пулял,
Соусом кисло-сладким
На головы поливал.
Но у меня нет крыши –
Некуда мне залезть;
Девушек я не вижу –
Хотя говорят, что есть.

Матриархат
В центре Вселенной, где время растёт,
Не угасая, пылает костёр;
Девушки в центре костра восседают
И о Вселенских делах рассуждают.
Я обстоятельству этому рад –
Пусть разгорается матриархат!

ФМ
Фельдмаршал по имени Маша
На поле сражения пашет:
Из шланга стреляет по грядке,
В теплице играется в прятки –
Там тесно, там жарко, там праздник
И джунглеобразный заказник.
Она зеленеет со всеми:
Растёт её женское семя –
Растёт, вырастая в капусту;
Растёт, превращаясь в искусство.

Заповедное
Закрыт сегодня заповедник:
В нём размножение идёт –
О плоде молится священник,
И потому родится плод.
Мочалка лезет на ворота
(Уже захвачена стезя) –
Но вот подтянута пехота:
– Простите, мэм, сюда нельзя!

Боженька
Не тронь молекулу воды!
Не наступай коту под хвост!
Они нужны друг другу! Ты!
Не думай – Боженька не прост!
Он видит всё! Он видит всех,
Не пропуская никого!
И даже маломальский грех
Не ускользнёт от глаз Его!

Мой путь к Богу
Боже, как мне Тебя найти? –
Ни молитв, ни имён я не знаю…
Научи, как к Тебе войти, –
А то всё подряд открываю…

Черви
Дождик – а черви не лезут наружу:
Всех растоптали за лето…
Верю, воскреснут их чистые души –
Святою водою омытые в лужах,
Они устремятся к свету…

Галсан Тохтох
Из поднебесья, словно Бог,
Спустился к нам Галсан Тохтох –
Он говорил на языках,
Потерянных в веках.

Не такой
Недели две прошло с тех пор,
Как я ушла из этих гор.
Но мне, признаться, грустно стало,
Что мир немножко не такой, каким его я представляла…

В простынь
Ты умудряешься завернуться в простынь
Так, чтобы она тебя не касалась, –
То, что даётся тебе так просто,
Мне никогда таким не казалось.

Разноцветный
Агафангел Петрович Автобусов
Не носил разноцветные волосы –
Они сами его носили:
Вместо ног по земле ходили.
Агафангел Петрович Автобусов
Разбирал разноцветные глобусы:
Он мечтал докопать до ядра –
Но всегда получалась дыра.
А теперь разноцветный Автобусов
Получает сигналы из космоса –
Получает и передаёт.
Так вот жизнь у него идёт…

Стас
Безвременье ночное… Стас
Трясёт в безмолвии матрас
И в исступленьи очи поднимает –
Он понял, что такое Бог,
И в выколачиваньи блох
Он смысл сиюминутный понимает…

St. Patrick
Патрик объелся и стал как конь.
Любит он жёсткий искусственный хлеб,
Ложечку Молотова в ладонь –
И вот он сыт и могуч как лев.
Долго не ел он и стал святым –
Гриву свою он застраховал.
Всю свою жизнь он был молодым –
Всю свою жизнь, а потом пропал.

Вилочки и ложки
Не надо путать вилочки и ложки,
Любовные и прочие дела –
Бери пример с моей сороконожки:
Она всегда, куда б ни забрела,
Найдёт ко мне обратную дорогу,
А не найдёт – свободу обретёт
И, может быть, рождественскую ногу
На память неожиданно пришлёт.

Новый год
Солнце куда-то спряталось,
В воздухе плавал лёд –
Со смеху ты покатывалась:
Знала, что Новый год.

Новый Новый год
Некуда отступать – близится Новый год.
Двери открыты, и все его уже ждут,
Ждут и гадают, придёт или не придёт, –
Только гадать не время: он уже тут.
Он уже тут. Он ворвался к нам как стрела,
Раньше обычного – видимо, на горшок
Он торопился, а сделав свои дела,
Быстро оделся и выпил на посошок…

100
Во мне есть скрытые ресурсы
И запасная голова.
Я вечерком хожу на курсы
Учить английские слова.
Пройдёт сто лет – и все сотрутся
Слова, что в книжке записной
И в голове, – и не найдутся
Ни в основной, ни в запасной…
Возможно, мне осталось мало
И я до ста не доживу –
Так будем кушать больше сала
И калорийную халву!
Давайте дорожить моментом
И наедаться всласть и впрок!
Скажите "нет" любым диетам
И торта слопайте кусок!
За папу слопайте, за маму,
За мужа или за жену!
А чтоб наесться до отвала –
За город или за страну!
Наешьтесь, чтоб пошевельнуться
И слова молвить не смогли,
Чтоб не заснуть и не проснуться,
Чтоб круглым стать, как шар Земли! –
Чтоб в случае Земной разрухи,
Набега инопланетян,
Вы приютили бы на брюхе
Всех обездоленных землян!



Опера №3


Тост
Ну что ж, за нас – бокал поднимем!
Хвалу Шри Кришне вознесём!
Как вечность – в сущность опрокинем!
Как жизнь – на счастье разобьём!

Kali Yuga
Kali Yuga наступает –
Девки водят хороводы,
"Веды" превратились в воды
И текут куда не знают.
Вновь аборт – и ты родился.
Именами стали клички.
Я налил себе водички –
И немножко отравился.

Извозчик
Омнибус движется вперёд.
Я мимо прохожу. Извозчик
Бутылку бережно сосёт,
Но не жалеет почек.
На легковых сегодня спрос:
В любую часть Земного света
Он отвезёт, любой вопрос
Не будет без ответа.

В деревне
Может быть, это и правильно –
Так и должно быть:
Легче всего на завалинке
Что-то такое пить.
Лучше всего в деревне
Синдром обсессивный лечить –
Здесь не нужны перемены
И время горит в печи.

Дыра
Одиноко стоящая лавка,
Приютившая пенсионеров;
Одиноко скулящая шавка –
Лилипут в стране гулливеров…
Есть идеи, чем можно заняться
На досуге в Советском районе? –
Или будем без дела слоняться,
Изучая дыру в небосклоне?..

Вечный огонь
Выраженьем лица он притягивал нас
Подойти, чтоб его рассмотреть, –
Было сразу заметно – он быстро гас,
Но не мог никак догореть.

Александр Башлачёв
Кто из поэтов ещё не выдержит?
Кто перестанет петь? –
Александр Башлачёв никогда не выложит
Новую песню в сеть.

Армия мёртвых
Один погиб, двое ранено –
Подорвался на мине сон.
Мертвецы получают звания
И гордятся святым крестом.
Зеленеет мёртвых армия,
И трава в унисон растёт.
Больше нет никого у матери,
И она ничего не ждёт.

Дивеевское декабрьское
Господь, я весь пропах свечами,
Хоть не поставил ни одной, –
И я свечусь теперь ночами;
Друзья твердят, что я больной, –
Но я не верю в небылицы:
Я сам пишу себе рассказ,
И чинно из моей глазницы
Глядит на мир предвзятый глаз –
И, строго поводя очами,
Я возвращаюсь к той поре,
Когда я весь пропах свечами
В Дивеевском монастыре…
Клянусь, не видел я такого:
Я понимаю – чмокнуть крест,
Но вот с могилы Ушаковой
Старуха снег губами ест!
Там были те, кто помоложе,
Но и они, с ума сойдя,
Шептали "Господи" и "Боже",
Как будто тайный смысл найдя
Во всём, что здесь происходило…
Со страхом в церковь я вхожу –
И надо мной паникадило
Качается – я не гляжу,
Чтоб голова не закружилась.
У рак скопление людей –
И к Серафиму приложилась
Сначала мать, потом детей
Своих насильно приклоняет –
Считаю отпечатки губ –
Но мысль о счёте прогоняют
Внезапно падающих труб,
Из рук работника летящих,
Почти церковный перезвон
И стон досок, под ним скрипящих
В религиозный унисон…
Из-за кулис бежит священник,
Боясь на службу опоздать.
Пред ним монашки ради денег
Готовы честь свою продать.
Они лелеют пылесосом
Позолочённые ковры –
Я задаюсь немым вопросом:
Ведь не курил же я травы
В подушках из Святой Канавки
За двести пятьдесят рублей,
Которыми в церковной лавке
Торгует сам архиерей?!
Ведь я же не в похмельи сонном
И не размазан вдрызг по щам!..
Смотрите – в полный рост с поклоном
Бросается к святым мощам
Стоящий службу в исступленьи! –
Ах, до чего же он смешон,
Когда в очередном паденьи
На лоб сползает капюшон!
Хоть не умею, но на случай
Моя рука рисует крест.
Я наспех шапку нахлобучил –
Скорее прочь из этих мест!

Пыль
Разнится страх под снежной кровлей:
Одним рисуется дракон,
Другие, будто в богомолье,
Целуют пыль с пустых икон.

Ноябрь
Ноябрь. Недалеки морозы –
И осень, встав ногой на лёд,
Уподобляясь Берлиозу,
На рельсы голову кладёт.

Без имени
Все насекомые вымерли,
На полях снег поспевает –
Я не знаю твоего имени,
И никто не знает.

Тем, кто остался
Никто не помнит, куда идти,
Но каждый звонок – внутрь;
Меня послали себя найти
В центре холодных бурь.
В сущности, кто ж не прав теперь,
Когда белое всё кругом?
Те, кому надо, ушли за дверь;
Кто не хотел – пинком;
Тех, кто остался, никто не считал –
Говорят, один человек:
Тот, кто себя не в себе искал,
Тот, кто не выбрал бег.

***
Рельсы зимой никуда не ведут –
И Бог его знает ещё когда
Из тьмы глубокой до нас дойдут
Первые поезда…
Холодно падают от ствола
Тени еловых лап.
Чай. Путешественник у стола
Просит поставить dub.

Зимнее время
Здесь всё то же самое, только немножко темней.
Зачем ты так долго молчишь, поражённый величием сумрачных дней?
Весной перейдёт в отступление зимнее время –
Поверь, через это прошло не одно поколенье
И перенесло.
Я слышу, ты просишь губами дрожащими пить –
Быть может, тебе станет легче, когда ты узнаешь, что не наступить
Оно не могло.

Здесь и сейчас
Здесь зелёные листья летом,
Здесь играет волна с волной –
А сейчас ничего здесь нету
И не пахнет ещё весной.
Лишь вдали от пурги я слышу,
Как несётся с весною к нам
Свежий ветер, срывая крышу,
По укрытым зимой местам.

Летом сложнее
Летом сложнее воспринимать
Окружающее пространство –
Скоро и я начну принимать
Обжигающие лекарства.
Скоро я всё понимать начну,
Таблеточек наглотавшись;
Скоро и я головой качну,
Приветливо попрощавшись.

Переход №3
Рисовые автобусы, кастрированные кастрюли.
Снегом на голову 15 июля.
Чайки стрекочут, кузнечики лают:
15 июля – все уже знают.
Все уже знают, что скоро снег.
Я устраиваюсь на зиму на ночлег.
Под кроватями с прошлой зимы лежат
Чьи-то собаки и вместе со мной дрожат.

Переход №2
Зима перестала быть актуальной,
Не вызывает во мне восторга.
Весна перестанет быть виртуальной,
Если не ждать её долго.
Стопка капели заменит водку,
Улицы вывернутся наизнанку.
Фтопку мороз и сугробы фтопку!
Я покидаю свою лежанку!

Переход №1
Оставим что дню простому
Мешает продлиться век.
Я верю, не быть иному –
Сегодня сойдёт снег.

Сегодняшний вечер
Сегодняшний вечер сугубо индивидуален.
Интересно, что же ещё такого выдумает граф Пален?
Откуда бегут эти птицы, лишённые крыльев?
А главное – это куда? Хорошо, забыли.
И всё-таки, сколько ни говори себе "хорошо",
Всё равно не понятно – так что же произошло?..

Поэма Гущина "Двенадцать"
На часах час –
Освобождай матрас.
На часах два –
Вымыта голова.
На часах три –
Завтраком не сори.
На часах четыре –
Можно поспать в сортире.
На часах пять –
Можно ещё поспать.
На часах шесть –
Можно ещё поесть.
На часах семь –
Скоро вставать совсем.
На часах восемь –
Вот и проспали осень.
На часах девять –
Что бы такого сделать?
На часах десять –
Минусы-плюсы взвесить.
На часах одиннадцать –
С места никак не сдвинуться.
На часах двенадцать –
Пришла пора закругляться.

Муравьи
Муравьи – это тоже люди –
Они так же ползут на работу,
Они так же полны иллюзий
Отдохнуть хотя бы в субботу:
Подмести за собой жилище,
Подготовить столы к обеду,
Чтобы вкусной казалась пища
Толстобрюхому муравьеду.

На голове
Мимо проходят люди с усталыми лицами,
Передвигая в уме цифровыми таблицами…
А я хотел бы ходить на голове
По ярко-зелёной от белого солнца траве,
Чтоб стало всё наоборот –
И чтобы улыбкой сиял перевёрнутый рот!

ЖЖ
Я читаю тебя в дневнике:
Поначалу живёшь налегке;
Пролистаю c десяток страниц –
Ты находишься меж ягодиц.
Я копаюсь в архивах твоих
Средь хороших постов и плохих,
Средь забот и пустой суеты –
И я знаю, что это не ты.

Босиком
Как можно так долго трепаться? –
Полвека чесать языком? –
Не лучше ли просто смеяться,
Носясь по траве босиком?

Возрастное
– Помнишь, как в далёком детстве
Ты качался на качелях? –
А сейчас сидишь на месте,
Позабыв о приключеньях…
– Ты всегда находишь дело,
Но когда ты всё успеешь? –
За окном заледенелым
Всё равно, куда ты едешь.

Лесосека
Мы движемся, словно деревья в лесу, –
И только тогда лесосека,
Когда свидригайло щекочет в носу
И слышен топор дровосека,
Самовоспламеняется,
Приводя в движение прах, –
Но какое слово останется
Застывшим в твоих устах?..

Идентификация (Из тьмы)
Идентификация скоро сравнится с нулём.
Куда б вы ни двигались, вы никуда не идёте.
Стажёр-машинист не умеет справляться с рулём –
И все пассажиры блюют на крутом повороте.
Вы кружитесь, время своё ни на что не щадя, –
Но нет и минуты, чтоб попросту остановиться;
И мудрые памятники на городских площадях
Смеются, когда вы приходите им поклониться.
А двери открыты из созданной вами тюрьмы,
И пол развалился, и стены крошатся от трещин! –
Сидите! Я больше не с вами! Я вышел из тьмы,
Не вняв объявлению не забывать свои вещи.

Ушедшим
На перепитии времён
Воздвигнут памятник даосу –
Он безымянен и влюблён;
Его ответ на все вопросы –
Молчание; у ног его
Цветы, засохшие от лени;
Он не ответит ничего,
Когда спрошу о направленьи…

Бесконфликтное
Эй, куда несёт тебя теченье?
Будет путь коротким или длинным? –
Скушай бесконфликтное печенье,
Чтобы стать простым и бесконфликтным!
Что ты смотришь, будто я попутчик?
Ты один и жизнью недоволен? –
Я б засунул в твой рюкзак огурчик,
Чтобы стал ты свеж и малосолен!

Ретушёр
Я бы стал Спасением,
Я б ушёл вперёд –
Словом да умением
Потешать народ –
Только вбиты сваями
Корешки травы
Да пасутся стаями
Репчатые львы…



Опера №4


Есть только свет
Всё это ложь –
Есть только свет.
Там, где был дождь,
Нас уже нет;
Там, где мы шли,
Было стекло.
Тучи ушли –
Стало светло.

Летнее время
День становится длиннее –
Чьё же это ремесло?
Как ни делаю темнее,
Всё равно опять светло.

Позитив молчаливого зайчика
Оранжевые ниточки солнышка –
Позитив молчаливого зайчика,
Тонкая тень от колышка
Белоснежного одуванчика…
Кажется, утро? Открой окно –
Впусти говорящий свет.
Там, где недавно было темно,
Больше темно нет.
Что ж ты в одёжке выскочила?
Холодно – выпусти холод.
Солнце всю воду выкачало
Из того, кого мучил голод.
У нас не осталось излишеств!
Светятся освящённые ветром мощи!
Ещё чуть-чуть и, свободной от журналистов,
Голове не понадобится арендная площадь!

Простое reggae
В сторону, в сторону от микрофонов! –
Кто скажет Слово простыми словами?
Вы ожидали от ваших кулонов
Защиты от тех, кто с вами?
Музыка сделала душу свободной,
Люди зимой позабыли о снеге,
Стала проезжая часть пешеходной,
Водители пляшут reggae.
Пляшут водители и пассажиры,
Рыбы на солнце играют волнами;
Те, кто был спрятан за дверью квартиры,
Снова танцуют с нами!
Наша душа как Дворцовая площадь,
Наши сердца как Васильевский остров!
Стали мы ближе, понятней и проще –
Всё оказалось просто!

Гильотина весны
Эмоции какие-то –
Не различить в тумане.
Сердце из-под свитера
Молится св. Анне.
Душа улетела на Мальту,
Тело жуёт конфеты.
По свежевыложенному асфальту
Идут в резонанс поэты.
У них не осталось слова –
Слова им теперь не нужны:
Они несут свои головы
На гильотину весны.

В поисках тела зарытой собаки
Я не хочу становиться девушкой Джеймса Бонда;
Я не хочу видеть сына, гоняющего на тягаче.
Мне далеко до особенностей местного понта;
Больше того – мне сложно понять, зачем
Вообще отвлекаться на всяческую суету,
Рассуждать о добре и зле, провоцируя драки, –
Я безмолвно гляжу на окружающую меня пустоту,
Не участвуя в поисках тела зарытой собаки.

Сближение
Я лежу в кустах земляничных,
И небо настолько низко,
Как будто ягода, с непривычки
Упавшая где-то близко.
И воздух, непробиваемый
Сим сближением двух начал,
Вдруг осветится белым пламенем
Там, где "Господи!" я кричал…

Красота и единство. Единство и красота
Я проснулся от ощущения красоты, переполняющей
Моё сердце: мне снились переворачивающиеся
Дворцы Петербурга. Впервые
За много лет я летал, у меня не было головы и
Было ощущение единства растворяющегося
И растворяющей.

Костёр
Я спокойно смотрю на костёр,
Исчезая в его желтизне, –
Он все мысли о времени стёр,
И оно растворилось в огне.
Ты должна быть умнее меня,
Ты должна понимать, что к чему,
Чтобы, греясь всю ночь у огня,
Я не смог задохнуться в дыму.

Твои львы
Твои львы лежали невозмутимыми,
Иногда подсматривая за небесами.
Почти все проблемы казались мнимыми,
А потом растворились сами…
Я лежал, на небо глаза выпучив, –
Надо мною трещала небесная скорлупа;
Опадавшие листья скользили, выучив
Три-четыре осенних па…

Капельки солнца
Я – это я. Ясное понимание,
Будто листок на дереве.
Свежесть осени, утро раннее,
Капельки солнца первые…
Я замираю…
Воздухоплавание листочка –
Мостик внутри сознания.
Каждая ночь как новая точка
С запятой в цепочке познания…

Гостья
Стучится ночь ко мне в окно,
А я смеюсь – ей там темно.
Я ей фонариком свечу –
Ну заходи – а сам молчу.
Она заходит в дом ко мне,
И до рассвета в тишине
Мы с ней вдыхаем лунный свет –
И с каждой ночью – веришь, нет? –
Она становится светлей
И я немножко вместе с ней.

В сердце
В чёрном небе висит звезда,
По-прежнему белая, –
Я оторву её, как всегда:
Ничего не делая;
Я отнесу её чистый свет
В сердце,
Туда, где сменяется на менуэт
Скерцо.

Ястреб
Высоко в ассортименте
Реет ястреб краснощёкий –
Он летит себе куда-то
(Под крылом зелёный чай) –
Он летит туда, где двери
Не закрыты на защёлку,
И сезон матриархата
Растворит его печаль.

Туда, где нас нет
Я уезжаю туда, где шаги не слышны,
В эти места, где светает быстрей, чем темнеет,
В эти края, где слова никому не нужны, –
Без языка там никто говорить не умеет.
Я увожу с собой тело и то, что внутри,
В эти пространства любви и чудесной истомы.
Если поедешь со мной, то меня не бери:
Там, где нас нет, мы не будем с тобою знакомы.

Вопрос
Паровоз летит сквозь тьму
Или тьма сквозь паровоз? –
Ты ответь – и я пойму –
И задам ещё вопрос.

Форма и содержание
Форма и содержание суть одно и то же –
В этом нет никакого чуда –
Вывод следует уже оттуда,
Что они друг на друга весьма похожи.

Внешнее и внутреннее
Я забыл, что значит "внешняя сторона дела",
На внутреннюю я тоже не обращаю внимания –
Вчера моя душа отделилась от тела,
А ветер унёс сознание.

Тело и душа
Когда я нежусь на кровати,
В сон завернувшись простынёй,
Душа – сторонний наблюдатель –
Летает где-то надо мной.
Ей хорошо вдали от тела –
Оставленное ею "я"
Сегодня с ней не полетело,
Застряв в пещерах бытия.

Дерево
Ночь, но снова тебе не спится.
Время как миф.
Дерево в окна твои стучится,
Ветви склонив.
Всю эту вечность оно стояло –
Дай отдохнуть;
Всё это время оно вспоминало
Путь.

За околицей
Ночью пространство вокруг не шире
Вмещающего звук колокольчика;
Утром мы снова станем другие
От лёгонького укольчика.
Здесь, на окне, занавески расступятся,
Чуть оголив стекло;
Там, за околицей, днём поступятся,
Прыгнув на помело…

Ветер
Утро очистило память от сора
После прочитанных книг.
Ветер, имеющий свойство раствора,
В окна ко мне проник.
Я различил в нём звук барабанов –
Гулкий, но можно петь.
Выбросив всё из своих карманов,
Я был готов лететь…

Пастух ветра
Ты ждёшь от меня рассуждения вслух –
Но видишь, не спит ещё ветра пастух:
Он пьян, и его "не своя" голова
Весьма не приемлет чужие слова.

Под замком
Вечер угас, свои тайны храня;
Моё имя держится под замком –
Но если ты хочешь назвать меня,
То зачем?.. Ведь ты со мной не знаком?..

Мыловар (Неправильные формы)
Позвольте представиться… Впрочем, зачем же сходу? –
Работу мою в народе зовут "мыловар",
Но имя моё и лицо неизвестны народу –
Душа моя в том, в чём они видят только товар…
Но мне незачем иметь своё мнение:
Моё дело – это мыловарение.
В моём доме есть стол да кровать –
Каждый раз я ложусь на неё умирать,
А утром я светел и прост, как белое мыло, –
Я люблю созерцать, как его растворяет вода.
Я могу без труда отличить только щёлочь от жира,
Но мужчину от женщины не отличу никогда.
…однако, приветствие наше весьма затянулось –
Пора приступать к полученью неправильных форм.
В последнее время душа у меня потянулась
К тому, что в народе зовут "вещество хлороформ".

О правильном пути
Здесь корвалолом и не пахнет –
Любой известный шансонье
На оба глаза катарактнет,
Увидев то, что видно мне.
Я не лечу куда не знаю:
Под боком атлас всех небес –
И, пролетая, вспоминаю
Расположение чудес.
Мы забываем то, что знали
Ещё когда не родились, –
Мы здесь без атласа летали,
Не разделяя "вверх" и "вниз".
Теперь мы склонны приземлённо
Не только мыслить и ходить,
Но утверждать определённо,
Что "может" и "не может быть".
Я не берусь давать ответы
На то, куда нам всем идти, –
У каждого свои советы
О правильном пути.

К началу сущего
К началу сущего ведёт
Мой Путь, к отсутствию вещей,
Где их никто не украдёт,
Где я ничей,
Как в детских снах…
Ведя к отсутствию Пути,
К вратам чудесного, мой Путь
Доступен всем, но не найти
Названия Ему – забудь
Об именах.

Восхождение
Я начинаю восхождение на Великую гору –
Я иду медленно: мне больше незачем куда-либо торопиться.
Каждый оставленный ранее след мне приходится впору –
Да, я знал, что мне придётся ещё сюда возвратиться.
По обе стороны руки – я чувствую ими воздух;
Наверху происходят непонятные обывателю превращения.
Все мои фантазии, которые я мыслями создал,
Испарились, и никто не ожидает моего возвращения.
За спиною походный рюкзак с различным бельишком.
Все книги прочитаны – я сам себе литература.
Я избавился от привязанностей, ото всех излишков.
Отсюда я лучше вижу, где правда, а где халтура.
Все слова, которыми я пользовался, чтобы выразить чувства,
Остаются в прошлом – мне больше не нужно общаться словами.
В тех местах, которые были заполнены мною, становится пусто.
Я ушёл от обязанностей, не воспользовавшись правами…
В голове играет неизвестная музыка безымянного композитора –
Всё окружающее постепенно превращается в Господа Бога.
Я останавливаюсь, закрываю глаза и голову запрокидываю –
Передо мною открывается невидимая глазам дорога…

Музыка
Куда б ни забрался: в подвал иль на крышу,
На юг или в гости к моржу –
Я всюду прекрасную музыку слышу
И всюду её нахожу;
И мне неизвестны названия песен,
И имя того, кто поёт, –
И музыка, словно невидимый крейсер,
В моей голове плывёт…

Раскрепощённость
Раскрепощённость – главное качество
Светлой грозы, предрассветной музыки,
Чистого неба, простого чудачества,
Детского смеха, весенней иллюзии;
Это когда, не держась за голову
Или ещё созерцая радугу,
Можно смеяться над чем-то долго
Или не класть себе ногу на ногу.

Солнышко
Распустило солнышко лучики
До меня –
Протяну я навстречу рученьки,
К встрече дня;
Искупаюсь в рассвете благостном
Голышом –
И весь день буду бегать радостным
Малышом.

Солнце вокруг
Солнце вокруг. Я бегу босиком по дороге.
Улицы светят огнями, и я им свечу.
Я одиноко сидел в полутёмной берлоге,
Но кто-то светлый зажёг в моём сердце свечу.
Окна у этого дома распахнуты настежь;
Там, за калиткой, по-доброму лающий пёс.
Здесь все слова, что ты хочешь сказать или скажешь,
Ветер сказал за тебя и куда-то унёс…
Время ползёт безмятежно застывшей улиткой,
Если в берлоге сидеть, руки-ноги сложив;
Всё, что мы знали о мире за этой калиткой,
Меньше, чем знает блоха, на собаке пожив.
Солнце вокруг! Я бегу к нему прямо навстречу! –
С сердцем открытым в объятия к солнцу спешу!
Прост как ребёнок и с неподготовленной речью,
Глазом мигаю ему и рукою машу!

Быстрый светлый
Куда ты движешься столь спешно,
Когда на улице темно?
Я вижу по твоим одеждам,
Что ты идёшь уже давно.
Но где, скажи, берёшь ты силы?
Откуда свет в твоих глазах? –
Но ты уже промчался мимо,
Оставив след на небесах…

На лыжах
– Когда мы поедем на лыжах?
– Дождись, пока выпадет снег.
– Быть может, Господь нас услышит?
– Но дело идёт к весне…
Я тоже хочу покататься –
Не думай, что я в стороне, –
И вверх, от земли оторваться,
Несясь по небесной лыжне…

На небе
– На небе некуда присесть!
– А как же облака?
На них тебе местечко есть!
– Я полетел.
– Пока.

Наверх
Здесь север, но снега нет;
Здесь тьма, но повсюду свет.
И если взглянуть наверх,
То можно увидеть тех
Ребят, что на нас глядят
С Исаакиевских колоннад.

Повозка
Из северной части города
Едет повозка с творогом –
Для неё не существует понятия "светофор".
Ни одно колесо не катится,
Но повозка передвигается –
Ей управляют Синеус и Трувор.
Она положительно относится к соснам,
Ей ничего не мешает влюбиться,
И ей наплевать, будет ли год високосным,
Ехать вперёд или где-нибудь остановиться.
Её не бывает в реальности,
Но она везёт свои пряности
Под углом к твоему недоверчивому сознанию.
Но если такое сложится,
Что повозка тебе откроется,
Запрыгивай внутрь – и поехали за компанию.

Свободен и спокоен
Я отношусь спокойно ко всему,
Что мимо пролетает.
Свободен я – ко взору моему
Ничто не прилипает.

Alive
Пустой пакет ложился на пол,
Собой тихонько шелестя,
А за окошком дождик капал,
Простой, как малое дитя.
Мной ощущался каждый атом,
И я не думал головой –
И мой патологоанатом
Сказал, что я теперь живой.

Следы
Здесь рукою подать до Казани,
А второю – до облаков.
Я не буду давать показаний
Ни о том, кто я был таков,
Ни о том, где я спрятал руки, –
Не собрать по следам кусков:
Я одною ногой в Петербурге,
А второю уж был таков.

Вход-выход
Когда за рулями сидит патриарх
И каждая улица – Невский проспект,
Скажи всяк входящему "здравствуй, брат",
И каждой сестре – "привет".
Я долго молился, и я молчал –
И вот на конечной открылась дверь,
И кто-то такой же меня встречал
И просто сказал: "Поверь".

Немного другим
Если можешь, ближнему помоги –
Только не записывай на свой счёт.
Это время стать немного другим
И возможность сделать что-то ещё.

Чаепитие
Добровольно-принудительные подарки;
Улица счастья, расписанная карандашами;
Переулки, сменяющие друг друга арки,
Чаепитие, рассуждения об Осипе Мандельштаме.
Снова улица, понадземные переходы;
Незнакомцы, завязанные шарфами;
Какие-то выставки, веяния свободы;
Ощущения, непереданные словами.
Наши головы, распутанные в наушниках;
Наши бабушки, подмигивающие запрету.
В этом мире Господь не придумал лучшего,
Чем дарить, не привязываясь к ответу.
Уходя, я оставлю свои болячки
В прошлой жизни, в разряженном телефоне –
Я уйду, чтоб ещё сильней не запачкать
Свою жизнь в бессмысленном марафоне.
Я уйду без повода оглянуться
В этот мир, открытый любым теченьям;
Я уйду, чтоб снова к тебе вернуться
На стихи Мандельштама и чай с печеньем.

1:1
Ты едешь, не зная цвета,
Как будто дорога не та,
И нет ни земли, ни небес,
В окне не поля и не лес,
И нет ни окна, ни машин –
Лишь ты с Ним один на Один…

1
Бог для меня – это то, что не имеет названия.
Он, будто солнышко, умеет проходить без билета.
Бог – это то, как деревья в лесу расставлены,
То, как срывает башню во время ветра.
Я не умею сказать о Тебе, Родимый;
Всё, что могу я, – падать пред Тобой на колени.
Эти леса Любовью лишь одной проходимы;
Стоит пройти – и в другое попадёшь измерение.
Мне так легко – я по веточкам переношусь –
Листья зелёные нежно щекочут спину.
Я Тебя, Господи, более не страшусь:
Ты – это Я. Теперь Мы с Тобой едины.

Yidaki
Однажды в лесном массиве
Мне встретился мой дружочек –
На нём был халат красивый,
А с ним – инструмент восточный;
А с ним – инструмент нездешний,
На диджериду похожий, –
Играл он на нём как леший,
А может – посланник Божий.
И вроде бы тот же самый
(Лишь нос по-другому скручен) –
Но, вслед за сгоревшей кармой,
Под ним затрещали сучья.
И дятел стучал по древу,
И слышался плеск лягушек,
И ангел летал по небу,
И сердце рвалось наружу;
И я не стоял, не падал,
И солнце каталось в горле,
И всё, что я знал когда-то,
Из памяти этой стёрли.
И так, ничего не зная,
В подвешенном состояньи,
Мой мозг постепенно таял
И весь растворился в пране.
Что было потом – догадки,
Записанные не мною, –
А я очутился в матке
И вылез на свет весною…

В обратную сторону
Несколько тёмно-зелёных деревьев,
Небо затянутое над ними.
Солнышко было потеряно –
Если не веришь, крикни.
Но ты же знаешь –
Кричи его не кричи,
Его не поймаешь:
Его золотые лучи
Светят сегодня в обратную сторону,
А вчера его всем было поровну;
А вчера ты ещё не знал,
Что жизнь будет так коротка, –
И вот ты бежишь на вокзал
Хотя бы сказать "пока",
Сказать хотя бы "прости" –
Но поезд уже свистит,
И окна ярко освещены,
И все давно прощены...