Сумрак сада, влажный воздух, россыпь жемчуга росы,
Вязь акаций потемневших... Нет печальнее красы.
Россыпь рос на бархат листьев, на зелёный атлас трав,
Воздух росами насыщен чист и ясен... Я, устав
От скитаний в мире Божьем, суеты мирских забот,
Брел по саду, а под ноги падал лист ажурный, тот,
Что ещё совсем недавно жадно пил из ветви сок,
Чей весенним днём зачатый век недолгий славно тёк.
Пил из ветви, пил из солнца, с ветром весело играл.
Пил из ливня, опьянённый, звёздам стих хмельной шептал.
Пил и рос, из липкой почки, стал изящен и широк...
Пил из вёсны, пил из лета... Но... Взгремел осенний рок:
Грянул дождь осенний, нудный; грянул ветер сильный, злой;
Грянул в звонах ночью лунной, враг незнаный, ледяной.
Навалилось лихолетье — хлещут, рвут, морозят, бьют.
Гнется ветвь родная, стонет, опустел родной приют.
Разметала листья осень, соткала из них ковер,
Под деревья разложила, разожгла в саду костёр.
Жмётся к ветви лист последний, утомлён и одинок,
Надломился в схватках с бурей, истекает жизни сок.
Зелень младости исчезла, медь и бронза — цвет бойца.
Строже стали очертанья, грусть в прожилках багреца.
Он прекрасен в увяданьи — жил, боролся и иссяк.
Помоги мне, Милосердный, боль свою осилить так.
Солнца искорки сверкнули, росы вспыхнули в огне,
Душу сада всколыхнули, растравили сердце мне,
Просияли в палых листьях, влажных ветвях, по траве,
Растревожив призрак счастья, утонули в тишине.
Луч нежданный, луч желанный, шаловливою рукой
Рассветив немой, холодный увядания покой,
Возродил волну эфира, что, по саду пропорхнув,
Лист последний подхватила, жизнь на миг в него вдохнув.
Он плывет, не опадает, снова жадно солнце пьёт.
Миг последний истекает... Упадет? Не упадет!?...
Сумрак сада. Воздух ясен. Окунаясь в россыпь рос,
Я бреду по желтым листьям к миру грёз из моря слёз.
2.10.98
